— Согласен, прекрасные. Гомер. «Илиада». Гектор. Патрокл. Ахилл. Патрокл был другом Ахилла. Гектор его убил. Ахилл отомстил за смерть Патрокла и убил Гектора… Что вы знаете о «Голубом Патрокле»?
— Патрокл — голубой! Греческий герой — голубой! Да надо же! А что? Скоро выяснится, что и принц Датский… Почему нет? Этот даже возможно…
— Оставим на время Шиллера в покое и от Гомера перейдем к кристаллографии.
— Здесь я не специалист.
— Почему же! Вернемся к вашему разговору с ювелиром в Антверпене. Вы сказали, что удивились, когда он сказал вам, что ваш бриллиант составляет часть сета из двух камней: «Голубого Патрокла» и «Желтого Ахилла».
— Так вот почему вы мне процитировали Шиллера! Кстати, действительно прекрасные строчки. «Голубой Патрокл», «Желтый Ахилл»… Поэзия! Но этот «Желтый Ахилл», скорее всего, очень дешев. Желтые бриллианты не в цене.
— Не совсем так. Желтые бриллианты раньше ценились дешевле голубых, но в настоящее время сложно сказать, какой цвет камня более популярный. Кроме того, «Желтый Ахилл» по размеру почти в два раза больше «Голубого Патрокла». Так знали ли вы о существовании «Желтого Ахилла»?
— Не знал.
— Не верю. Конечно, знали. Ибо если бы не знали, то, продав «Голубой Патрокл», успокоились бы. И у милого Гектора не появилось бы искушение поспешить в сраженье.
— Не появилось. Шиллер предупреждал. Милый Гектор, не спеши в сраженье, где Ахиллов меч без сожаленья тень Патрокла жертвами дарит.
29. Город Часлав
— В самом начале нашей беседы вы признались, что первой вашей поездкой из Антверпена была Чехословакия. Не так ли?
— Так.
— Наши чешские товарищи сообщили, что в Чехословакии вы не интересовались ни Прагой, ни Братиславой, а направились сразу в город Часлав. Это так?
— Ну и что?
— Мы предположили, что в письмах, которые вы читали у Константинопольской и которые, скорее всего, были изъяты у Крышкиной, вы нашли нечто, заставившее вас отправиться в Часлав. Но что? «Голубой Патрокл» был уже почти ваш. Интересовать вас мог только «Желтый Ахилл». Неужели в письмах было написано, что «Желтый Ахилл» в Чаславе? По-другому не получается, Ростислав Романович.
— Не получается.
— А получается то, что вы узнали, что «Желтый Ахилл» находится у брата Крышкиной Ивана, который после революции уехал в Чехословакию и живет в Чаславе.
— Это правда.
— И вы отправились в Часлав.
— Долетел да Праги, оттуда поездом в Часлав. Это недолго, меньше часа.
— И сразу на могилу Яна Жижки?
— Яна Жижки, говорите? Вы изучали этот город — похвально. Но Жижка меня не интересовал. Я направился по адресу, который был в письме. Ениковская, дом 19. Оказалось, эта Ениковская недалеко от вокзала, надо было пройти по Тыршевой минут пять и повернуть налево.
— Вы помните до сих пор названия улиц?!
— Я их тщательно запоминал в Москве.
— Ну и нашли, кого искали?
— Увы, нет. Я вам уже сказал, что вся эта история в миноре. Иван уже лет десять как умер. Я встретился с его сыном Любомиром. Он работал врачом скорой помощи в муниципальной поликлинике напротив его дома. Плохо говорил по-русски. Ничего о «Желтом Ахилле» не знал. Я отобедал в ресторане «Чешска коруна» напротив вокзала. И попрощался с городом. Приятный город, двух-, трехэтажные здания, все светло-серого цвета — кроме вокзала, он почему-то красный.
— И на этом милый Гектор успокоился.
— Поверил Шиллеру. История закончена.
— Не совсем… Когда наши чешские товарищи узнали, что в Чаславе к некоему Любомиру Крышкину, за которым они ведут постоянное наблюдение, приходил какой-то русский, они сразу же сообщили нам фамилию этого русского. К нашему удивлению, им оказался человек, который только что сбежал из Союза и который уж точно не должен был объявляться в социалистической Чехословакии. Мы заинтересовались этим человеком и начали искать его связи с Любомиром Крышкиным. Запросили сведения про всех Крышкиных в Союзе и узнали, что некая Крышкина Антонина Матвеевна была убита в день отъезда этого человека из Союза. Мы начинаем досконально изучать друзей этого человека и обнаруживаем…