В результате Мессинского кризиса Мировой океан потерял примерно 5 % своей соли. Это означает, что соленость уменьшилась примерно на 2 г/л. Соленая вода, как известно, замерзает при более низкой температуре, чем пресная. Изменение солености океана в позднем миоцене эквивалентно повышению температуры замерзания морской воды примерно на 1 °C (Mascle, Mascle, 2019). Средиземное море было не единственным водоемом, где происходило образование эвапоритов, поэтому изменение солености в течение миоцена, по-видимому, было существенно сильнее. Возможно, снижение солености привело к образованию морских льдов в высоких широтах и к оледенению в Северном полушарии из-за увеличения планетарного альбедо (Hay et al., 2002).
3.6. Лихорадка мирового масштаба: палеоцен-эоценовый термический максимум
Пожалуй, самым удивительным результатом глубинного бурения океанического дна стало открытие в начале 1990-х годов климатической аномалии на границе палеоцена и эоцена. Около 55 млн лет назад, на фоне и без того теплого климата, вдруг произошло резкое глобальное потепление (рис. 3.13). Менее чем за 10 тыс. лет средняя температура на Земле поднялась на 5–8 °C, при этом температура придонного слоя океана выросла примерно на 5–6 °C, а поверхности моря в высоких широтах – на 8 °C (Zachos, 2001). После этого планета приблизительно за 200 тыс. лет вернулась к прежнему состоянию. Это событие получило название
Загадочное событие сопровождалось растворением морских карбонатов из-за закисления океана в результате роста концентрации CO2. Еще одной особенностью стало резкое уменьшение изотопного отношения углерода 13C/12C как в морских карбонатных отложениях (снижение δ 13С на 2,5–3,0 ‰), так и на суше (на 3,0–4,5 ‰), например, в зубах ископаемых млекопитающих. Это означает быстрое поступление большого количества «легкого» углерода в океан и атмосферу.
Рис. 3.13. Изотопный состав углерода и кислорода в донных отложениях в Юго-Восточной Атлантике, ODP Site 1262: 27°11’ ю. ш., 1°35’ в. д., глубина моря 4755 м (Zachos et al., 2010). Вертикальная шкала для кислорода перевернута, как и на предыдущих рисунках. В исходных данных все возрасты приведены относительно начала PETM. Абсолютные датировки для начала PETM различаются, здесь была использована величина 55,53 млн лет
До конца не ясно, что привело к поломке земного термостата. Согласно наиболее правдоподобной версии, «легкий» углерод поступил в атмосферу в результате одномоментного выброса метана из газогидратов, находящихся в океанических отложениях континентальных склонов (Dickens et al., 1997; Dickens, 2011). Гидраты метана, содержащие аномально легкий углерод (δ 13С < –60 ‰), оказались первыми в ряду потенциальных виновников катаклизма.
Гидрат метана представляет собой минерал, по внешнему виду и плотности похожий на лед, в котором молекулы метана включены в кристаллическую решетку воды. Он описывается формулой 4CH4·23H2O. «Горючий лед» содержит 13,4 % метана. При комнатной температуре и атмосферном давлении он неустойчив и распадается на воду и газообразный метан, но при высоких давлениях, на больших глубинах, становится стабильным. Донные отложения океанов содержат гидрат метана и с недавних пор их рассматриваются как возможный источник природного газа. Никто точно не знает, каковы запасы метана в океане, однако большинство оценок сходятся к нескольким тысячам гигатонн (Dickens, 2011).
Рост температуры океана мог привести к разрушению гидратов метана. И сам по себе метан, и образующийся при его окислении CO2 являются парниковыми газами, поэтому выделение метана приводит к росту температуры, а стало быть, к разложению гидратов и т. д. Однако для того, чтобы вызвать потепление на 5–8 °C, количество метана должно быть неправдоподобно большим – около 2000 Гт в пересчете на углерод. Напомним, что антропогенное поступление углерода в атмосферу составляет сейчас около 10 Гт/год (Le Quéré et al., 2017).
Палеоцен-эоценовый термический максимум не был единичным событием – на сегодня выявлено по меньшей мере пять «приступов лихорадки», или гипертермалий (Littler et al., 2014). PETM был первым и самым мощным из них. С позиций гидратной гипотезы это можно объяснить истощением метановых запасов. Так, событие ETM-2 (Eocene thermal maximum 2) привело к потеплению примерно на 3 °C, то есть было примерно вдвое слабее, чем PETM.
Что именно вызвало первоначальный метановый выплеск – не ясно. Но поскольку таких событий было несколько, можно предположить влияние некоего периодического фактора. Не так давно появилось несколько статей, авторы которых считают, что триггером гипертермалий было изменение эксцентриситета земной орбиты (Zachos et al., 2010; Lourens et al., 2005). А может, и не нужно было никаких причин – потепление перешло критический порог, гидраты стали разрушаться, а дальше стала работать положительная обратная связь – метан, как известно, является парниковым газом. Процесс шел по нарастающей, пока запасы гидратов метана не истощились.
Казалось бы, какое нам дело до двухсот тысяч жарких лет в далеком эоцене. Однако есть веские причины подробно исследовать этот кратковременный по геологическим меркам период. PETM является крайне любопытной аналогией того, что происходит сейчас. Ежегодные выбросы углекислого газа в результате сжигания ископаемого топлива составляют около 10 Гт в пересчете на углерод, что примерно в 10 раз больше, чем поступало в ранний период PETM. Это означает, что за два столетия в атмосферу будет перекачано из подземного резервуара около 2000 Гт углерода, то есть столько же, сколько поступило в результате PETM за тысячи лет. Можно не беспокоиться – имеющихся запасов угля, нефти и газа хватит для этого с избытком.
Гипертермалии эоцена предоставляют нам великолепную возможность увидеть, как эволюционирует живая природа в условиях парникового кризиса. PETM длился недолго, но серьезно повлиял на эволюцию млекопитающих. Именно в этот очень короткий период одновременно появляются сразу три отряда – парнокопытные, непарнокопытные и приматы. И еще одна странная особенность – во время гипертермалий млекопитающие стали уменьшаться в размерах (Gingerich, 2006). Такие изменения наблюдались, в частности, у сифриппусов – предков современных лошадей. Это можно выявить, сравнивая размер ископаемых зубов. Изотопный состав углерода в зубной эмали определятся пищей животного и в конечном итоге – составом атмосферного углерода. То есть по изотопии углерода в зубах можно выявить животных, живших во время гипертермалий. Уменьшение размеров наблюдалось и во время PETM, примерно на 30 % (Secord et al., 2012). После того как климат восстанавливался, животные вновь становились крупнее. В жарком климате мелкие животные имеют эволюционное преимущество, поскольку эффективнее рассеивают тепло. Кроме того, резкие потепления могли сопровождаться аридизацией климата и недостатком питательных веществ.
3.7. День, когда наступил конец света
Луис Уолтер Альварес начал свою карьеру в университете Чикаго с исследования космических лучей под руководством нобелевского лауреата Артура Комптона. В 1936 г. он перешел в радиационную лабораторию в Беркли, Калифорния. Ею руководил молодой физик Эрнест Лоуренс, изобретатель циклотрона и будущий нобелевский лауреат. Первым крупным открытием Альвареса стал электронный захват – новый вид радиоактивного распада (1937). Через два года он открыл легкий изотоп гелия (3He). С началом войны направление работ Альвареса изменилось. Он продолжил работать в группе Лоуренса в Массачусетском технологическом институте, которая теперь занималась разработкой радаров. Альварес создал систему слепой посадки самолетов, которая до недавнего времени еще применялась во многих аэропортах.
В 1943 г. Альвареса привлекли для более важного дела – шла работа над Манхэттенским проектом. Ему поручили выяснить, не запустила ли Германия атомные реакторы. Альварес придумал оригинальное решение, которое до сих пор применяют для контроля нелегальной ядерной деятельности. Он предложил детектировать в атмосфере радиоактивный инертный газ – ксенон-133, который образуется при делении урана и не улавливается фильтрами ядерных производств. Затем Альварес работал над конструкцией плутониевой бомбы «Толстяк». 9 августа 1945 г. ее сбросили на Нагасаки. За три дня до этого Альварес летал бомбить Хиросиму (рис. 3.14). На город сбросили урановую бомбу «Малыш», и Альварес на самолете сопровождения Б-29 «Великий художник» измерял параметры взрыва.
