Cедьмой уровень: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Николай атлетического сложения парень со свежим шрамом на подбородке, распухшей щекой и кровоподтеком под левым глазом, рассказал.

— Два дня назад, немного за полночь, в своем новом костюме я возвращался домой из гостей под легким шафе. Чувствовал себя нормально, до дома оставалось пройти полтора квартала. Вдруг возле меня притормозил милицейский «воронок». Из него вышли два мента, молча взяли меня под руки, и попытались затолкать в свой «воронок». Я мастер спорта по греко-римской борьбе — в один миг оба мента оказались на земле. Тогда менты схватились за свои дубинки — один удар дубинкой по сухожилию и рука повисает как плеть. Добивали меня сапогами уже лежащего на полу в помещении медвытрезвителя — костюм жалко, один раз только и успел надеть.

После задумчивой паузы Сергей признается.

— А меня в милицию не взяли. Хотел после армии продолжить службу в рядах милиции, на вопрос в анкете: «Приходилось ли Вам когда-нибудь воровать?», указал, да в детстве с ребятами воровал яблоки в совхозном саду.

Святая простота!

— Сережа! Тебя в милицию не взяли ни потому, что ты в детстве с ребятами воровал яблоки в совхозном саду, а потому что признался в этом — не нужны в милиции честные и порядочные люди.

Состав останавливается у перрона вокзала станции Тихорецкая. Из вокзальных репродукторов через открытые окна вагона доносится объявление: «На первый путь, к первой платформе прибыл туристический поезд № 648. Стоянка поезда 10 минут».

Отправляем Сергея, как самого молодого, на перрон за водой.

5

22 мая 1987 года прибыли на место назначения.

Населенный пункт Новая Радча (Народнический район, Житомирской области, Украинской ССР) расположен в живописной местности на берегу небольшой речушки в относительно чистой зоне — до Чернобыльской АЭС около 80-ти километров.

Людей на улице не много, все кто мог уехать куда-нибудь, уже уехал. Работает магазин и почта. Некоторые местные жители заняты достройкой своих садовых домиков.

Полк развернут нашими предшественниками в 1986 году на базе полка гражданской обороны № 47049 по временной схеме, но имеет вид основательной войсковой части.

В центре находится просторный плац для построений. Плац посыпан чистейшим желтым песочком. Каждые два часа поливочная машина поливает плац водой не давая ему просохнуть. Первое впечатление от встречи с воинской частью самое позитивное — в полку строго соблюдаются все меры радиационной предосторожности.

Дорожки посыпаны песочком, бордюры аккуратно побелены. Вдоль дорожек банеры — обязательный атрибут советской войсковой части, вроде тех, что украшали наш танковый полк в 60-х годах, с патриотическими лозунгами: «Кто любит свою партию и народ, тот настоящий патриот» или еще круче: «Не тот силен, кто по железу ходит, а тот силен, кто железо водит».

С левой стороны плаца расположился ряд больших утепленных армейских палаток для рядового состава. Изнутри, вдоль стен палаток выстроились солдатские двух ярусные кровати. Посредине палаток с зимы остались стоять печки-буржуйки.

В такой же палатке размещен и красный уголок. Напротив входа висит транспарант: «Работа на Чернобыльской АЭС оплачивается в пятикратном размере». Правда, непонятно в каком именно размере, то ли среднего заработка, то ли оклада, то ли еще чего-либо, но тогда я не придал этому обстоятельству никакого значения.

В углу палатки на тумбочке стоит черно-белый телевизор. Телевизор ничего не показывает, зато рядом на столе лежат несколько подшивок центральных газет: «Правда», «Известия», «Труд» и других. Все подшивки изрядно потрепаны, но вовсе не оттого, что кто-то читал эти газеты. Газеты используются для другого, более большого и более нужного дела — пример трогательной заботы командования о личной гигиене людей привлеченных к выполнению важного правительственного задания. Сам дощатый туалет на полтора десятка полусидячих мест расположен неподалеку в лесочке, в десяти шагах за «красным уголком».

На противоположной стороне плаца расположились деревянные строения: штаб, сборные финские домики для офицерского состава и домик медсанчасти. Дальше, в конце территории находится еще одно просторное деревянное строение — это столовая, в помещении которой по вечерам крутятся старые фильмы. По соседству со столовой примостились магазинчик военторга и полевая баня.

Правда, баня слишком громко сказано — это стандартная утепленная армейская палатка, с двумя скамейками у входа для одежды и несколькими рядами душевых распылителей. Вода нагревается в специальной водогрейке, смонтированной на шасси армейского автомобиля, стоящего рядом с «баней».

Неподалеку от территории части, через дорогу, расположен и парк техники. Парк оборудован всем необходимым: диспетчерской, ремонтными боксами, аккумуляторным отделением, складами ГСМ и запчастей.

Численность личного состава части составляет немногим более 900 человек. За исключением командира полка, кадрового военнослужащего, войсковая часть полностью сформирована из военнообязанных. В этот день мы более чем на две трети сменили личный состав части. Обычно же смена «старослужащих» производилась текучим порядком, по нескольку десятков человек.

Построив нас, вновь прибывших на плацу и произведя перекличку, командир полка предложил выйти из строя больным, иными словами не желающим работать на Чернобыльской АЭС. Из строя вышел один человек с жалобой на боли в животе. В этот же день с вещами он был отправлен в Киев, в военный госпиталь (Забегая вперед скажу — этот человек поторопился, позже ему отказали в выдаче удостоверения участника ликвидации аварии на ЧАЭС. Тем же военнообязанным, у кого понос начался несколькими днями позже, сегодня выплачивается самая высокая «компенсация возмещения вреда здоровью», исчисленная из так называемого «условного заработка за нахождение на ЧАЭС»).

Оставшиеся в строю приказом командира зачисляются в списки личного состава войсковой части. Донимают чернобыльские комары. Их тучи. Все в два раза крупнее обычных комаров и во столько же раз злее. Стоя в строю бьем комаров на шее друг у друга (позже, с началом установившейся летней жаркой погоды, комары бесследно исчезли — кровососущие насекомые-мутанты не смогли пережить сорокаградусную жару).

В первую очередь командир полка отбирает из вновь прибывшего пополнения людей которые будут заняты на вспомогательных работах при войсковой части — это повара, медбратья, разного рода специалисты для работы в парке техники и, конечно же, писаря для работы в штабе. Примерно одна треть пополнения. Остальные две трети — это личный состав части задействованный для выполнения работ в зонах радиоактивного загрязнения.

К этому времени все уже знают, что тот, кто выезжает на работу на Чернобыльскую АЭС набирает свою дозу облучения за полтора-два месяца и уезжает домой, тот же, кто безвыездно остается при войсковой части набирает свою дозу облучения за четыре-пять месяцев (максимальный срок прохождения военных сборов шесть месяцев).

Исключение составляли только писаря из штаба. Ни разу не выходя за пределы части, они каким-то мистическим образом умудрялись набрать максимально допустимую дозу облучения даже быстрее тех, кто работал непосредственно на Чернобыльской АЭС, в самой опасной зоне радиоактивного загрязнения.

До катастрофы на Чернобыльской АЭС предельно допустимая годовая доза облучения, установленная нормативными актами для персонала станции, не должна была превышать 5 бэр (биологический эквивалент рентгена). После 26 апреля 1986 года компетентными работниками от здравоохранения безопасная годовая доза облучения была повышена в пять раз, то есть была определена дозой в 25 бэр — примерно той дозой, которую человек получает при прохождении полного рентгеноскопического обследования. В связи с завершением возведения «саркофага» над разрушенным 4-ым энергоблоком, безопасная годовая доза облучения, этими же компетентными работниками от здравоохранения, с 1 января 1987 года была понижена до 10 бэр, то есть до той дозы, которую человек получает в течение года, сидя по вечерам перед телевизором при просмотре информационной программы «Время».

В общем, по сравнению с военнообязанными призванными на сборы в 1986 году нам всем здорово повело — нам предстоит получить, точнее набрать, дозу облучения в два с половиной раза ниже прошлогоднего «безопасного» уровня. Поэтому многие из тех, кто был отобран командиром полка для выполнения вспомогательных работ при войсковой части, за исключением писарей, медбратьев и поваров, я бы даже сказал, рвались работать на Чернобыльской АЭС. И не столько ради того чтобы подзаработать, сколько ради того чтобы поскорее набрать свои десять «шитиков» и побыстрее уехать домой.

Командиру полка даже пришлось успокаивать этих людей.