Дворик обетованный: читать начало книги онлайн

Этой ночью всё и произошло… Что произошло? Произошёл полный Борин провал… как мужчины, я имею в виду. Так иногда бывает, когда мужчина долго не имеет женщину. В Борином случае я не была уверена, что у него вообще такой опыт был. В общем, через два дня Боря пришёл к моему Мише советоваться насчёт этой проблемы.

Мой Миша был тот ещё ходок. Миша, что ты возмущаешься, дай договорить! Миша был тот ещё ходок до нашего знакомства. Горячий был парень и очень красивый. Девки так и липли, как мухи на мёд. Вот Боря и пришёл поговорить с моим Мишей, как и что.

Откуда я знаю? Я подслушивала их разговор и поняла, что Боря был необрезанным. Вот это новость! Мы даже предположить не могли, что его как-то пропустили, когда он стоял в очереди за обрезанием.

Мой Миша предположил, что дело именно в этом и что Боре нужно сходить в синагогу и поговорить с раввином насчёт обрезания. Да, больно, да, неприятно, но зато потом Борю ждёт большая удача…

Поехал Боря в синагогу, поговорил с раввином, и тот ему сказал, что моэль приедет через неделю и будет делать обрезание оптом, то есть всем, кому это будет нужно. Боря заходил к моему Мише каждый вечер и говорил о прекрасном будущем с прекрасной Дорой, которая согласилась немного подождать. Что там и говорить – наш Боря влюбился впервые в жизни. Дора приходила к нему домой, готовила, стирала рубашки, но до ЭТОГО дело больше не доходило. Через две недели, как было обещано, приехал моэль.

Мой Миша пошёл с Борей, чтобы тот не удрал в последний момент. Боря снял свои брючки и трусы и, аккуратно положив их на стульчик, лёг на кушетку, покрытую одноразовой простынёй. Ребе разложил инструменты и накрыл Борю второй одноразовой простынёй с дырочкой для писюна. Мой Миша одобряюще покачал головой и положил под стул с Бориными брюками его же ботинки.

«Простите, вы всё простерилизовали?» – поинтересовался Боря, дрожа от страха.

«Конечно!» – весело ответил раввин и взял в руки такой специальный ножик.

«Дядя Миша, всё точно хорошо закончится?» – спросил Боря моего Мишу голосом умирающего человека. Не успел Миша ответить, как моэль всё решил взять в свои руки.

«Это у кого как!» – сказал он Боре.

«Это как: у кого как?» – привстал Боря.

«Вот у меня, например, были проблемы», – парировал раввин со скальпелем.

«Подождите, какие проблемы?» – в ужасе сел Боря.

«Я год после обрезания не мог ходить», – ответил моэль.

Боря быстро спрыгнул со стола, схватил ботинки и выбежал в коридор, унося за собой, вернее, на себе, одноразовую простыню. Он так и бежал по коридору с торчащим писюном и голым задом, а люди, пришедшие в синагогу по своим делам, смотрели ему вслед и думали: «Во чудак! Такой большой, а такой трусливый!»

Боря бежал так быстро, что даже не слышал, как вслед за ним выбежал раввин и закричал ему вслед: «Куда же вы! Я не мог ходить год, потому что мне делали обрезание на восьмой день от рождения, как и положено еврейскому мальчику! Остановитесь! Хотя бы штаны наденьте!..»

Только на улице он натянул штаны, протянутые ему Мишей, который еле догнал Борю, после чего они сели в такси и приехали домой. За такси заплатил Миша, так как чувствовал свою вину.

Вечером к Боре пришла Дора и, судя по охам на весь квартал, у них всё получилось! Назавтра Дора переехала к нему навсегда.

Миша, что ты говоришь? Это не я разнесла по всему дому! Я только Эте сказала… Нет, Миша, Этя не могла. Этя – могила в таких делах. Ну, разве что Лизе…

История пятая

Круглый сирота

– Симочка, здравствуйте, дорогая! Как я себя чувствую? Сказать, что хорошо, – так нет, сказать, что плохо, – так тоже нет. Сижу вот, с вами разговариваю, наслаждаюсь ароматом весны и запахом из ваших окон. Миша, Симочка вышла! Красавица! Женщина без возраста! Сколько ей лет? Я думаю, пятьдесят. В её паспорт никто не заглядывал. Симочка, как Лёва? Как Мишенька? Ну, слава Богу! До вечера, Симочка.

Симочка родилась не в этом дворе и даже не в нашем городе. Родилась в обычной еврейской семье, где всё было как у всех: бабушки, родители, коржики в тазиках, бульончик с кнейдлами и гефилте фиш.

Симочку любили все: её любила семья, её любили в школе, её любили друзья. Вы скажете, что это замечательно, и я с вами соглашусь, но в этой всеобщей любви кроется огромная опасность. Когда таким любимчикам встречаются в жизни люди, которые их не любят, любимчики страшно теряются. А в жизни всегда встречаются те, кто вас не любит. Симочке не повезло: её просто возненавидели.

Всё опять было как у всех: Симочка Ривкина сочеталась законным браком с Григорием Берманом. Этому Григорию, как рассказывала Симочка, родители успешно сменили фамилию Берман на фамилию Медведев. И что такого? Они просто хотели дать мальчику зелёный свет! Сами знаете, как в семидесятые обстояло дело с антисемитизмом. Вайсманы становились Белыми, Шварцманы – Чёрными. У нас был мальчик по фамилии Бромфентринкер, что в переводе на русский означало «Пить водку». Так он почему-то стал Белкиным.

А Симочка фамилию менять не захотела, так как звучание «Сима Медведева» ей не нравилось. То есть она так и осталась Симой Ривкиной. Это был первый пункт в списке свекрови, за что она не любила невестку.

Представьте ситуацию: Гришины родители утверждали, что в отделе ЗАГСа произошла какая-то ошибка, и что еврейский служащий перевёл фамилию Медведев на еврейский манер, и таким образом Медведевы стали Берманами. «Бер» – это «медведь» на идиш. И только через какое-то время справедливость якобы восторжествовала: Берманы через суд вернули себе свою законную фамилию и опять стали Медведевы.

Но если вы хотите знать моё мнение, то я вам скажу: судя по свадебным фотографиям Симочки, а она мне их показывала, эти Медведевы были самыми настоящими Берманами. Особенно мамаша жениха. Причём худший из вариантов, какими могут быть настоящие Берманы.

После того как Симочка не захотела взять фамилию мужа, в семье началась настоящая война.

Знаете, я тоже не шибко любила Мишину маму, но мы как-то уживались, хоть и не без скандалов. Симочка говорила, что она практически из рая попала в преисподнюю. Жить им было негде, Гриша был обычным инженером, каких пруд пруди, Симочка обыкновенной учительницей.

Именно то, что Симочка была обыкновенной учительницей, шло вторым пунктом в списке Гришиной мамы. Эта старая Медведева-Берман всю жизнь мечтала, что её невестка будет врачом. А ещё лучше – доктором медицины. Светилом. Это в свои-то двадцать пять лет!