– А зачем было вот так уходить – в тапочках и с пакетом, гражданин? – проговорил я дерзко-официальным тоном, свойственным представителям силовых структур.
– Вам не кажется символичным, что вместе с мусором я избавился и от прошлого?
Я сказал ему вслед что-то про сор в голове, но вышло по-хамски. Он не стал слушать и молча затворил за собой дверь темной питерской парадной.
13. Под прикрытием
Шел обычный рабочий день, когда офис детективного агентства наполнили феромоны. В дверях стоял Красовицкий – усатый мужчина в самом расцвете сил.
Но не все движимое отвечало этому альфа-самцу взаимностью. Одним из таких созданий оказалась Наташа, бывшая сотрудница его маленькой строительной фирмы. Девушка одна воспитывала ребенка и вынужденно жила с пожилой мамой Верой Павловной. В узких кругах ее звали просто Падловной. Вероятно, не просто так.
Больше всего на свете пенсионерка ненавидела Красовицкого. Она осыпала его ругательствами, обливала мочой и при первой возможности покрывала лицо мужчины царапинами. Однажды даже пыталась подговорить соседа-моряка избить дочкиного поклонника. К счастью, сосед ушел в рейс, прихватив с собой выданную в качестве аванса дубленку ее покойного мужа. Всего же, по слухам, вдова трижды пережила своих спутников жизни.
– Совсем проклятая Падловна распоясалась, – со вздохом сообщил Красовицкий.
В расстроенных чувствах он подпер рукой голову, и я смог разглядеть на его запястье блестящий золотой корпус швейцарских часов.
– Вчера у Наташенькиной дочки был день рождения. Я принес ей подарок – шары воздушные. А эта ведьма все вышвырнула. «Не надо нам, – сказала, – твоих шариков-хуяриков». И в лицо мне плюнула.
– Какая отвратительная история, Андрей Сергеич, – я вложил в интонацию все свое мужское сочувствие.
– Бороться тут бесполезно, – пожал плечами Красовицкий. – Не можешь победить – возглавь. Вот и я с вашей, естественно, помощью хочу этот шабаш возглавить.
Сверхценные идеи Красовицкого обычно не предвещали ничего хорошего. В прошлый раз он попытался помочь пенсионерке донести до квартиры сумки с продуктами. Хотел подмазаться. Потом два месяца объяснял следователю свои благие намерения. Благородный поступок с подачи Падловны обернулся проверкой по заявлению о вторжении в жилище. Красовицкий тогда быстро собрал нужные бумаги и целой хрустящей пачкой придавил протокол допроса.
– Еще при первом знакомстве с бабкой, когда Наташа меня представить решила, мы все немного выпили, – продолжил свой рассказ Красовицкий. – Падловна мне давай доказывать свою принадлежность к древнему роду викингов. Я тогда сдуру ляпнул, что сам из Рюриковичей. Такого дерьма наслушался…
– Слушайте, Андрей Сергеич, вы меня только в свою битву престолов не впутывайте, пожалуйста. Я со школы все эти родословные царей путаю.
– Подучить придется, – возразил Красовицкий, – потому что экзамен у вас будет принимать она сама, понимаете?
Я изобразил на лице глубокое непонимание ситуации.
– Перестаньте, Вадим. Все вы прекрасно знаете. Бабка бесится от нехватки внимания. Поэтому у меня есть к вам такая просьба…
– На этом, Андрей Сергеич, я предлагаю нам разойтись краями. Вы меня с кем-то спутали.
– Что вы, Вадим, и в мыслях такого не было! Я хочу предложить простое элегантное решение. Нужно вывезти Падловну на родину викингов и продержать там как можно дольше, – на этих словах Красовицкий блаженно закатил глаза. – За это время я постараюсь оформить брак с Наташей, и тогда чары ведьмы рассеются.
– Сопровождать ее буду я?
– Никто, кроме вас, с этой задачей не справится. Здесь нужно актерское мастерство. Вы будете играть генеалога.
– Кого?
– Только не спутайте с гинекологом.
– Все это очень страшно.
– Генеалог занимается составлением генеалогического древа, то есть родословной. За таким человеком Падловна поедет хоть на край света искать дальних родственников.
Мое скучающее лицо Красовицкий своевременно оживил авансом.
Клиент ушел, а я стал придумывать, как познакомиться с Верой Павловной. На языке разведчиков это называется поиском точки входа. Вариант мне виделся всего один.
Попасть на групповые занятия по водной аэробике для пожилых оказалось сложнее, чем на закрытую пенную вечеринку. На ресепшен мне сразу дали понять: в концепцию мероприятия я не вписываюсь.
– Молодой человек, вы по возрасту не подходите. Вынуждены вам отказать.