Повернув голову, я кладу подбородок на его грудь.
— А в этот раз?
Его глаза встречаются с моими. Видя, что они полны доминирования и собственничества, у меня по спине пробегает дрожь.
— А в этот раз я заявил на тебя права.
Я смотрю на него, и, как ни странно, эти слова заставляют меня чувствовать себя в безопасности.
— Мне пришлось сдерживаться, пока я не получил одобрение. Теперь, когда ты моя, и я могу заявить на тебя права, тебе не сбежать, Аврора.
Услышав, каким тоном он произносит мое имя, я понимаю, что он абсолютно серьезен.
На мгновение в его глазах появляется какой-то холод.
— Я, блять, похищу тебя, если понадобится.
То есть, если мой отец откажется позволить нам быть вместе, Миша просто заберет меня.
— А у меня есть выбор в этом вопросе? — спрашиваю я.
Он поднимает бровь.
— Тебе нужен выбор?
Я на мгновение задумываюсь, прикусывая нижнюю губу.
Если мне придется выбирать между моей семьей и Мишей… смогу ли я принять такое важное решение, которое изменит жизнь?
Я бы выбрала Мишу, но чувство вины за то, что я бросила свою семью, сделает меня несчастной.
Его ладонь прижимается к моей щеке, а большой палец касается нижней губы.
— Вот почему я принимаю решение за тебя, моя маленькая лань.
Хотя я знаю, что это будет пустой тратой времени, говорю:
— Я могла бы поговорить с отцом.
Миша качает головой.
— Мы оба знаем, что он станет слушать. — На мгновение он замолкает, затем говорит: — У Виктора есть условие.
— Какое?
— Твой отец должен подчиниться Братве.
Мои глаза расширяются, и я качаю головой.
— Значит, мы не можем быть вместе, пока это не произойдет?
Нет.
Миша пристально смотрит в мои глаза.
— Когда я поговорю с ним, все может стать ужасным.
— Ужасно… в смысле… — мои слова обрываются.