- Мое понимание Кулака Великого Предела - именно среднее, - продолжил Ван Фань. - С твоим ему не сравниться. Не огорчай больше своего отца притворными ошибками, ладно? Я четко видел - ты не пользовался показанными тобой формами, но свободно следовал сути стиля, на уровне намного более высоком, чем мой. Давай поупражняемся еще немного. Ты ведешь, но взаправду на этот раз - если будешь сдерживаться, и прятать умение, я обижусь, так и знай, - Гу Ши стесненно кивнул, и встал в начальную позицию упражнения “липких рук”. Гу-старший наблюдал за ними широко открытыми глазами.
- Даже не знаю, гордиться ли мне тобой, Ши-эр, или же отругать, - растерянно высказался он, глядя на движения сына, заметно изменившиеся - он управлял их с Сяо-Фанем упражнением с невиданной раньше уверенностью, и его перемещения, совершенно отличные от показанных прежде форм, дышали новой гармонией.
- Конечно же, гордиться, мудрец, - весело откликнулся Ван Фань. - Вы воспитали мастера. Странно было бы не испытывать гордости, - Гу Е озадаченно крякнул. На строгом лице даоса медленно проступала довольная улыбка.
***
Сидя на крыше гостевого домика, ставшего ему приютом, Сяо-Фань размышлял над событиями сегодняшнего дня. Их с Гу Ши тренировка продлилась до обеда, так увлеклись ей и оба юноши, и радующийся успехам сына Гу Е. Перекусив в обществе друзей, оторвавшихся на время от постижения техники Шагов по Облачной Лестнице, Ван Фань вновь разыскал Гу Ши, и провел с ним серию учебных поединков, испробовав все известные ему рукопашные стили против Кулака Великого Предела. Юный даос неизменно давал достойный отпор Сяо-Фаню - пусть его стиль и имел свои недостатки и уязвимости, как, к примеру, некоторая зависимость от действий противника, мастерство Гу-младшего позволяло уменьшить влияние этих недостатков, и в полной мере пользоваться достоинствами Кулака Великого Предела. Неоднократные и болезненные падения Ван Фаня это подтверждали. Постепенно, юный воитель ознакомился с даосским рукопашным стилем достаточно, чтобы понять, как противостоять ему, но решил не наносить Гу Ши поражений. По наблюдениям Сяо-Фаня, его новый приятель был крайне неуверен в себе, и зависим от мнения других. Несколько раз упомянутый юным даосом Юньхуа имел дурное влияние на Гу-младшего - последний, как понял Ван Фань, считал этого Юньхуа другом, и намеренно прятал умения, чтобы не обгонять его. Ученик Уся-цзы даже пожалел, что не сможет окончательно избавить Гу Ши от этой вредной дружбы - очень скоро он и юный даос будут вынуждены расстаться. Миссия Сяо-Фаня продолжалась, а зазывать в опасное странствие наивного и неопытного четырнадцатилетнего подростка, пусть он и был мастером Кулака Великого Предела, было, по мнению юноши, крайне недальновидным поступком. Ван Фань невольно посочувствовал Гу Е - чернобородый даос показался ему хорошим человеком, пусть и несколько близоруким в делах сыновних проблем. Впрочем, было возможным и то, что он решил позволить Гу Ши самостоятельно набивать шишки, и разочаровываться в иллюзиях.
Сяо-Фань оставил эти мысли, и задумался о собственном рукопашном стиле. Он изучил множество методов для кулака, ладони, и пальцев, и каждый из них был действенен и полезен по-своему. Безупречная защита и сокрушительная мощь Кулака Ваджры, многогранность Кулака Архата, мягкая сила Кулака Великого Предела, и универсальность стилей родной школы - все они казались юноше интересными и достойными внимания. Но, даже осознав эти боевые искусства на более чем достаточном уровне, Ван Фань не мог слить их воедино, выстраивая собственный, неповторимый стиль, как это делал, к примеру, Гу Юэсюань, берущий нужное от различных техник, и созидающий на их основе свою манеру боя. Младший ученик Уся-цзы решил покамест не беспокоиться об этом. Все же, даже с его несовершенным пониманием кулачного боя, он чувствовал себя способным превозмочь большинство своих противников - где силой, а где и хитростью.
