Весьма высокой оценки заслуживают действия зенитной артиллерии, батареям которой в наиболее трудные дни и недели обороны приходилось находиться в немедленной боевой готовности по 17 часов в сутки, а суточный расход боезапаса на 76,2-мм зенитную пушку достигал 78 снарядов.
К особенностям обороны Одессы следует также отнести контрудар по левому флангу врага, подготовленный командованием Одесского оборонительного района и осуществленный 22 сентября. В этом контрударе важная роль принадлежала кораблям Черноморского флота, высадившим десант в районе Григорьевки. Контрудар благоприятно сказался на эвакуации войск и значительной части населения Одессы, та» как противник не решился активно ей противодействовать.
Эвакуация обеспечивалась силой и скрытностью. В начале основное внимание уделялось скрытности, которая достигалась не только пассивной, но и активной маскировкой. Меры, осуществлявшиеся в целях обеспечения скрытности подготовки и проведения эвакуации, должны были создать у противника ложное представление об обстановке. Так, 2 октября, т. е. на второй день после начала эвакуации, войска Одесского оборонительного района начали наступление в западном и южном секторах обороны. На отдельных участках они вклинились в расположение противника на 4 км. Это создало у румын впечатление о готовящемся новом контрударе. Дальнейшие активные действия утвердили противника в предположении о намерении советского командования длительно оборонять город. Поэтому увеличение интенсивности движения советских транспортов противник расценивал как подвоз подкреплений и грузов. [90]
Однако если скрытность самого факта подготовки и проведения операции достигалась преимущественно мерами активной и пассивной маскировки, то действия по осуществлению самой эвакуации, независимо от того, как расценивал их противник, требовали обеспечения силой. Как известно, наиболее сложным этапом всякой эвакуации, равно как и обратной посадки десанта, является отрыв от противника и посадка на суда последнего эшелона и арьергарда отходящих войск. Активные действия сухопутных войск на фронте обороны дезориентировали противника об истинных их намерениях и обеспечили отход в течение ночи на 16 августа последнего эшелона, насчитывавшего 35 тыс. бойцов и офицеров. Прикрывали отход выделенные каждой дивизией арьергардные батальоны, усиленные артиллерийскими подразделениями со старой материальной частью, подлежавшей уничтожению в последний момент. Огневое прикрытие осуществляли три стационарные береговые батареи, которые также предстояло взорвать. С моря отход и посадку на транспорты последних частей обеспечивала артиллерия двух крейсеров и четырех эскадренных миноносцев. В последний момент они должны были принять на борт арьергардные батальоны и эскортировать транспорты с последним эшелоном войск в Севастополь.
Избранные огневые позиции позволяли кораблям вести огонь по всему сухопутному фронту обороны Одессы с помощью заранее размещенных наблюдательных и корректировочных постов. Наибольшая плотность огня корабельной артиллерии предусматривалась на флангах обороны, чтобы исключить попытки противника захватить Одесский порт и тем сорвать отход последнего эшелона. Заслуживает внимания решение командования Одесского оборонительного района не беспокоить противника без необходимости огнем корабельной артиллерии, так как самый факт начала стрельбы мог вызвать у него подозрение. Разрешалось ведение огня лишь в исключительных случаях - при попытках противника наступать {85}. Целесообразность этого решения была несомненной и находилась в соответствии с основой замысла действий при эвакуации - всемерного достижения ее скрытности.
Отход войск последнего эшелона и арьергардных батальонов, как и посадка-погрузка их, не встретили противодействия противника.
Вот как оценивал один из послевоенных буржуазных авторов действия советских сил при обороне Одесской военно-морской базы:
«Оборона Одессы во всех отношениях была очень удачно организована русскими. Подвозу довольствия [91] и позднее эвакуации морским путем мешала лишь немецкая авиация. Одесса месяцами сковывала большую часть румынской армии и мешала ей, таким образом, оказать помощь в их наступлении на Крым и дальше на восток. Своевременная эвакуация Одессы показала, что русские не боялись в случае необходимости проводить операции, которые могли повлиять на их престиж» {86}.
К этому можно добавить, что немецкая авиация все же не смогла предельно затруднить подвоз подкреплений и средств в осажденную Одессу, а затем и эвакуацию сил Одесского оборонительного района.
Оборона главной базы Черноморского флота - Севастополя , продолжавшаяся с 30 октября 1941 г. по 4 июля 1942 г., обогатила советскую военную историю незабываемыми подвигами личного состава кораблей, авиации, частей Черноморского флота и войск Приморской армии, внесла крупный вклад в развитие военно-морского искусства.
К началу Великой Отечественной войны Севастополь был подготовлен к отражению нападения противника с моря и с воздуха. Береговая оборона главной базы располагала развитой системой береговых батарей с орудиями калибром от 305 до 45 мм. Противовоздушная оборона Севастополя осуществлялась истребительной авиацией, 61-м зенитным артиллерийским полком и зенитно-пулеметным батальоном. Сухопутного оборонительного рубежа перед Севастополем к началу войны не было, хотя приказом Народного комиссара ВМФ от 16 декабря 1940 г. предусматривалось проведение спешных мероприятий по созданию сухопутной и противодесантной обороны Севастополя.
После проведенных Черноморским флотом и Киевским Особым военным округом в марте 1941 г. больших учений, которые выявили серьезные недостатки в обороне Севастополя с суши, Военный совет флота вынес специальное решение о строительстве оборонительного рубежа {87}. Однако до 22 июня 1941 г. был определен лишь рубеж обороны базы в 5-8 км от города. Строительство сухопутных рубежей обороны вокруг Севастополя началось по решению Военного совета Черноморского флота лишь 4 июля. В середине августа для обороны Крыма была развернута 51-я отдельная армия, состоявшая из четырех стрелковых и двух кавалерийских дивизий.
В результате ожесточенных боев немецко-фашистским войскам удалось прорвать нашу оборону, занять Перекоп и преодолеть Татарский вал. 18 октября противник возобновил наступление и 25-го прорвал позиции, на которых до [92] этого дня удалось задержаться 51-й армии. Ее части отходили на Керчь. Приморская армия после боев в районе Воронцовки отходила по бездорожью на Алушту и Ялту, чтобы затем выйти к Севастополю.
После прорыва немецко-фашистскими войсками Ишуньских позиций угроза захвата Севастополя с суши стала совершенно реальной.
Как уже отмечалось, 4 июля 1941 г. началось оборудование основного и тылового рубежей обороны Севастополя с суши. Основной рубеж проходил в 5-10 км от города, тыловой - в 2-3 км. Первый из них имел протяженность 35 км и глубину порядка 200-300 м; протяженность второго составляла 19 км. В сентябре началось строительство передового оборонительного рубежа в 12-15 км от города протяженностью около 50 км и глубиной 1,5-2 км. Затем в октябре было принято решение о создании нового передового оборонительного рубежа, выдвинутого от Севастополя на 25-30 км, но строительство его осуществить не удалось.
30 октября танки и мотопехота противника вошли в боевое соприкосновение с береговой батареей № 54, расположенной между Евпаторией и Севастополем. Началась 250-дневная оборона Севастополя.
Гарнизон Севастополя к концу октября состоял из 2-го и 3-го полков морской пехоты, батальона моряков Учебного отряда, двух батальонов курсантов Черноморского высшего военно-морского училища и Севастопольского училища береговой обороны и батальона моряков Дунайской флотилии. 30 октября в Севастополь из Новороссийска на кораблях была доставлена 8-я бригада морской пехоты.
Противник, подошедший 31 октября к передовому оборонительному рубежу, в течение 3-9 ноября безуспешно пытался овладеть Севастополем с ходу. Ему удалось лишь несколько продвинуться в направлении Черкез-Кермена и Дуванкоя. К этому времени основные силы Приморской армии вышли к городу, и благодаря этому силы его сухопутной обороны увеличились. В начале ноября был создан Севастопольский оборонительный район (СОР) во главе с командующим Черноморским флотом вице-адмиралом Ф. С. Октябрьским. Его заместителем по сухопутной обороне был назначен командующий Приморской армией генерал-майор И. Е. Петров {88}. [93]
Выход немецко-фашистских войск к передовому оборонительному рубежу Севастополя, естественно, заставил пересмотреть вопрос о возможности дальнейшего базирования здесь основных сил флота. С приближением врага увеличивалась угроза ударов по ним не только немецкой авиацией, но и дальнобойной артиллерией. Поэтому в ночь на 31 октября основное ядро эскадры Черноморского флота перешло в базы Кавказского побережья. В Севастополе для артиллерийской поддержки сухопутных войск остались два крейсера и три эскадренных миноносца. Несколько позже эти корабли, усиленные еще одним крейсером и двумя эскадренными миноносцами, образовали постоянный отряд артиллерийской поддержки, сыгравший очень важную роль при обороне Севастополя.
Севастопольский оборонительный район был разделен на четыре сектора, каждый из которых располагал выделенными войсковыми соединениями и частями, а также приданными частями береговой артиллерии главной базы.
Немецко- фашистское командование, сосредоточившее в начале ноября под Севастополем 4 пехотные дивизии с частями усиления, около 150 танков и 300-350 самолетов, утром 11 ноября начало наступление. 21 ноября, незначительно продвинувшись в глубину обороны, преимущественно в четвертом и третьем секторах, войска противника в результате тяжелых потерь оказались вынужденными прекратить наступление, так и не достигнув своей цели. На керченско-феодосийском направлении обстановка складывалась неблагоприятно, так как 51-й армии не удалось удержать Керченский полуостров, из-за чего положение Севастополя стало более сложным.
