Она пожимает плечами. ― Этого не избежать. Ты ― король Венеции. Люди будут сплетничать.
Мне это все равно не нравится. Она замечает мое выражение лица, и на ее губах появляется улыбка.
― Ты хмуришься. Наш бедный официант выглядит испуганным. Давай сменим тему. Теперь снова моя очередь задавать вопрос. Я навела о тебе справки. Согласно Интернету, ты встречался с огромным количеством женщин, но никогда не состоял в отношениях.
― А где вопрос?
― Это правда?
― Да.
Она наклоняется вперед, почти не обращая внимания на второе блюдо.
― Почему?
― Я никогда не встречал никого, с кем хотел бы иметь отношения.
― Это не настоящий ответ, ― обвиняет она. ― Ты хочешь сказать, что в этой длинной череде женщин никогда не было никого, с кем ты мог бы остепениться? Почему?
― Может быть, меня преследовали воспоминания о девушке с зелеными глазами и бутылкой водки.
Лучия втягивает воздух.
― О. ― Ее голос дрожит. ― Теперь твоя очередь.
― Почему ты избегаешь отношений?
Она теребит свою салфетку.
― Ты уже знаешь, почему.
― Знаю? Скажи мне еще раз.
― Любовь ― это боль, Антонио. Любовь ― это потеря. Однажды я уже все потеряла. Я не буду рисковать снова.
― Вместо этого ты паникуешь, когда заболевают твои друзья. Но в конце концов мы все умрем, Лучия. Смерть не делает различий. Важно то, что мы делаем с тем временем, которое нам отведено. ― Я удерживаю ее взгляд. ― Лучше рискнуть с любовью, чем прожить жизнь без нее.
Глава 20
Лучия
Я хочу возразить. Сказать ему, что он не понимает, о чем говорит. Убедить его, что он не в состоянии понять, что я чувствую.
Но ведь это неправда, не так ли? В отличие от меня, Антонио никогда не знал своих родителей. У него нет хороших воспоминаний, которые могли бы утешить его в плохие дни. Он не знал тепла материнских объятий, крепкой хватки отцовской любви.
Неужели он прав? Неужели я трусиха? Не лучше ли погрузиться в отношения и рискнуть разбить свое сердце?
Я молча доедаю, мои мысли в смятении. Официант ставит перед нами десерт и удаляется.
― Ты задумчива, ― говорит Антонио.
Я криво улыбаюсь ему.
― Ты показал мне перспективу. Я пытаюсь осознать это. ― Я опускаю взгляд на тарелку, стоящую передо мной. Кремово-фруктовая феерия подана в изящной креманке с сахарной пудрой. ― Это так красиво. Я почти не могу заставить себя съесть это.
― Иди сюда. ― Он усаживает меня на свободное место рядом с собой. Я опускаюсь рядом с ним, и он притягивает меня к себе так, что моя спина упирается в его грудь. Он теплый, твердый и успокаивающий.