Cедьмой уровень: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Определением от 30 мая 2023 года № 1160-О Конституционный Суд Российской Федерации подвел итог моей многолетней борьбы с государством, за признание человеком и гражданином на которого распространяется действие законов и Конституции Российской Федерации, что в конечном счете и позволило мне поставить последнею точку в этой книге.

Предлагаю читателю сокращенный вариант книги — это начальные главы о выполнении работ на Чернобыльской АЭС и заключительная глава о Конституционном Суде Российской Федерации и его Определении от 30.05.2023 года № 1160-О, в достаточней мере позволяющем понять причину бездействия Закона РФ «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» (в редакции от 24.11.1995 г.), в части назначения пенсии по инвалидности, как пенсии вследствие трудового увечья, соответственно и в части назначения ежемесячной суммы в возмещение вреда (не может быть пенсии вследствие трудового увечья без возмещения вреда за данное увечье), исчисленных из фактического заработка (в соответствии с ранее действовавшим законодательством, до 01.01.2002 года для назначения пенсии по инвалидности вследствие трудового увечья и возмещения вреда за данное увечье принимался один и тот же фактический заработок, и наоборот) начисленного на основании нормативных актов по оплате труда за дни работы в зонах опасности, а так же понять и причину заставившую законодателя с 01.01.2002 года упразднить такое понятие, как пенсия по инвалидности вследствие трудового увечья, и приравнять всех участников ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС по пенсионному обеспечению к военнослужащим, которым полагалась «компенсация возмещения вреда» в твердом размере, в зависимости от группы инвалидности, безотносительно от выполнения работ в зонах радиоактивного загрязнения и заработка (денежного довольствия).

1

Взрыв реактора четвертого энергоблока Чернобыльской атомной электростанции.

190 тонн «мирного» атома вырвалось наружу…

Три дня руководство Советского Союза хранит молчание, надеясь, что все обойдется…

На этот раз не обошлось.

Уже в мае военные комиссариаты страны начинают призыв военнообязанных на специальные сборы для выполнения правительственного задания по ликвидации последствий крупнейшей техногенной катастрофы XX века. Призыву подлежат лица первой категории не репродуктивного возраста — от тридцати лет и старше. Одновременно, негласно, идет набор добровольцев для сооружения «саркофага» (позднее переименованного в объект «укрытие») над разрушенным энергоблоком. Привлекаются рабочие в основном строительных специальностей. Гарантированные Правительством СССР условия работы очень привлекательны: Вахтовый метод. Шестичасовой рабочий день, с учетом перерыва на обед. Бесплатное питание. Достойная заработная плата. Добровольцев достаточно — набор идет на конкурсной основе. Многие в нашем полунищем государстве просто хотят подработать месяц-другой на Чернобыльской АЭС. Не часто фартит такая удача, за несколько месяцев можно заработать, и на квартиру, и на машину, да еще и останется.

А о плохом думать не хочется.

2

Краснодарский край. Город Армавир — провинциальный, заштатный городишко, уютно расположившийся на левом берегу быстрой и мутной речушки, носящей красивое и гордое название — река Кубань.

Город основан армянами в 1837 году: Арма — ворота. Вир — ветер. Очень точное название, в переводе на русский — аэродинамическая труба.

На стене проходной орденоносного комбината ПМДО Армавир появляется плакат с фамилией первого человека призванного на специальные сборы для выполнения правительственного задания по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС. В августе подходит и моя очередь — получаю повестку от военкомата с предписанием прибыть к 8-и часам утра в третью поликлинику для прохождения медицинского обследования.

Мне 39 лет. Я в отличной физической форме. Не курю. Могу проплыть 10 километров, и даже больше, и бежать средним темпом хоть целый день пока не надоест.

В фойе поликлиники на первом этаже уже собралось несколько десятков человек. В толпе увидел старых знакомых по прежней работе. С одним из них, Валентином, я работал в ПАТП № 2, с другим, Даниилом, в автоколонне № 1198. Оба, как и я, водители первого класса. Никто из них не рвется на Чернобыльскую АЭС выполнять правительственное задание. Я тоже не горю патриотическим желанием исполнить свой гражданский и воинский долг в зоне радиоактивного загрязнения, но и прятаться за спины других не хочу — если я не поеду на сборы, значит, вместо меня на Чернобыльскую АЭС должен будет поехать кто-то другой.

Порядок прохождения медицинского обследования стандартный. Каждому выдается листок — «бегунок», с перечнем врачей тех специальностей, которых мы должны обойти. В кабинеты заходим сразу по нескольку человек. После вопроса: «Жалобы есть», врач ставит в «бегунке» свою подпись.

Лично у меня жалоб нет. Сердце бьется ровно — артериальное давление 120 на 80 миллиметров ртутного столба. В кабинете врача-окулиста медсестра проверяет зрение. Читаю нижнюю строчку. Мог бы прочитать и более нижнею, если бы таковая была. Тем не менее, из пяти человек в кабинете врач отбирает именно меня, вероятно как наиболее «старого» (средний возраст призывников 33–34 года) для более тщательной проверки зрения: Ложусь на кушетку, медсестра закапывает в глаза какие-то капли расширяющие зрачки. Измеряет внутриглазное давление — все в норме.

В ЛОР кабинете Даниил жалуется на поврежденную, в результате дорожной аварии, барабанную перепонку правого уха, ничего не слышит этой стороной — пустяк, не препятствующий исполнению воинского долга. Ни один человек в этот день не был забракован врачами по состоянию здоровья. Вердикт медицинской комиссии однозначный: «Годен к строевой службе и работе с радиоактивными веществами».

Выйдя на улицу практически теряю зрение — яркий солнечный свет через расширенные зрачки обжигает глаза. Испытываю острую боль, из глаз непроизвольно катятся слезы.

3

Следующим днем, с медицинским заключением на руках и с сознанием важности и ответственности от возложенной на меня миссии, я поднялся по ступенькам Армавирского военкомата.

Призывом военнообязанных на специальные сборы по ликвидации последствий чернобыльской катастрофы занимается офицер в воинском звании капитан.

Объясняю капитану.

— Дома у меня остается жена с двумя детьми. Младшей дочке, Светлане, уже исполнилось полтора годика, но она до сих пор еще не устроена в детский садик.

Через 15 минут капитан вручил мне письмо военкома для заведующей детским садиком, в который ходит мой сын, с просьбой устроить в этот же садик и мою дочку.

Утром следующего дня в детский садик я привел обоих своих детей. Сердце наполнилось гордостью за самого себя — Родина вспомнила и позаботилась обо мне, как только я оказался ей нужен.

1 октября 1986 года в СМИ появилось сообщение о том, что под промышленную нагрузку поставлен 1-ый энергоблок Чернобыльской АЭС, а над разрушенным 4-ым энергоблоком завершено перекрытие защитного сооружения — в какой-то момент показалось, что главная опасность уже миновала и я опоздал к раздаче наград.

Но три дня спустя меня будит дверной звонок — первый час ночи, только лег, рано утром вставать на работу. Открываю дверь, у порога с повесткой в руках стоит посыльный от военкомата.

— Ты еще позже не мог прийти?

— Днем же вас дома никого не застанешь.