дела».
Мне сразу понравилось. Правда, первый приход у меня был очень сильный, они боялись, что
сделали передозняк. Но обошлось. Вот с тех пор я и стала колоться. Но сказала: каждый день
не буду. Да я там и не бываю каждый день. Но раз в четыре дня для кайфа - колюсь. Они
меня колют.
В общем, когда я в доме, готовлю им что-нибудь поесть, они приезжают, едят, посылают
человека за кайфом. Потом мы укалываемся и я ухожу в соседнюю комнату, ложусь, ко мне
приходит кто-нибудь из них, кого под базар разобрало, и мы разговариваем. А остальные там, с одной девочкой или с двумя. Ну да, они каждый раз привозят с собой какую-нибудь девочку
на приход, из старых или из новых. Так и называется: девочка на приход. После прихода
кайфа наступает возбуждение - и ее используют все по очереди, по три человека сразу: в зад, в рот и куда обычно. Потом другие трое подходят, пока все не кончат. Там нас обычно бывает
человек десять, двенадцать иногда.
Ну а что она? Это же винт. Если она первый раз кончает под винтом, он ей дает такое
возбуждение, что она становится как ураган, четыре-пять раз подряд кончает, и все ей мало.
Она там с ума сходит. Бывает, все десять человек на ней кончили, уже не могут, так она
врывается в комнату, где я лежу с каким-нибудь парнем и базарю, набрасывается на него, сосет и садится верхом. Винт с первого же раза так действует, если ее только тронуть, специально возбудить и направить. Начать только, а там уже она с ума сходит, у нее вроде
бешенства матки, так, кажется, называется. Бывает, что приходят постоянные, а бывает -
новенькие. Побазарили с ней на улице, пообещали, что будет кайфово, она и пошла. Но я так
считаю: раз пошла, могла бы и догадаться, что не просто так зовут, не дура, не сегодня
родилась. Говорят, что девочки на приход долго не протягивают, за несколько лет в тряпку
превращаются, в старух. Наверно, это точно. Я одну видела, не старуху, молоденькую, но с ней
такое сделали, что она сразу изменилась. Ее так использовали, что я даже не знаю, что с ней
потом было. Она какой-то трехнутой оказалась, ее с винта под хи-ха-ха разобрало, и она стала
сервизом кидаться. Хохочет и бросается, хохочет и бросается. А сервиз был «Мадонна», даже
для них большие деньги стоит. Она там еще что-то натворила, вот они и набросились на нее, во все щели, да не по трое, а кто куда мог. Такая куча тел, орут все, мне даже страшно стало. А
когда все там кончилось, я посмотрела на нее и не узнала - ну вся изменилась, вся другая.
Грудь у нее такая высокая была - вся грудь опала, и вообще - сразу стала маленькая... Я ее
больше не видела, больше она туда не приходила.
Я старалась не соваться в ту комнату, когда они начинали хоровод. Лежу, базарю с кем-
нибудь, мне хорошо. Чаще всего со Славиком. Правда, он тоже иногда уходил, говорил:
«Пойду встану в хоровод. А я ему: «Только презерватив одень, а то я тебя к себе не подпущу».