В квартире все было так, как Олег Олегович и описал. Подчеркнутый порядок, никаких следов борьбы, ничего такого, что бы указывало на какие-нибудь проблемы.
Женька первым делом пошел к мусорному ведру, но оно оказалось пустым.
Походив по комнатам, он проверил все углы и закоулки, но ничего не нашел.
– Подчистила все за собой, – с уверенностью сказал он.
– А почему ты так думаешь? – по-дилетантски спросил Петр.
– Ну а где, по-твоему, бутылка, – завернул Евгений, – если бабуля говорит, что он на ногах не стоял?
– Понятно, – нараспев ответил Петр и снова обошел периметр.
И вот, когда ни у кого уже не оставалось никакой надежды что-нибудь найти, Петр посмотрел на подоконник и, отодвинув занавеску, подобрал там записку, выполненную вручную красивым, явно женским почерком.
Она предназначалась именно ему. И там предлагалось вернуть сумму, сильно смахивающую на сумму того самого договора.
Женька достал пластиковый пакет, положил в него записку и приказал Петру поехать с ним в полицию заявить о похищении человека.
– Надо чтобы все здесь проверила следственная бригада, – сказал он. – И чем быстрее это будет сделано, тем лучше.
– Жень, – жалобно обратился к другу Петр. – Ну ты представляешь, если меня кто в таком виде просекет? Назавтра же все газеты будут пестрить заголовками «Клеонов – бомж».
– Да нет, тебе и небезопасно эту свою легенду раскрывать, – согласился Евгений. – Ладно, сидите здесь, я группу привезу, а заявление на месте оформим.
– Я, кстати, тем временем у Лехи чего-нибудь приличное поищу, да приоденусь.
– Согласен, – сказал Евгений. – И перед своими тоже не следует в таком виде щеголять.
А незадолго до того, как друг Агалаков уехал, Петр сказал ему:
– Похоже, с договором мы попали в точку, теперь это явствует и из записки.
– У меня тоже есть что тебе сообщить, – ответил Женька. – Но поговорим об этом позже. Сейчас не время, надо официально все закрепить.
Он уехал, а Петр с Олегом Олеговичем остались одни.
На Олега Олеговича происшедшее сильно подействовало, он чувствовал себя виноватым и, мотаясь по квартире из угла в угол, все причитал:
– Ну как же так, как же так?
На что Петр ему со всей определенностью объявил:
– Не вини себя, Олежек, все обойдется, и мы еще заживем.
Не веря своим ушам, Олег Олегович внимательно посмотрел на него, что-то прикинул в уме и остановил на Петре вопросительный взгляд. Но Петр без колебания заявил:
– Я не забыл про твою проблему, не сомневайся, не забыл.
И тот, в очередной раз безоглядно поверив Петру, оптимистично продекламировал:
– Ладно, так и быть, сначала братья Клеоновы, а потом уж и я…
Глава 43
Даша опять паниковала. Клеонов несколько дней к ней не приходил, а сегодня на работу вышла эта его Лариса. Про сцену с незнакомой пышкой она вообще молчит. Что это было, она до сих пор так и не поняла.
Понятно ей было только то, что внутри нее боролись две Даши. Одна – послушная и покладистая, да к тому же еще и скромная и нерешительная. А другая – самоуверенная, знающая себе цену и готовая ко всему. Это ее альтер эго. Неизвестно для чего дарованное и как с ней самой соотносящееся.