Рис. 3.14. Авиабаза на острове Тиниан, 1945 г. Альварес в бронежилете для защиты от осколков у самолета Б-29 «Великий художник». Самолет сопровождал «Энолу Гай», бомбившую Хиросиму. С «Великого художника» на парашюте сбросили приборы, зафиксировавшие параметры взрыва. Источник: https://commons.wikimedia.org/wiki/File: Luis_Alvarez_-_Flak_Jacket.JPG
В 1954 г. Альварес вернулся в Беркли, где строил ускорители и исследовал элементарные частицы. Для этого он использовал новый мощный инструмент – пузырьковую камеру. В 1968 г. за исследования элементарных частиц ему была присуждена Нобелевская премия.
С новым руководством лаборатории в Беркли Альварес не поладил и выбрал путь независимого ученого. Ему было тесно в рамках профессиональной деятельности – его влекли разного рода загадки и детективные истории. Во второй половине 1960-х годов Альварес занялся поиском тайных комнат внутри египетских пирамид. Для этого он предложил использовать частицы космического происхождения – мюоны[46]. Это чем-то напоминало знакомую многим компьютерную томографию, с той лишь разницей, что мюоны обладают неизмеримо большей проникающей способностью, чем рентгеновские лучи, и могут просветить гигантские объекты из камня. Тогда поиски закончились безрезультатно, и лишь через полвека подход Альвареса себя оправдал – мюонная томография подтвердила наличие гигантской полости внутри пирамиды Хеопса (Morishima et al., 2017).
Затем Альварес пытался раскрыть убийство президента Кеннеди, разбирая кадры случайной любительской киносъемки (Alvarez, 1976). Чтобы понять, в какую сторону движется голова, пораженная пулей, Альварес провел серию опытов, стреляя из ружья по тыквам.
Однако крупнейшее из своих многочисленных открытий Альварес сделал в области, далекой от физики. Его сын, геолог Уолтер Альварес, занимался исследованиями в Центральной Италии. В районе Губбио он изучал отложения, в которых была четко видна граница между меловым периодом и палеогеном в виде сантиметрового слоя глины между толщами известняка[47].
Граница мезозойской и кайнозойской эр проходит по последнему из пяти крупнейших массовых вымираний – мел-палеогеновому, когда количество видов на планете сократилось примерно на три четверти (рис. 3.15). Самыми известными жертвами мел-палеогенового вымирания стали динозавры. Для нас динозавры – символ неудачи и упадка, однако они появились в середине триасового периода (примерно 254–230 млн л. н.), пережили триасово-юрское массовое вымирание (201,3 млн л. н.) и еще одно, менее изученное, в конце юрского периода. Почему вдруг в одночасье вымерли существа, доминировавшие на суше на протяжении 160 млн лет, долгое время оставалось загадкой.
Альваресу не удалось раскрыть убийство Кеннеди и найти тайную комнату в пирамиде Хефрена. Но с динозаврами он преуспел. Возможно, многолетние опыты с космическими лучами побудили его искать разгадку за пределами Земли. А может, Альвареса привел к важнейшему из его открытий образ огненного шара над Хиросимой.
Рис. 3.15. Так выглядит линия раздела между эрой динозавров и эрой млекопитающих. Это осели те самые гумилевские «столбы золотистой пыли» – слой глины толщиной от миллиметров до сантиметров, обогащенный иридием и содержащий стеклянные сферулы и ударно измененные минералы. При столкновении с астероидом облако пыли и газов окутало всю планету, а значительная часть вещества была выброшена за пределы атмосферы. Твердые частички оседали в течение недель и месяцев, поэтому пограничный слой K-Pg встречается повсюду на Земле – и в осадочных породах, и в морских отложениях. K-Pg-граница отмечает последнее из пяти крупнейших массовых вымираний. Фото Mark A. Wilson, via Wiki
Образцы глины, отобранные сыном, Альварес отдал в лабораторию на нейтронно-активационный анализ[48] – один из самых чувствительных методов анализа редких элементов. Результаты показали высокое – в десятки раз больше, чем в среднем в земной коре, – содержание иридия, металла платиновой группы. Содержание иридия в земной коре относительно невелико, но в метеоритах его существенно больше. Позже подобные аномалии Альварес обнаружил в Дании и Новой Зеландии. Стало ясно, что причиной вымирания динозавров могло стать столкновение Земли с небесным телом (Alvarez et al., 1980).
