Ваня снова прильнул к Петру и признался:
– А я знал, я не верил, мама, скажи!
Но мама не в силах была что-либо выдавить из себя. Она только молча смотрела на душещипательную сцену и с тревогой ждала, что будет дальше.
А дальше ничего страшного не произошло. Довольный Иван поднялся в свою комнату, а Петр присел рядом с Нонной и очень доброжелательно ей сказал:
– У вас прекрасный сын. Мы всегда будем дружить. А ты ни о чем не волнуйся.
И Нонна в один миг успокоилась. Ей все стало ясно. И то, что Петр все знает. И то, что от него этого не узнает никто. И что он решил все оставить как есть, не ломая через колено ни ребенка, ни ее, его мать, ни своего друга Павла.
Ей, видимо, следовало что-то сказать в ответ, но слов она не находила. И тогда Петр просто предложил:
– А давай-ка попьем чайку, да?
Нонна кивнула, и Петр опять пошел в кухню. Где уже особо не торопился, будучи сам в приподнятом настроении, и эта возня с чашками ему нужна была также, как Нонне минутный покой.
А накрыв на стол, он еще долго помалкивал, будто что-то переживая внутри себя, и Нонна тоже не ничего говорила.
Но, попивая чаек, Нонна вдруг поняла, что за все время сегодняшнего саммита она не сказала ни единого слова и это так рассмешило ее, что она сказала Петру:
– Петя, а ведь я, похоже, онемела.
Он сначала не понял, но когда она объяснила ему более подробно, что хотела этим сказать, оба они закатились смеяться как подорванные. Такой явилась развязка их сегодняшнего нервного напряжения. От чего и Нонна, и Петр испытали огромное эмоциональное облегчение.
Но у Петра к Нонне был еще один вопрос. И как бы не хотелось менять тон прекраснодушного разговора, он все же спросил:
– Нонн, а у вас был такой знакомый – Юрий Бияков?
– Почему же был? – удивилась Нонна. – Он и сейчас есть. Это муж моей подруги Татьяны. А почему ты спрашиваешь?
– Да я, видишь ли, форматирую всех компаньонов, знакомых, да и просто людей, когда-либо имевших отношение к нашему с Павлом бизнесу.
– А-а, – отозвалась Нонна. – А почему ты у Павла об этом не спросишь?
– Что ты, что Павел – для меня одно, – слукавил Петр. – А у него я не спросил просто потому что тогда не вспомнил еще про Биякова.
– Ясно, – сказала Нонна и перевела разговор на Риту. – Ну, а как тебе наш теперешний ассортимент?
– Это ты про сбежавшую невесту? – съязвил Петр.
– О, как красиво ты сказал, – рассмеялась Нонна. – Надо будет запомнить, да так ее отныне и называть.
– Тяжело тебе теперь одной управляться? – сочувственно спросил Петр.
– Привыкаю, – протянула Нонна. – А вообще, если честно, еще некогда было над этим задуматься.
– Что, дела? – уточнил Петр.
– Типа того, – сказала Нонна и, убоявшись проболтаться, закруглилась. – Работы по дому много. Да…
– Ну а как вообще дела, – снова спросил Петр, – как вы тут без меня куковали?
На что Нонна ответила уже более охотно:
– Вот именно – куковали, – сказала она. – Как ты сегодня точно выражаешься. Деньги кончились, у всех перезанимали, у кого только могли, у того же Биякова, кстати говоря, тоже. Но они, собаки, все равно покончались…
– Ну ничего, – заверил ее Петр. – Теперь все наладится и пойдет как раньше.