Получив значительные подкрепления, противник 17 декабря начал новое наступление, намереваясь в течение четырех дней овладеть Севастополем. Однако и на этот раз он не достиг цели. Большую роль в срыве 16-суточного наступления врага сыграла Керченско-Феодосийская десантная операция, проведенная в конце декабря 1941 г. Черноморским флотом и войсками Закавказского фронта. Эта операция вынудила противника на четыре с лишним месяца отказаться от активных действий на севастопольском направлении.
Поддерживаемые корабельной и береговой артиллерией и флотской авиацией, войска Севастопольского оборонительного района в течение января - марта значительно улучшили свои позиции, что способствовало усилению системы сухопутной обороны. К началу июня 1942 г. плотность артиллерийских и пулеметных огневых точек на сухопутном фронте обороны увеличилась больше чем в 4 раза (17 огневых точек на 1 км фронта, тогда как в декабре приходилось [94] лишь около 4 огневых точек). Корабли Черноморского флота одновременно с артиллерийской поддержкой войск СОР обеспечивали перевозки морем в интересах обороты базы.
8 мая немецко-фашистские войска начали наступление на Керченский полуостров и к 25 мая захватили его. Это поставило Севастополь в исключительно трудное положение. С 20 мая вражеская авиация и артиллерия резко увеличили свою активность в действиях против Севастополя. 7 июня противник начал новое наступление на город, направив основные усилия на участок Камышлы, Бельбек и стремясь выйти к восточной оконечности Севастопольской бухты. Несмотря на ожесточенные атаки, продолжавшиеся в течение 11 суток, противнику не удалось достигнуть желаемых результатов. Однако 18 июня он сумел прорваться к Севастопольской бухте с севера. Защитники Севастополя, поддерживаемые морской артиллерией, упорно обороняли побережье бухты и лишь 23 июня отошли на ее южный берег.
Стремясь расколоть фронт обороны, неприятель с 23-го числа и до конца июня вел ожесточенное наступление на Инкерман с северо-востока и на Новые Шули с юго-востока. В ночь на 29 июня противник под прикрытием дымовой завесы совершил переправу на южный берег бухты и безуспешно пытался высадиться на мыс Фиолент. На рассвете 29 июня гитлеровцы начали наступление на город из района Федюхинских высот и с. Новые Шули в северо-западном направлении. 30 июня им удалось прорваться к городу. Основные наземные силы обороны отошли к мысу Херсонес, где еще несколько суток вели ожесточенные бои.
Защита Севастополя дала исключительно большой опыт всех видов боевых действий Военно-Морского Флота СССР при обороне своих баз. Опыт обороны Севастополя ценен и тем, что в нем в значительной мере учитывались результаты действий по обороне морских баз в начальный период войны.
Прежде всего это нашло отражение в подготовке сухопутного фронта обороны главной базы Черноморского флота. Необходимость создания такого фронта, как отмечалось, признавалась примерно за полгода до начала войны и подтвердилась опытом учений, проведенных в апреле 1941 г. Решение командования Черноморского флота о создании рубежа сухопутной обороны, принятое уже после начала войны, на первый взгляд представляется запоздалым. Однако такое решение, как бы это ни звучало теперь парадоксально, следует считать своевременным и, несомненно, правильным. Нельзя забывать, что Военный совет Черноморского флота принял его почти на две недели раньше, чем началось строительство оборонительных рубежей перед Таллином, тогда как обстановка в Прибалтике в июле 1941 г. развивалась [95] значительно более динамично, чем на Южном фронте.
Глубина основного и тылового оборонительных рубежей оказалась совершенно недостаточной, так как она позволяла даже дивизионной артиллерии противника вести огонь по базе. Опыт Одессы заставил принять решение об увеличении глубины обороны и создании передового оборонительного рубежа в 16-17 км от базы. Между тем пушки корпусной артиллерии противника имели дальность стрельбы порядка 20 км, поэтому принятое в октябре новое решение предусматривало создание передового рубежа в 25-30 км от базы. Но это решение запоздало: противник начал свое наступление на Севастополь.
Само собой разумеется, увеличение глубины оборонительной системы базы со стороны суши требовало соответствующего увеличения количества огневых средств для создания достаточной плотности огня. Передовой и тыловой оборонительные рубежи Севастополя обеспечивались огнем береговых батарей, кроме того, Черноморский флот выделил для усиления огневой системы сухопутных оборонительных рубежей некоторое количество морских орудий калибром от 130 до 45 мм, не считая 30 орудий калибром 152-102 мм, ранее установленных на временных основаниях на перекопских и чонгарских позициях {89}.
Таким образом, решение о создании передового рубежа, удаленного на 25-30 км от базы, хотя и было принципиально правильным, но вряд ли этот рубеж мог быть своевременно обеспечен необходимым количеством орудий.