— Поедем к папе?
— Нет, моя милая, папа в больнице. Мы поедем ко мне, помнишь мой дом?
Она кивнула.
— Во-от! Потом папа нам обязательно позвонит, и мы встретимся. Поехали?
Она вновь кивнула. Я откинув одеяло, увидела, что та полностью одета, даже в сапожках. Посадила ее и вновь прикрыла одеялом.
— Посиди, я сейчас позову нашу тетю Люсю, помнишь ее?
Она вновь кивнула.
— Мы соберем вещи твои и поедем.
— И папины, тоже? — прошептала она.
Я остановилась и сердце сжалось.
— Нет, папа сам за ними приедет. Ведь я не знаю, что ему нужно, верно?
— Да, — вновь прошептала она, — папа знает сам.
— Ну, вот видишь, а сейчас посиди.
Я подошла к окну и помахала на улицу фонарем. Увидев, что открылась дверь и Людмила вышла, еще раз помахала. И она рванула к подъезду.
— Сейчас ворвется и мне отвесит, — тоскливо подумала я и пошла навстречу.
Так и случилось. Она вытаращилась на меня, потом опомнилась, поняв, что все нормально и выдала:
— Ну ты даешь, мать! Еще одна такая выходка и в вашей группе будет на одного члена меньше.
Я виноватым голосом подтвердила свою неразумность, но это же впервые у меня. Она прошла со мной в комнату и увидела сидящую Танюшку. Подсела.
— Ну, ты как, ребенок?
Та пожала плечиками:
— Я ничего. Только папа заболел, а мама умерла. И мне было очень холодно.
Мы с Людмилой всхлипнули одновременно. Помолчали успокаиваясь.
— Ну, ничего, — похлопала она по ее ручке, — папка выздоровеет, а ты к нам. Там познакомишься с мальчиком. Его зовут Ареэль и он настоящий мужчина. Смело можешь ему доверять. И еще там ждут тебя Юзик и моя Ляля. Сейчас мы соберем твои вещи и поедем, хорошо?
— Да, хорошо, — прошептала она. — Я давно не видела Юзика. Он уже стал большим?
— И толстым, — проложила я и начала собирать ее вещи, оглядывая полки.
Мне было трудно понять, что с собой надо брать, ведь не было опыта с детьми, но при подсказке Людмилы и некоторых спорах, мы собрали большую сумку. И еще маленький рюкзак, примерно такой же, как и у Арелика, и Танюшка положила в него своих кукол, пару книжек с карандашами и альбомом. Людмила спускалась вниз с Танюшкой на руках, а я закрыла двери и пошла за ними. Перед выходными дверьми, остановила их и осторожно выглянула. И была права. Около машины стоял полицейский УАЗ и один уже вылезал наружу. Он был в полном камуфляже в броннике и с автоматом. Подошел к машине, заглянул внутрь и попробовал дверцы. Они были закрыты. Потом прошел к водителю, и они о чем-то говорили.
— Что там? — выдохнула Людмила.
— Патруль, ешкин кот! — прошептала я.
— Что будем делать?
— Ждать и надеяться, — хмыкнула и приникла к дверной щели.