И она не прекращалась, а стала еще более ожесточенной. Канонерки натужно пыхтели, пытаясь выйти на радиус огня. Из их труб валил густой с копотью дым. Пушки безостановочно палили, но опытный в таких делах Янес держал дистанцию.
К четырем часам пополудни яхта приблизилась к небольшому острову. О его берег яростно бились волны.
– Вот мы и на месте, – сказал португалец. – Настало время избавиться от чересчур любопытных охотников, остановив их на всем ходу. Даже не придется задействовать мои великолепные пушки.
У западного побережья острова действительно было немало подводных рифов и скал: от бурунов стоял гул, сравнимый с канонадой. Белоснежное пенное кружево колыхалось на поверхности моря. Янес внимательно смотрел вперед.
– Если удача повернется к нам кормой, мы тоже можем разбиться вдребезги. Какой-нибудь трус на моем месте предпочел бы дать бой, но только не я. Мати!
– Да, хозяин.
– Возьми лот. Отправляйся на нос, замерь глубину и докладывай мне. На кону наши жизни.
– Слушаюсь, хозяин.
Все было исполнено в мгновение ока.
– Сколько футов? – закричал Янес.
– Семь, хозяин!
– А теперь?
– Пять!
– Проскочим.
Португалец прошел на корму и сам взялся за румпель, в столь решительную минуту он никому не мог доверить управление. Яхта уже рассекала пенные буруны. Кипящая вода билась о борта, началась сильная качка, нос то и дело зарывался в волны. Внезапно, перекрывая рокот стихии, раздался крик Янеса:
– Приготовьтесь! Держитесь крепче!
Капитаны канонерок, видя, что беглецы плывут как ни в чем не бывало, решили, что глубина там достаточная, и безрассудно последовали за ними. Корабли перестроились в линию, один отставал от другого примерно на три сотни футов.
Янес оседлал волну. Та приподняла яхту и перенесла ее через отмель. Небольшое судно лишь слегка задело дно килем – раздался негромкий скрип. Волна понесла яхту дальше, а первая канонерка с налета врезалась в подводную косу. Ее нос резко взмыл в небо, а потом быстро опустился и на секунду замер.
– Огонь! – взревел португалец. – Давай, Мати!
Один за другим прогремели два выстрела: они в упор поразили канонерку, болтавшуюся на мели. От качки ее пушки слетели с креплений и покатились по палубе, давя и калеча матросов.
Яхта вышла на глубокую воду, где ей ничего не грозило.
Одна канонерка преследователей была выведена из строя, поскольку так и не смогла вовремя остановиться.
– Бортовой огонь! – опять скомандовал Янес. – Целься по колесам!
Слитно заговорили пушки. Невдалеке показалось проа, на его палубе толпились малайцы, вооруженные спингардами. Лодку тотчас окутал пороховой дым.
Внезапно канонерка высоко задрала нос и тут же рухнула на камни, с треском развалившись на куски.
– Ура! Победа! Да здравствует Янес де Гомейра! – заорали матросы.
Они имели все основания славить своего капитана, ведь его опасный и смелый маневр спас всех от обстрела и погони. Отмель надежно преграждала дорогу преследователям. Они вынуждены были остановиться, чтобы не повторить судьбу первой канонерки.
Тогда проигравшие начали яростную канонаду, отвечая выстрелом на выстрел, но только зря тратили снаряды. Яхта была уже далеко. Она шла на север, туда, где находилась бухта Радости.
Проа следовало вдоль берега, его широкие яркие паруса раздувались под напором ветра. Падар воспользовался суматохой и тем, что его прикрывала яхта, маневрировал с замечательной ловкостью, безошибочно находя мелкие и узкие каналы, по которым мог пройти только легкий парусник.