Из очереди раздались смешки. Большинство тут же заговорили о низком интеллекте спросившей. Как же трудно быть умной, когда кругом одни идиотки! Я не стал тратить время на пустые разговоры и пошел в сторону метро, выискивая глазами Настю.
«Разве такой любви она хочет? – думал я в тот момент. – Когда нет выбора и азарта и ты уже заведомо определен победителем?»
Кто вообще по собственной воле пойдет к доктору лечиться от желания быть счастливым? Если так разобраться, то все мы этим переболели. Иные и рады бы заболеть, да так и уходят из жизни здоровыми.
Померзнув возле метро, я ни с чем вернулся обратно. Денежные часы экстрасенса неуклонно тикали. Я нервно смотрел на стрелки. По моим подсчетам, было уже без пятнадцати двести тысяч рублей, не считая, конечно, моего гонорара.
В студии Боря отозвал меня в сторонку.
– Триста тысяч за этот цирк – это ты хорошо придумал, – сказал он, понизив голос. – Только не учел одно обстоятельство: для использования студии в коммерческих целях необходимо оплатить аренду.
Жадность и острый слух – что еще нужно успешному шантажисту? От себя я был готов добавить Боре заплывший глаз и большие проблемы с прикусом.
– Уши греешь под дверью?
В этот острый момент он снова сумел сохранить лицо:
– И еще, Вадим, конфиденциальность оплачивается отдельно. С тебя и с ведьмы – половина дохода. Сам понимаешь, молчание – золото.
Мне пришлось согласиться.
– Ладно, Боря. Только сам видишь: девушка не пришла.
– И это же замечательно, – рассмеялся он и подмигнул Эльвире, – главное, счетчик тикает.
Настя пришла с большим опозданием. Под недовольный гул очереди я быстро повел ее в съемочный павильон.
– Продюсер уже домой собрался и, между прочим, с какой-то барышней, – обратился я шутя к девушке. Она лишь взмахнула в ответ ресницами. За один этот взгляд мой клиент был готов отвалить целое состояние.
В студии экстрасенс, слегка закатив глаза, простерла руки в сторону полуголой участницы.
– Дитя, тебя выбрали сами звезды, поэтому ты сейчас здесь, – загробным голосом молвила Эльвира, – назови мне время и дату своего рождения.
– Одиннадцатое июля девяносто восьмого года, приблизительно семь утра.
– Какое удачное сочетание чисел, – она сразу перешла к делу, – в жизни тебе сопутствует любовь. Мужчина готов идти за тобой на край света, и похоже, что он богат.
Настя пожала худенькими плечами.
– Нет, тебе не нужно на шоу, детка. Иди к нему и будь счастлива.
Последующий монолог девушка слушала без улыбки. Ее ягодицы и бедра покрылись мурашками.
Боря быстро уловил суть.
– Как генеральный продюсер, я поддерживаю мнение экстрасенса и желаю вам счастья в личной жизни. Пригласите следующую участницу.
Спектакль нужно было доигрывать. Я отправился в коридор за очередной претенденткой, а когда вернулся, Бори и Насти не было. Эльвира указала мне взглядом на ширму. Из-за перегородки доносилась тихая возня. Я подошел поближе.
– Ну что, могу я рассчитывать на второй тур? – шепотом проговорила Настя. – Уверена, вы еще оцените мой талант.
Послышался звук расстегивающейся молнии. Я отодвинул перегородку в сторону.
– Следующий тур будет у Пьера Вудмана[2], – заорал я на них обоих, – а теперь вон отсюда!
Настя прижала к груди свое еще не надетое платье.
– Оба!
[2] Французский порноактер, порнорежиссер и фотограф.