Удивление застыло на лице сестры.
— Отвлеклась? На что? — Она знала, что в это время лес пуст.
— А вон, посмотри. — Эванс кивком указала куда-то за спину Милены. Та обернулась, но ничего не увидела.
— Что ты… — Когда Милена повернулась обратно к сестре, перед ее лицом находилось острый кончик лезвия меча.
— Засчитывается? — Настало время улыбаться Эванс.
— Хитрооо, — с долей огорчения в голосе протянула Милена. — Но что ты будешь делать, если противников двое?
Она резко взмахнула мечом, но Эванс отреагировала незамедлительно.
— Лариэ Килин!
Вспыхнул серебристый свет, и оружие вылетело из руки Милены. Она разочарованно посмотрела на опустевшую ладонь.
— Но… это же нечестно! — возмутилась она.
— А двое на одного — честно? — парировала Эванс, убирая меч обратно в ножны.
Милена махнула рукой:
— Ладно, твоя взяла… Пойдем домой.
Она подобрала клинок, и сестры отправились в сторону дома.
Эванс разбудил звон разбитого стекла и следом порыв ветра в лицо. Она, ничего не понимая, открыла глаза, приподнялась на постели и оглядела комнату. Окно оказалось выбито, но кто и зачем это сделал, она не представляла. Милена тоже проснулась и села на кровати.
— Что произо… О, Боги!
Эванс заметила, как сестра изумленно уставилась на стену. Она посмотрела туда же, и внутри у нее все похолодело. Из стены торчал оперенный кончик стрелы. То, что стрела не эльфийская, Эванс определила сразу. Значит, это не эльфы…
С улицы послышались крики. Милена, не вставая с кровати, посмотрела в разбитое окно. Снаружи шел дождь, капли которого ветер выбрасывал в дом девушек, и пол уже был мокрый. Где-то вдалеке горели огни, и их отблески плясали на стенах. Лицо Милены стало испуганным.
— Что там такое? — Эванс тоже видела бегущих и кричащих людей в сторону огней.
— Мне кажется… На нас напали.
Когда Эванс и Милена добрались до места схватки, западная часть города уже полностью была охвачена огнем. Небольшое войско вражеских рыцарей в доспехах из черной стали, яростно бросилось на тех, кто встал на защиту Дарина. Никто не ожидал подобного, и жителей Дарина застали врасплох. Те, кто еще не успели вооружиться и волей судьбы оказались на месте битвы, незамедлительно погибли. Эванс словно парализовало.
— Ну что ты стоишь? — дернула ее за руку Милена. — В бой!
Эванс вздрогнула и достала меч. Милена, повторив ее действие, кинулась в гущу схватки. Эванс выкрикивала заклинания, поле битвы каждую секунду озаряли серебристые вспышки, и попавшие под руку волшебницы падали замертво, независимо от толщины их доспехов. Даринцы немного отступили, давая свободу пути силы магии самой сильной кодунье города. Среди врагов тоже попадались маги, которые, заметив появление серьезного соперника, тут же попытались его устранить потоком ответных заклинаний, но Эванс умело уворачивалась и отражала их. Она старалась не выпустить из вида сестру, держась ближе к ней. Шрам на запястье Эванс покраснел — показатель ее магических сил, и при каждом новом заклятии его больно покалывало.
Даринцы упорно держали натиск, не пропуская врагов дальше.
Эванс, подпустив к себе рыцарей, сражала их своим длинным мечом — запас магических сил нужно было беречь, шрам уже горел болью. Милена яростно билась, окруженная врагами, но к ней не всякий осмеливался подойти. Перевес оказался на стороне Дарина — войско рыцарей стремительно уменьшалось.
Но тут ход сражения изменился.
Из рядов рыцарей вышел высокий человек, не защищенный доспехами. На нем был лишь черный плащ, капюшон которого полностью скрывал его лицо. Он некоторое время наблюдал за битвой, и, заметив, что сила не на стороне его союзников, взмахнул рукой, прочитав короткое заклинание. Сверкнула вспышка ярко-зеленого света, и сразу несколько даринцев рухнули как подкошенные. Он повернулся к Милене.
— О нет! — воскликнула Эванс и попыталась пробраться к сестре. Но не тут-то было — на нее накинулись сразу несколько рыцарей. Убрав несколькими заклятиями преграду, Эванс метнула серебристый луч в волшебника в черном плаще. Но тот резко повернулся к колдунье и, так же взмахнув рукой, отразил ее заклинание, и луч устремился в ее сторону, стремясь поразить насмерть. Эванс увернулась от него и выпрямилась во весь рост. Она поняла, что перед ней маг, чьи силы и способности куда превосходят ее.
Страха не осталось. Осталось лишь желание уничтожить этого человека.
Она приготовилась бросить в него еще одно заклинание, но тут он поднял руки, кисти которых засветились зеленоватым светом, и шрам на запястье Эванс обожгло нестерпимой болью. Ее колени подогнулись, она заметила капли крови, стекающие по руке. Этот маг уничтожал ее силы!