Они катили, плотно прижавшись друг к другу, по узкой дорожке, которая лежала поперёк поля, как линейка. По бокам проносились световые столбы и опунции.
– Ага, – сказала Анна, хотя рама настолько резала ей ягодицы, что девочка боялась свалиться.
Каждый раз, когда Пьетро касался её руками, она вздрагивала и хотела отодвинуться, но не делала этого.
На полной скорости Пьетро зашёл в поворот, Анна завизжала и закрыла глаза. Когда она открыла их, всё было уже позади.
– Полегче на поворотах, – сказала она. – Ускоряйся лучше на прямых.
– Ещё ускориться? – ахнул мальчишка с лоснящимся от пота лбом. – Куда тебя подбросить?
– К Торре-Норманна. Знаешь, где это?
– Да, но можно я немного приторможу? А то устал. Я думал, ты не любишь велосипеды.
– Мне нравится, когда ветер дует в лицо.
– Ты когда-нибудь каталась на мотоцикле? Вот где настоящий ветер. Откроешь рот – и щёки раздувает.
– Я ездила только на "Веспе" с Сальво – парнем, который подвозил нам продукты.
– У отца была мотоцикл "Лаверда Йота", – Пьетро посмотрел в сторону и покачал головой. – Оранжевый, как этот велосипед. Рано или поздно найду работающий мотоцикл и поеду на нём.
– Ещё бы... – Анна рассмеялась своим глубоким смехом.
Однако мальчик не сомневался в своём намерении:
– Стопудово.
Они проделали остаток пути молча. Руины Торре-Норманна приближались с каждым поворотом педалей. Они проехали мимо обломков автомобилей, разбросанных вдоль дороги, расплавленных мусорных баков, остатков бара с вывеской «Горячие аранчини на вынос».
У Анны сложилось впечатление, что Пьетро прижимается к ней, но в глубине души ей это даже нравилось. В конце концов она сидела неподвижно, парень тёрся ей грудью о спину.
Пьетро остановился рядом со названием городка.
– Приехали?
– Ага, – Анна спрыгнула с велосипеда и потёрла больную задницу. Она взяла рюкзак, привязанный к багажнику, и вернула мальчику шляпу. – Спасибо. Ну... пока.
Пьетро улыбнулся и поднял руку:
– Пока.
Они уже 20 раз прощались, но через 10 шагов он окликнул её:
– Анна!
Он хочет, чтобы я его поцеловала.
– Что? – она обернулась.
Пьетро вытащил из куртки смятую и замусоленную журнальную страницу, сложенную вчетверо.
– Ты такие когда-нибудь видела?
В центре листа, обведённая красным маркером, красовалась выцветшая фотография пары жёлтых замшевых кроссовок с тремя чёрными полосами: "Adidas Hamburg, 95 евро". Рядом помещались фотографии поменьше. Под фотографией читалась подпись:"Триумфальное возвращение старой спортивной модели".
Девочка подняла глаза: