Клиентка подняла сотовый на уровень своего лица, сопоставляя себя со снимком.
– Мы с ней как родные сестры, – убеждала Даша. – Просто я для вас лицо новое, и мозг еще толком не адаптировался, чтобы заметить сходство.
– Где именно, говорите, трудитесь? – переспросил я на всякий случай.
Она опять отмахнулась.
– Про мозг тоже в газете вычитала.
– Передайте своим из секретной лаборатории, что газет никто давно не читает. Пусть для агентов нормальную отмазку выдумают.
Дашиным двойником оказалась простая москвичка Надежда Конашкова. Выглядела она не намного старше моей клиентки, однако возраст стратегически засекретила.
– Заходила в две тысячи восемнадцатом, – прочел я в углу экрана. – Интересно, жива вообще?
Даша заволновалась:
– Надо скорее выяснить, и где проживает – тоже.
– Представляю ваш разговор. Сюр еще тот: «Надя, не бойся, я твое отражение. Переходи на нашу сторону, в королевство кривых зеркал».
– Значит, денег ей предложу за помощь. Просто пусть скажет моему Мише, что это была она.
После встречи я занялся изучением материала. Фильм поражал зрителя глубиной и затрагивал тему дружбы народов. В течение получаса я наблюдал, как Даша проводит время в обществе двух темнокожих джентльменов. Они все тяжко пыхтели, не проронив ни слова, используя для общения международный язык любви.
Любой школьник знает, что свадьбы в конце не будет. Есть в этом какая-то горькая аллегория, суровая правда жизни. Некоторые действительно заканчивают вот так. Тыкаются да мыкаются, а выливается все это не пойми во что. Или вот как она: разрывается между двумя мужиками и в итоге для всех плохая. Мораль: без любви вся наша жизнь – порнуха.
Надежда Конашкова, как и многие матери-одиночки, хотела капельку теплоты. Вселенная поняла по-своему, трудоустроив женщину в московские теплосети. Там она вычисляла, сколько денег вылетело в трубу и сколько в действительности пошло на прокладку трубопровода. Короче, была бухгалтером – главным в стране потребителем чая и творчества Стаса Михайлова. Вкусовые пристрастия, вероятно, определил развод, когда в браке с авиатехником что-то пошло не так. Наверное, отвалились крылья. Такое случается, когда падаешь вниз вместе с женой, ребенком и пожизненной ипотекой.
– Говорить нужно лично, – объясняю клиентке, – иначе спугнем. Решит, розыгрыш или психи.
– В квартиру тоже бессмысленно: не откроют, – добавила Даша.
Сошлись на том, что ехать следует на работу. Московские теплосети – не секретный объект. Пробраться туда более чем реально.
– Охраннику скажете, что пропуск забыли. Представитесь Надей. Заодно и проверим сходство.
На проходной Дашу пропустили, но тотчас же операция оказалась под угрозой срыва.
– Конашкова, ты?
Мужчина в брючном костюме фамильярно взял самозванку под руку. Даша от неожиданности потеряла дар речи. Вероятно, что даже к лучшему…
– Так-так, – сказал незнакомец, – Золушка нарядилась в туфельки. Наверно, спешит на бал.
Даша кокетливо улыбнулась, что в переводе с женского может значить все что угодно. Тип в костюме вытащил из кармана какой-то список.
– Слушай, а ты ведь одна не скидывалась. Тогда с тебя первый тост.
Даша полезла в сумку за кошельком, но мужчина ей помешал.
– Давай не дури, – полушутя скомандовал он и, как пленницу, повел в лифт.
По пути Даша трясущимися руками напялила маску, сославшись на отсутствие необходимой прививки.
Они приблизились к кабинету. «Заместитель директора по общим вопросам», – успела прочесть на входной двери девушка. В числе прочих вопросов на повестке дня было празднование дня рождения некой Далецкой.
Из шуток своего спутника Даша уяснила, что с этой женщиной Надю связывают не самые позитивные моменты.