– Меняются законы часто. К одним не привыкнешь – раз, а уже все по-другому.
– Ну-у-у, – недовольно потянул Петр, – в таком разе законы ваши и сами не знаете, и в Думе не помнят! У вас ныне, как я погляжу, и совесть не в законе! Богатство выпячивать не боятся. Кто боле наворовал, тому и почет! Вы сперва с простого начните: Вору – честь или петля. Мздоимцу – слава или долговая яма. Убивцу – петля или топор.
– У нас в стране отменена смертная казнь, – объяснил Иван Данилович. – Сегодня на заседании Думы как раз об этом и будут говорить.
Поднявшись по мраморной лестнице, Петр оглядел коридор с комнатами, расходившимися по обе стороны от него.
– Ну и жизнь! Я всех своих подручных, со всей России, здесь уместить бы смог. И еще бы место осталось! Да, столько-то ответственных, а безответственность в стране! Будто на болоте. Кочек много, а твердого места не найти. Ступишь и завязнешь!
Зал заседаний был массивен, но не заполнен.
При виде Петра все стали перешептываться. Докладчик был вынужден попросить тишины.
– Мы рады, что наше заседание почтил присутствием Петр Алексеевич, – сидевшие в президиуме стали подвигаться, оставляя центральное место.
– Спасибо за почет, – поклонился государь, – да токмо не по мне то место. Ваших порядков еще не знаю. Дозвольте мне с краю присесть, – показал он на дальний ряд в зале.
– Прибедняется. С чего бы? – нагнулся к ведущему заседание его сосед.
– Долго не смолчит, не беспокойтесь. Итак, господа, возвращаемся к обсуждаемой теме. Нужно ли вернуть смертную казнь? Отменив ее, мы доказали, что являемся демократичным государством. Время, когда по любому поводу рубили головы – простите, уважаемый Петр Алексеевич, – кануло в Лету. Россия всегда отличалась жестокостью наказания, недаром именно у нас появились такие личности, как Иван Грозный и Сталин. Жестокостью у нас никого не удивишь!
– А в Америке, во многих штатах, смертная казнь сохранена! И в Швеции, – крикнул с места депутат с вытянутым лицом. – А там тоже демократическое общество. За повторные убийства, к маньякам, к примеру, считаю необходимым применять смертную казнь.
– Правильно! – послышались возгласы со всех сторон.
– И педофилов, кто над детьми измывается – необходимо расстреливать! – крикнула крупная дама в третьем ряду.
– Господа, прошу тишины! – призвал к порядку ведущий заседание. – Кто хочет выступить, нажмите кнопку на мониторе, что перед вами.
Тут только Петр обратил внимание на экран и кнопки, что находились перед каждым местом.
– Слово предоставляется уважаемому Евгению Леонидовичу Задиристому.
К трибуне подошел дородный мужчина, судя по выражению лица, заранее не согласный с тем, что он когда-нибудь услышит.
– Что нам предлагают? Убил – сиди, изнасиловал – сиди, а государство корми этих уродов. Я считаю, что смертную казнь надо вернуть. Нечего государству платить за преступников. Среди нас сидит Петр Великий. Давайте у него спросим, согласен ли он с такой политикой.
– Уважаемый Петр Алексеевич, хотелось бы узнать вашу точку зрения, – обратился к Петру председатель.
– Я пока погожу, – остановил его жестом Петр.
– А я хочу внести дополнение, – не согласился с собою же Евгений Леонидович. – Неверно, я употребил слово. Сказал, что сидит среди нас Великий Петр Алексеевич. Не сидит он – находится среди нас. А преступники – сидят, и по сколько лет! Государству строгие приговоры выносить не выгодно. Присудят убийце пожизненное заключение, и корми его всю его жизнь! Вот Петр Алексеевич в свое время, – Задиристый посмотрел в сторону Петра, – наказывал жестоко. И трупы потом месяцами висели. Когда народ боится наказания, то и преступлений меньше. Хватит миндальничать. Убил – казнить, педофил – кастрировать. У нескольких отрежем – остальным неповадно будет!
Со всех сторон в зале раздались громкие хлопки.
– Государство не может брать на себя обязанности Бога, – подошла к трибуне худосочная дама в очках. – Уровень судебных ошибок очень высок. Когда стали возможны анализы ДНК, то в Америке 99 преступников были признаны невиновными в преступлениях, за которые они отсидели.
Петр наклонился к Ивану Даниловичу уточнить незнакомое слово. Затем, поняв ответ, закивал.
– А знаете, кто основал Оптину Пустынь? Разбойник Опта, который совершил много страшных преступлений, но по милости Божьей пришел к покаянию.
– А при советской власти смертников посылали на урановые рудники, – встав в проходе, сказал Евгений Леонидович. – Я считаю это правильным. Пусть работают, где опасно. Новые лекарства, к примеру, испытывают. Хоть польза будет. А то вера – она тоже разная бывает. Вон террористов убеждают, что если много неверных на тот свет с собой прихватят, то им рай обеспечен.
Депутаты повскакали с мест и заговорили все сразу. Председателю пришлось несколько раз призвать их к порядку.
– Ну все, я думаю, достаточно высказываний, – сказал он. – Предлагаю всем голосовать. На табло вы видите резолюцию. Кто считает, что необходимо продлить мораторий на смертную казнь, прошу голосовать. Кто против, кто воздержался.
Нажав кнопку на своем месте, депутаты стали перемещаться по залу и нажимать на соседних местах и даже в других рядах.