— Один из нас может не вернуться со встречи, — говорит он мне.
Оттолкнувшись от Миши, я слезаю с кровати и иду в ванную. Я закрываю дверь и, прижавшись лбом к дереву, делаю глубокий вдох.
Мои эмоции переполняют меня.
Я не могу потерять Мишу. Или отца.
Мама никогда не простит меня.
Я должна что-то сделать.
Когда я вернусь домой на мамин день рождения, мне придется встретиться лицом к лицу с отцом. Я скажу ему, что люблю Мишу, и буду умолять его подчиниться Братве.
Господи, это такая плохая идея.
Раздается стук в дверь, затем Миша говорит:
— Открой, красавица.
Я закрываю глаза и, сделав глубокий вдох, открываю дверь. Когда я поднимаю взгляд на Мишу, его глаза полны беспокойства.
— Почему моя маленькая лань прячется? — Он делает шаг в дверной проем и, подняв руку, обхватывает пальцами мою шею.
Черты моего лица напрягаются, когда я признаюсь:
— Я ненавижу, что мне, возможно, придется выбирать между тобой и моей семьей.
— Я же сказал тебе, что разберусь с этим.
— Да, но один из вас может оказаться мертвым, — восклицаю я.
Миша притягивает меня к себе и, прижимаясь своим лбом к моему, говорит:
— Я сделаю все возможное, чтобы избежать кровопролития.
— Но мой отец этого не сделает, — хнычу я. Прижавшись к Мише, я обнимаю его. — Это несправедливо.
— В нашем мире нет ничего справедливого, моя маленькая лань. Ты же знаешь это. — Он проводит ладонью по моим волосам. — Просто предоставь все мне.
Устав от попыток решить эту проблему, я киваю. На данный момент я предпочитаю сосредоточиться на Мише.
— Я люблю тебя, mio principe.
Миша кладет палец под мой подбородок и, приподнимая мое лицо, заглядывает мне в глаза.
— Ты моя. Я не позволю ничему встать между нами.
— Что, если Виктор передумает?
Миша качает головой.
— Виктор — человек слова. Он не передумает.
Услышав это, мне становится немного легче.
Миша нежно целует меня в губы.
— Я люблю тебя так сильно, что готов убить, чтобы защитить тебя, и украсть, чтобы удержать тебя.