– Вы предполагаете, что кровь принадлежит убийце, – добавил Хенегар. – Поскольку она другой, чем у Джули Хит, группы. По-вашему, преступник потом помочился на тротуар?
– Или не смог сдержаться и потерял контроль.
Потерял контроль. Буквально только что она сама едва не потеряла над собой контроль, когда выскочила через заднюю дверь.
Прюсик сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Контроль. Она умела сохранять контроль. Научилась за годы.
– Что ж, доктор. Давайте здесь закончим и съездим на место?
Они вернулись к передней двери. За дверью в кухню слышалось царапанье и повизгивание. В щель между косяком и стулом, который доктор поставил в качестве баррикады, совались два собачьих носа. Предприняв еще один штурм, пара вырвалась на свободу и устремилась к Кристине, которая, наклонившись, позволила им облизать ей лицо.
– Буйная компания, – насмешливо пожурил их доктор.
– Со мной могут озорничать сколько угодно. – После двух часов, проведенных за осмотром останков жестоко убитой юной девушки, слюнявые ласки лабрадоров воспринимались как долгожданное облегчение.
15
Небо опустилось и висело едва ли не над головой. Сырой комковатый воздух казался несвежим и даже неприятным на вкус. Дэвид Клэрмонт чувствовал себя не в своей тарелке. Оставаться в доме, в комнате, где невозможно даже отдохнуть, он больше не мог. Поселившееся внутри беспокойство гнало куда-нибудь. Подальше от дома. Дэвид перевел рычаг коробки передач и выжал педаль газа. Десять минут спустя он повернул на парковочную стоянку фермерского магазина.
Неподалеку хлопнула дверца. Изящная молодая женщина в облегающих джинсах прошествовала мимо выстроившихся шеренгой ярко-красных садовых тракторов. Волосы незнакомка собрала в хвост, как делают обычно девчонки помладше, и этот хвост маняще покачивался при ходьбе. Дэвид последовал за ней к главному входу в ветхое здание.
Женщина уже исчезла в задней части магазина, где в открытых секциях лежали пиломатериалы, трубы, проволочные ограждения для скота и другие предназначенные для фермеров товары. Прогремевший над головой гром обещал скорый ливень, как и расплывчатое гало вокруг мутного солнечного диска за рваным облачным пологом.
Дэвид уже забыл, что приехал сюда с определенной целью – купить четыре галлона краски цвета «амбарный красный», – и теперь крутил головой, высматривая между секциями незнакомку. Что-то в ней притягивало его, и противиться этому притяжению он не мог, как если бы кто-то все решил за него.
Пройдя до середины узкого прохода, он увидел, что женщина пытается оттащить внушительную бухту проволоки, и с облегчением выдохнул.
Покачнувшись на каблуках, она выпрямилась, взглянула на него и улыбнулась.
– Послушайте, мистер, вы не могли бы мне помочь? Похоже, там что-то зацепилось. – На руках у нее были кожаные рабочие перчатки.
– С удовольствием, – сказал Дэвид.
Конец проволоки размотался и запутался в соседней бухте. Взявшись за дело и уже найдя зацепившийся конец, он уловил запах ее духов – сладкой жимолости. Дэвид рванул конец, и проволока освободилась.
– Ого! А вы сильный! – Женщина сняла перчатку. – Меня зовут Джозефина.
Дэвид пожал ее теплую руку.
– Буду рад, если хотите, поднести до вашей машины. Меня зовут… Дэвид.
– Спасибо за предложение, Дэвид. Как я могу отказаться?
Как он и ожидал, голос у нее был приятный и мелодичный, и от одного лишь его звучания Дэвиду сразу стало легче. Он поднял на плечо проволоку и последовал за ней, зачарованный легкой, танцующей походкой, струящимся за ней ароматом и воспоминанием о прикосновении мягкой белой руки. Но главное, он наслаждался непривычным ощущением покоя и безмятежности.
Они обошли магазин с внешней стороны, чтобы сократить путь до парковки.
Внезапно поле зрения сузилось – как у запряженной в коляску лошади с шорами на глазах. Он словно смотрел на мир через прорези. Нечто подобное Дэвид испытал в детстве, когда ему было лет десять и он на Хэллоуин смотрел через такие же дырки в плотном бумажном пакете с грубым изображением подобия чудовища Франкенштейна.
Грудь сдавило, дышать стало труднее. Симпатичная женщина ничего не заметила и уже ушла вперед. Ощущение тревожности нарастало. Дэвид остановился, глотая воздух, но его все равно не хватало. Сердце колотилось как бешеное, требуя еще и еще. Он двинулся дальше – нетвердой походкой, пошатываясь и мысленно повторяя одно и то же: «Только донеси проволоку до ее машины. Быстрее!»
Джозефина уже стояла возле открытого багажника.
– Позвольте вам помочь, – сказала она очаровательным и каким-то бесплотным голосом.
Ноша скатилась с плеча. Женщины уже не было там, где ей полагалось быть. Поле зрения заняла бегущая через лес девушка – работа ее локтей в противоположном бегу направлении, словно ход маятника, создавала вместе с движущимися в унисон белыми ногами под плиссированной юбкой удивительный, гипнотизирующий паттерн.
– Дэвид, вы в порядке?