— Ты что-то знаешь, — уверенно сказал Арнил. — И скрываешь. Почему?
Чародей сплюнул, отвернулся и отломал еще несколько веток, годных для костра. Арнил решил покончить с этим разговором, поняв, что он ничего не добьется от Рейна. Почему Хаззар поручил это задание именно ему? И где был Рейн в момент битвы в Роувине? Ведь он пришел со стороны ворот в город, а не наоборот… Права была Джейна, слишком много вопросов в последнее время. И даже Рейн это заметил. Хотя на часть из них у него явно имелись ответы. Арнил поежился — наверное, от холода.
— Здесь недавно кто-то был, — неожиданно сообщил маг и указал на землю. — Несколько свежих следов, ветки на земле треснутые, или вовсе сломаны.
— И? — недоуменно протянул Арнил. — Что теперь?
— А то, что нам нельзя медлить. Враги могут быть неподалеку.
— Ну Хаззар же тебе поручил сопровождать нас, так? — язвительно заметил Арнил. — Вот и будь любезен дать отдохнуть и защитить от нападения…
— Видишь ли, в чем дело… — вкрадчиво заговорил маг. — Пока вы будете делать то, что я вам скажу — вы будете в безопасности. Если я говорю — в укрытие, это значит, нужно укрыться, если я говорю — в атаку, значит, нужно достать меч и драться. И если я говорю — рядом враги, значит, нужно поскорее убраться!
Он поднял с земли еще несколько веток.
— Как мы можем что-то делать, не зная даже, кто наш враг? — усмехнулся Арнил. — Ты ничего не объясняешь.
— Моя задача — довести вас до столицы! — В голосе Рейна зазвучала злость. — А рассказывать вам что-то я не намерен.
Он неожиданно затих и напрягся. Казалось, он что-то услышал, но Арнил не мог понять, что — кроме шелеста сухих веток, колыхаемых ветром, не было ни единого звука.
— Идем, у нас мало времени, — сказал маг.
Рейн разжег костер, и друзья плотно окружили его, подставив к нему ладони. Маг достал из своей небольшой сумочки несколько булок и раздал их остальным. Еда, хоть и в ничтожно малом количестве, воодушевила их. Следом за булками Рейн извлек из сумки сверток бумаги. Когда он развернул его, стало ясно, что это карта континента. Все это маг проделал молча и не глядя на друзей. Его поведение начинало раздражать Арнила, Дила и Джейну. Лира же, казалось, заинтересовалась загадочным чародеем. Ее привлекало все, связанное с ее ремеслом.
Рейн не отрываясь изучал карту. Спустя несколько минут он кивнул, удовлетворившись своими мыслями, и спрятал сверток обратно.
На смену голоду пришла сильная жажда. Арнил огляделся и прислушался, надеясь услышать журчание реки.
— Без воды мы тоже долго не протянем, — бесцеремонно заявил Дил. Арнил невольно поджал ноги — ну, сейчас начнется…
Но маг не переставал его удивлять. Он бросил на Дила испепеляющий взгляд, достал из сумки фляжку и кинул ее ему. Рейн был сама любезность и само нетерпение. Он словно чего-то ждал или опасался…
Внезапно Рейн поднялся на ноги и немного отошел, прислушиваясь к вечерней тишине, которую нарушали лишь порывы ветра. Медленными шагами он двигался в сторону от костра. Что-то его явно насторожило. Но никто не мог понять — что. Ни посторонних звуков, ни огней в лесу не наблюдалось.
Лира склонилась к друзьям и с опаской посмотрела на постепенно удалявшегося мага.
— Что с ним? — тихим голосом спросила она.
— Может, галлюцинации? — пожав плечами, предположил Дил.
Арнил оглянулся на Рейна. Тот стоял, чуть приподняв голову.
— А может, он под действием какого-нибудь заклинания? — не успокаивалась Лира. — Он даже не устал… и кажется, не голоден…
— Ты, случайно, не знаешь подобных заклинаний? — улыбнулась Джейна. — Нам бы оно тоже не помешало…
Также резко, как и поднялся, Рейн развернулся и быстрым шагом подошел к друзьям. Лицо его оставалось непроницаемым.
— Уходим. Здесь враги.
— Но откуда ты…
— Быстро! — И он схватил свою сумку.
Отряд, так и не успев толком отдохнуть, из последних сил мчался прочь от места привала. Мрачный, вымерший лес был густым, и Рейн бежал впереди, то и дело отрываясь от остальных. Он даже не оставлял пометки на пути, чтобы в случае, если они заблудятся, вернуться по ним назад. Он как будто знал эти места как свои пять пальцев. Арнил здесь никогда не был, но и оглядываться, изучать эти края не было времени. Грудь болела, ее словно сдавило стальным обручем. Наступала ночь, уже стало темно, и он несколько раз чуть не споткнулся и не напоролся на ветки.
— Долго еще? — выдохнул он на бегу.