Дворик обетованный: читать начало книги онлайн

Господи, опять на дворе бардак. Почему на дворе бардак, я вас спрашиваю! Я же не говорю, что двор нужно пылесосить. Убрать за собой эти кучи мусора что, так трудно? Я даже знаю, кто это тут гадит. Руки поотрываю и спички вставлю! Это я тебе, тебе, Боря, говорю! Это не ты? Тогда кто? Ах ты, шлемазл! Если бы я могла сойти вниз, я бы такой порядок навела! Но я не могу, и ты прекрасно об этом знаешь! Боря, прекрати спорить и послушай меня: если ты скажешь хотя бы ещё одно слово в своё оправдание, твоя Дора таки станет твоей вдовой! Просто ты всё время ходишь под моим балконом, а на балконе сижу я. Я, конечно, натура утончённая, но сам видишь, моего тела хватит, чтобы из тебя сделать мокрое место.

Вот так и живу… Что бы они делали, если бы не я? Нет, они, конечно, жили бы себе припеваючи в свинарнике и, наверное, были бы абсолютно счастливы. Нет тёти Бэти, и ладно. Да, они без меня прожили бы, а вот я без них как? Скажите, дорогие мои, как прожить на свете, не имея всех этих людей рядом? И не потому, что я их так уж люблю или ненавижу, нет… Это другое. Понимаете, двор – это что-то особенное в жизни каждого человека. Двор – это место, которое делает тебя человеком. Ну, или дерьмом – кто что заслуживает. Двор – это то место, где начинается жизнь и где она заканчивается. Хотя с кем я разговариваю… Что вы вообще знаете о жизни? А что я о ней знаю? Это кто спросил? Это вы, дама, спросили? Чтоб я так жила, это спросили вы. У вас хватило наглости или смелости спросить, что я знаю о жизни… Хорошо, я вам расскажу, что я знаю о жизни.

Жизнь нашего двора началась задолго до того, как я появилась на этом балконе. Знаете, как называются одесские дворики? Они называются «сквозняками». Боря! Это я не тебе. Я знаю, что сквозняк в голове у твоей Доры. Ты спрашиваешь, почему? Потому что количество входов не совпадает с количеством выходов. Это я не про Дору, идиёт. Это я про дворик. В нашем, например, дворике два входа и три выхода. Где я вижу три выхода? Третий замуровали, но ещё тридцать лет назад он был.

Посмотрите на эти лестницы, на эти этажи, дорогие мои, и вы поймёте, что тот архитектор, что конструировал наш дворик с его балконами и лестницами, был, скорее всего, под воздействием сильных наркотических средств, ибо нормальному человеку не придёт в голову за такую кашу.

Миша, смотри-но, Лиза опять развешивает своё бельё. Лиза, вы закрыли мне вид! Как это я потерплю? Я сейчас вылью на ваши почти белоснежные простыни остатки моего вчерашнего супа и скажу, что так и было. Уберите хотя бы наволочки. Лиза, ваш Моня уже ушёл на базар? Ушёл…

Моня каждое воскресенье уходит на базар. Он идёт за сметаной. Я расскажу вам эту историю, как наш Моня ходит за сметаной, и вы всё про него поймёте.

Итак, каждое воскресенье Моня идёт на базар. Я уже говорила об этом? Так я ещё повторю, потому что это важно. На базар ходят все, но Моня ходит на базар по-особенному. У него в руке сетка с пустыми пол-литровыми банками. Баночек немного – пять или шесть, или семь…

– Миша, сколько у Мони в сетке баночек? Шесть. Спасибо, Мишенька. Что бы я без тебя делала. Память подводить стала, деталей не помню.

Банки аккуратно вымыты и закрыты белыми капроновыми крышками. Всё-таки эта Лиза, жена Мони, настоящая чистюля. Особенно она стала чистюлей после того, как её сбил велосипедист. Об этом чуть позже, а сейчас о Моне.