Долгое время утверждение Альвареса оставалось научной гипотезой. Для ее подтверждения нужны были более весомые свидетельства, чем избыток иридия в пограничном слое – в первую очередь фрагменты небесного тела или кратер, возникший при его столкновении с Землей. Еще в конце 1940-х годов у побережья Юкатана, в Мексике были обнаружены геофизические аномалии концентрической формы диаметром около 180 км. С 1952 и до 1970-х годов мексиканская нефтяная компания пробурила в этом месте несколько скважин (Kring, 2007). В конце 1970-х годов появились первые предположения, что концентрическая структура представляет собой ударный кратер (рис. 3.16). Его назвали Чиксулуб – по небольшому городу над центром структуры, что на языке майя означает «демон клещей». Увидеть кратер невозможно – он погребен под сотнями метров осадочных пород. Только в 1991 г., уже после смерти Альвареса, было доказано, что Чиксулуб стал результатом того же события, что и следы иридия в Губбио (Hildebrand et al., 1991). Косвенным подтверждением тому служила толщина слоя K-Pg, сформированного выбросом вещества при ударе метеорита: она уменьшалась по мере удаления от Чиксулуба.
Иридий не единственное свидетельство глобальной катастрофы. В K-Pg слое находят сферулы – мельчайшие шарики из природного стекла. Они образуются, когда горная порода плавится при ударе, распыляется в виде мелких капелек, которые тут же застывают[49]. Другим свидетельством столкновений являются тектиты – более крупные (иногда до нескольких сантиметров) стеклянные объекты. При ударе расплавленная порода разлетается с огромной скоростью на тысячи километров и застывает в полете, образуя объекты причудливой формы. Тектиты двух видов были обнаружены на Гаити, в 800 км от кратера Чиксулуб. Черные тектиты образовались из континентальных вулканических пород, а желтые – из морских отложений с высоким содержанием сульфатов и карбонатов (Sigurdsson et al., 1991). Состав тектитов соответствует породам вокруг кратера Чиксулуб, а также оплавленным породам, отобранным при бурении самого кратера.
[46] Космические лучи состоят преимущественно из протонов – положительно заряженных частиц. Однако до поверхности Земли они не долетают, поскольку поглощаются атмосферой. При взаимодействии протонов с атмосферой образуется большое количество вторичных частиц, из которых поверхности Земли достигают преимущественно нейтроны и мюоны. Мюоны – это частицы, имеющие единичный отрицательный заряд и напоминающие этим электроны, но массой примерно в 200 раз больше. Мюоны нестабильны и быстро распадаются – время их жизни составляет около 2,2 микросекунды.
[47] Сокращенно она обозначается K-Pg по обозначениям мелового периода (англ. Cretaceous) и палеогена (Paleogene). В старых работах используется обозначение K-T от мелового и третичного (Tertiary) периодов.
[48] Метод нейтронно-активационного анализа заключается в том, что вещество облучают тепловыми нейтронами в атомном реакторе. При этом ядра атомов анализируемого образца захватывают нейтроны, образуя радиоактивные изотопы элементов, которые легко определить по их излучению. Так, ядро природного стабильного изотопа иридия 191Ir захватывает нейтрон, превращается в радиоактивный 192Ir, который определяют по гамма-излучению с энергией 316,5 кэВ.
[49] Сферулы находят повсюду в слое отложений K-Pg-границы. Возможно, они также образуются, когда частицы продуктов выброса плавятся при прохождении через плотные слои атмосферы.
Конец ознакомительного фрагмента.