Это был список всех людей, которые заполнили анкеты, а также тех, чьи души он заполучил в свою коллекцию, когда бродил по различным мирам в образе демона Аколипта.
Всего в списке числилось больше двадцати имён, напротив которых был расписан характер каждого человека, а также его способности и предпочтения.
Так, например, выглядел профиль его первого кандидата:
Имя: Александра
Возраст 26 лет (+столько-то дней)
Характер: своеобразный
Амбиции: без понятия.
Желаемый мир: Мир Демонов.
…
Александр прочитал всё это и покачал головой, припоминая своё интервью. Теперь он был уверен, что девушка была Маргулом, однако поэтому у него появилось только ещё больше вопросов.
Почему среди всех миров она попросилась именно в Мир демонов? Причём сразу, даже не задумываясь, стоило ему только показать ей список? В чём же состоял её… Или вернее сказать "Их" план?
Александр немного подумал и продолжил перебирать профили.
Нет, не эта, не подойдёт… Кто же станет героем зеленокожей расы? Он перевернул страницу и вдруг остановился и внимательно вчитался в очередной профиль. Глаза Александра загорелись. Он ещё немного подумал, а затем направился к Бездне и спустя несколько секунд оказался в кабинете Аколипта.
Демон-козёл проснулся, встал и открыл небольшой сундучок, стоявший в правом углу комнаты, и достал из него зеленоватую сферу. На первый взгляд она была совершенно заурядной. В ней не было ни единой золотистой нотки. Логично, ведь во время «смерти» обладателю этой души было всего лишь тридцать лет. Да и жизнь у него была хотя и необычная, но совершенно непримечательная. Впрочем, его вины в этом не было…
…
…
Кто он?
Где он?
Вокруг было сплошное ничего. Он ничего не видел. Не слышал. Не чувствовал своего тела и не мог пошевелиться. Он просто парил посреди булькающей пустоты.
Буль.
Буль..
Буль…
Когда от человека отрезают его сенсорное восприятие, волей не волей он начинает погружаться в свои воспоминания.
Вскоре перед ним нарисовался образ:
Вот он, свесив голову, идёт по людной улице. Всюду раздаются голоса и крики. Царит необыкновенное оживление, праздник жизни, который он попросту не замечает. Все его мысли заняты тем, чтобы скорее вернуться домой. Вскоре он делает очередной поворот и оказывается перед высоким деревянным домом, с красной черепичной крышей и почерневшим от копоти дымоходом.
Он заходит внутрь и спрашивает своего арендатора: прошу прощения, мне должно было прийти письмо, оно пришло? Здравствуйте.
Полная женщина в белом фартуке смотрит на него исподлобья хмурыми, раздражёнными глазами. Только бы она сейчас не спрашивала про аренду, думает он, только бы не спрашивала про аренду… Женщина молча достаёт с полочки белый конверт. Его лаза горят. Он принимает конверт из покрытых мукою рук и бегом забирается по лестнице на верхний этаж, в свою комнату. Открывает дверь, а там… Бумаги, бумаги, бумаги… Всё помещение засыпано белыми бумагами и чертежами. Некоторые из них прибиты к стенам. Другие разбросаны по полу или, ещё не дорисованные, лежат на столе, рядом с пером и почти пустой баночкой чернил.
С высокого потолка на длинных нитях свисают макеты: на первый взгляд они кажутся скелетами птиц, но стоит только присмотреться, и становиться очевидно, что всё это — макеты. Дюжины самых разнообразных миниатюрных крылатых машин висят посреди комнаты. Примерно минуту он смотрит на них заворожёнными глазами. Затем приходит в себя, присаживается, открывает дрожащими руками конверт и читает.
С каждым новым словом его лицо стремительно бледнеет:
«Господин Эриксон! Мы, научное сообщество Петенберийского университета, а также правительство полиса Летургия, благодарны за ваше обращение. По вашему запросу, ваша концепция «многоместной летающей машины» прошла все первичные испытания и была предоставлена Оракулу нашего Полиса. К сожалению, мы вынуждены вам сообщить, что волею её святейшества мы не можем предоставить вам бюджет на разработку полноразмерной модели вашего «летучего корабля», ибо, по словам её святейшества, сама идея летающего аппарата не соответствует концепции нашего полиса и заданному плану развития.