Идёт Моня на базар, сам весь чистенький, банки чистенькие, крышечки чистенькие. Возвращается Моня тоже с банками, но не с пустыми. А теперь рисуйте картину маслом: Моня прямиком направляется в молочный ряд, туда, где продают сметану. Моня подходит к первому продавцу и просит попробовать сметану. Продавец берёт кусочек белой бумаги, зачерпывает из ведра немного сметаны и даёт попробовать её Моне. Моня сначала долго нюхает сметану, потом протирает очки и внимательно рассматривает клочок бумажки, потом тихонько пробует и при этом всегда закрывает глаза. Смакует. Всё верно: ни один порядочный покупатель не купит на базаре сметану, не попробовав её. Потом Моня достаёт одну из баночек, аккуратно открывает её и просит налить ему банку сметаны. Когда банка становится полной, Моня оглядывается по сторонам и видит, что в этом ряду стоят ещё продавцы сметаны. Он дико извиняется, просит вылить сметану из банки, говоря, что он ещё не всю сметану попробовал. Продавец, ругаясь, выливает сметану из банки, Моня забирает банку с остатками сметаны, тщательно закрывает её капроновой крышечкой, опускает в сетку и идёт к другому продавцу. Там история повторяется, и в сетке появляется ещё одна измазанная в сметане банка, аккуратно закрытая капроновой крышечкой. И так шесть раз. Шо вы смеётесь? Когда Моня приходит домой, его аккуратная Лиза специальной ложечкой достаёт из банок остатки сметаны, и пол-литра на неделю им обеспечено!

Вы спросите меня: «А скажи-ка ты нам, многоуважаемая Берта Соломоновна, почему продавцы ему всё же наливают сметану? Они же знают, что он не купит у них ничего». Правильно вы задаёте вопрос, мои дорогие! Почему они ведутся на Монины хитрости? Отвечаю. Если бы это был не одесский базар, Моню с его баночками послали бы далеко и надолго. Но это всё же базар города Одессы, и сметану продают если и не одесситы, то те, кто живёт почти в Одессе. Каждый раз, когда они наливают Моне сметану, они думают: а вдруг он на сей раз её купит? Это одна из версий. Мой Миша считает по-другому. Он говорит, что у всех одесситов большое сердце и что они знают, что у Мони нечем заплатить за сметану. Моня инвалид с детства и живёт на мизерном пособии. Лиза в силу того, что у неё повреждена голова, тоже работать не может. Когда-то у них был сын, Шмулик, но он попал под плохое влияние, и его убили в пьяной драке… Поэтому и наливают продавцы Моне сметану. Что им, жалко, что ли?

История третья

Абик

Эти дети выросли на моих глазах, так что мне не радоваться? Абик мне почти как сын – он вырос с моим Яшенькой. Как хорошо эти мальчики дружили! Миша, ты помнишь, какой был Розочкин Абик? Ой, что ты! Прямо стоит перед глазами: маленький, хитрый, пухлый, с весёлыми кучеряшками персикового цвета. Не совсем рыжие, но и не русые локоны свисали отовсюду, и я хорошо помню, как Розе жалко было его стричь! За невинным взглядом его голубых глаз уже тогда можно было проглядеть деловую хватку. Абик таки стал бизнесменом, в чём никто из нас не сомневался ни на одну минуту.

А вы знаете, как он заработал свои первые деньги? Нет? Так я вам расскажу.

Дело в том, что у Абика совершенно не было слуха. Голос у него был тот ещё. Он так орал с самого рождения, что все говорили – будет певцом, такие трели он выводил. Когда мальчик подрос, все поняли, что певцом он не будет никогда. Почему? Вы меня спрашиваете, почему? Потому что при такой лужёной глотке ему на ухо наступил огромный медведь. Как? Проходил мимо и наступил. Упал с размаху. Роза поначалу надеялась, что слух разовьётся позже. Боже, как она страдала, когда профессор из консерватории, к которому она повела бедного Абика, сказал ей, что Шаляпина из её сына не получится.