Юноша спрыгнул с крыши здания, возвышающейся над землей не менее чем на полтора десятка чи, небрежным движением - после освоения Шагов по Облачной Лестнице, подобные усилия давались ему почти без затрат внутренней энергии. Ван Фань решил отправиться спать: не из усталости - необычайная бодрость все еще не ушла из его тела, но желая поскорее приблизить новый день, и несомые им открытия.
***
Проснувшись, Сяо-Фань застал едва-едва показавшиеся из-за горизонта лучи восхода. Облачная пуховая белизна не окутывала сегодня вершину Удана. Вместо этого, воздух был кристально чист, позволяя, казалось, разглядеть каждый листик в лесах предгорий, солому крыш близлежащего села, и отдельные камни на дальних пиках гор. Полюбовавшись видами, юноша какое-то время обдумывал мысль отправиться в небольшое путешествие до ближайшего селения - с новой техникой шагов, это заняло бы считанные минуты. Он все же раздумал делать это - практика боевых и мистических искусств в Удане показалась ему интереснее. Ван Фань вышел наружу, и с долей непонимания огляделся, не видя поблизости никого из соратников. Чжо Жэньцин поселил их неподалеку друг от друга, и, проснись молодые воители в утренние часы, они, несомненно, встретились бы, выйдя на порог своих временных жилищ. Озадаченно почесав нос, юноша отправился искать братьев и сестер по оружию.
Поиски не продлились долго, завершившись на все том же Массиве Восьми Триграмм. Под руководством главы Удана, Гу Юэсюань с товарищами продолжали неспешное движение по его разновысоким столбам. Исключением была Ши Янь - утирающая пот, но при этом сияющая довольством, девушка стояла поодаль, пытаясь отдышаться.
- Доброго утра, Сяо-Фань, - кивнул юноше Чжо Жэньцин, и тот вежливо поклонился, отвечая на приветствие. - У меня есть для тебя новый урок сегодня, не требующий моего внимания. На западном склоне Удана имеется обрыв, где можно встретить маленьких и быстрых ящериц, именуемых “тиграми стен”[3] за их ловкость и цепкость. Поймай мне сотню этих созданий. Ши Янь, ты можешь присоединиться к Сяо-Фаню в этом занятии, - девушка согласно кивнула, направляясь следом за Ван Фанем.
***
Молодые люди стояли, держась за руки, у западного склона горы Удан, и ошеломленно обозревали скальной обрыв, возвышающийся над ними не менее чем на треть ли. Там, в вышине, виднелись едва заметные фигурки ящериц, ловко движущиеся по отвесной каменной поверхности. Найти это место не составило труда - один из даосов-учеников направил их на удобный путь. Оставалось понять, что же делать с найденным.
- Что думаешь насчет задания старшего, Ласточка? - задумчиво спросил подругу Сяо-Фань.
- Несомненно, это еще один урок в технике шагов, - не менее отстраненно ответила та. - Что до его выполнения… Положим, допрыгнуть до этих созданий я смогу. Поймать же их будет труднее - на этой скале, они у себя дома, а мы - непрошеные гости.
- Согласен, - юноша отрешенно почесал нос. Ши Янь растерянно ойкнула, и, отвлеченный этим звуком от раздумий, Ван Фань заметил, что чешет переносицу ее пальцами, все еще удерживаемыми им в ладони. Он рассмеялся, и поцеловал руку подруги.
- Давай начнем, а там посмотрим, - предложил он, немного приободрившись от своей забавной оплошности. - Мы, несомненно, не видим чего-то, простого и понятного, что поможет нам выполнить задание. Попробуем это разглядеть.
- Хорошо, Сяо-Фань, - легко согласилась девушка, и подарила ему хитрую улыбку. - На этот раз, я первая усвою урок Чжо Жэньцина, вот увидишь.
- Думаю, ты права, - юный воитель, щурясь, оглядывал горный склон. - Ты лучше меня в техниках движения. С Шагами по Облачной Лестнице, я обогнал тебя только благодаря даосским знаниям. Но не подумай, - он поглядел на любимую девушку с шутливым вызовом, - что я сдамся тебе так просто.
- Раз так, догоняй! - хихикнула Ши Янь, и, применив технику шагов, воспарила легкокрылой птицей.
***
- Я поняла! - радостно воскликнула Ши Янь, спрыгивая на землю. Ван Фань, в этот момент регулировавший движение ци в попытках успокоить меридианы после перенапряжения, озадаченно посмотрел на подругу.
- Я все поняла, Сяо-Фань! - с не меньшим воодушевлением повторила она, и крепко обняла юношу.
Тот с удовольствием ответил на объятия - после многочисленных и утомительных попыток изловить хоть одного геккона, ему необходимо было отвлечься. Проклятые ящерицы с издевательской легкостью ускользали от рук юноши, прячась в расселины, и без труда убегая по отвесной скальной стене. Ван Фань попробовал взбежать на скалу с помощью техники Золотого Гуся, и пусть это ему удалось, гекконы удирали с его пути, не давая юноше и мига для своей поимки. Техника Шагов по Облачной Лестнице не могла помочь ему сейчас - многочисленные выступы и неровности склона помешали бы Сяо-Фаню верно нацелить ее неспешный полет. Отчаявшись, юноша сокрушил несколько гекконовых нор ударами Кулака Ваджры, но пользы, кроме вымещенной злости, это не принесло. Тем временем, обнимающая его Ши Янь спешила поделиться радостью.
- Ящерицы! - увлеченно высказалась она, от избытка чувств чмокнув Ван Фаня в губы. - Они - наша главная подсказка!..
- Постой, - поспешно произнес юноша. - Ничего больше не говори. Я должен дойти до этого сам, - девушка, поначалу ошарашено моргнувшая, понятливо кивнула, и разжала объятия.
- Не медли, Сяо-Фань, - весело бросила она. - Если не осознаешь эту технику поскорее, то так и не нагонишь меня.
Разжав объятия, Ши Янь вспрыгнула на скальную стену, и без труда побежала по ней, словно под ее ногами простирался утоптанный тракт. На бегу, она быстро наклонилась, подхватив что-то со скалы. Юноша заметил мелькнувший в ее руке трепыхающийся хвост.
Ван Фань проводил ее взглядом, и на его лице мелькнула задумчивая полуулыбка. Совет подруги не помешал его пониманию - наоборот, он завершил его, словно вставшая на свое место последняя деталь головоломки. В самом деле, у кого учиться некоему умению, как не у освоившего это умение в совершенстве? Юноша взбежал на стену при помощи техники шагов, но на этот раз, он не гнался за ящерицами, брызнувшими в разные стороны, словно капли от брошенного в воду камня. Вместо этого, он повис на одном из выступов, легко удерживаясь одной рукой. Ранее, он пытался схожим способом устроить на гекконов засаду, но те так и не приблизились к нему на расстояние вытянутой руки - видно, тренирующиеся даосы крепко научили маленьких “тигров стен” осторожности. Сейчас, Сяо-Фань принялся наблюдать за ящерицами, рассматривая извилистые движения их гибких тел, необычно широкие пальцы лап, надежно удерживающие своих хозяев на любых поверхностях, и смены положения хвоста, помогающие держать равновесие.
Его наблюдения затянулись. Ши Янь, не решаясь нарушить его сосредоточение, вскоре тихо покинула общество юноши. Только когда солнце пересекло зенит, и начало свой медленный путь к закату, Сяо-Фань вынужденно прервался - его живот зарычал голодным тигром, напомнив юному воителю, что сколь бы ни был он искусен в мистических практиках, он все еще человек, нуждающийся в пище. Ван Фань озадаченно встряхнулся, и оперся на скалу ногами. Потом, отпустив удерживаемый рукой выступ, он выпрямился, и зашагал по отвесному склону вниз, неспешно и без натуги.