«А Козловский?» – спросила Роза профессора.

«Не надейтесь!» – твёрдо сказал профессор.

«А может, из него выйдет Георг Отс?» – терпеливо вопрошала Роза и вытирала платочком непрошеную слезу.

«Не выйдет», – был строгий вердикт профессора.

«Ну хорошо, Отс не выйдет. А Магомаев?»

«Магомаев, может быть, и выйдет», – отвечал профессор, которому уже надоела и сама Роза, и её гениальный отпрыск.

Роза пришла домой и сказала своему мужу: «Лёвочка, профессор нас так принял, так принял! Он сказал, что у нашего Абика большое будущее! Он сказал, что в доме растёт настоящий Магомаев!»

Лёвочка покачал головой и уткнулся в газету.

Абик быстро смекнул, как можно заработать деньги. Он звал к себе домой нашего Яшеньку и говорил ему: «А не пойти ли нам в кино, дорогой мой друг Яшка?»

«А деньги откуда?» – спрашивал Абика наш Яшенька.

Не то чтобы мы бедно жили, но в кино мы ходили раз в неделю, если привозили какой-нибудь шедевр. Деньгами мы не разбрасывались – они нам доставались не так просто, в отличие от Розочки. Боже, какая чудная была женщина! Золотая была женщина наша Розочка… Ой, только не подумайте, что Розочка умерла! Розочка, слава Богу, жива и нас с вами переживёт, кольки ей в боки. Только это раньше она была хорошая, а сейчас стала такой заразой – не передать словами! Это она зазналась, когда её Абик стал богатым.

Розочкин муж Лёвушка делал деньги из воздуха. Он всё время читал газеты. Мы все думали, что он бездельник: лежит на диване и читает газеты весь день, как вам это нравится? Вопрос в том – что читал Лёвик. Лёвик читал объявления. И голова его как-то так была устроена, что он тут же рисовал себе схемы: сводил продавцов с покупателями и имел свой процент от совершённых сделок. Куда он тратил деньги – тоже никто не знал, но все знали, что Розочка у него подворовывала.

Когда Лёвочки не стало, Роза нашла три пустых тайника… Чтоб вы знали, Лёвочки не стало раньше, чем он умер. Лёвочка умер два года назад в Америке, чтоб ему пусто было. На своих газетках он скопил себе приличную сумму и бросил Розочку с Абиком. Роза с трудом пережила предательство, но по-настоящему её подкосили три пустых тайника. Миша, если бы ты так со мной поступил, я наняла бы киллера, слышишь?

Вернёмся к нашим баранам. Итак, у Розы был стимул жить: с ней остался её самородок, её бриллиант, её отдушина – Абик. Талант Абика зарабатывать деньги проявился тогда, когда он был ещё в утробе матери: если беременная Роза ела картошку и селёдку, он бил её ногой в живот. И тогда Лёва шёл на базар и покупал Розе самые дорогие фрукты. Роза ела эти фрукты, и Абик спокойно засыпал. Целое состояние Лёва отдал, когда Роза рожала Абика: у неё была лучшая палата и лучшая акушерка.

Мальчик подрастал, и это тоже немало стоило Лёве. Потом он сбежал в Америку, и Роза не могла удовлетворять растущие потребности растущего организма. Но Абику по-прежнему нужны были деньги. И тогда он звал в гости моего Яшеньку, сажал Яшу в качестве зрителя и орал на весь двор: «Мама, я хочу петь!» Сразу же все жильцы нашего дворика закрывали окна и балконные двери. Это нужно было сделать тотчас, ибо, как только ты замешкаешься, в квартиру врывался страшный, скрипучий голос Абика, причём пел он всегда только одну песню – «Интернационал». Почему «Интернационал»? Понятия не имею. Видимо, она была ему близка по духу. Боже, я как сейчас помню: