– Ну что, выбрал какое-нибудь? – спросила Доу, наклоняясь к уху Лукаса. Тот поджал губы и покачал головой. – Ничего не нравится?
– Нет, просто я… – он замялся. – Ты знаешь, что Хлоя сделала для меня. И я не знаю, как это выразить… то есть… Я не могу представить её с этим огромным бриллиантом, – Эосфор указал на ближайшее кольцо. – На неё это не похоже. Какое-то слишком…
– Пафосное? – подсказала Мойра. Лукас кивнул.
– Она невероятная, и гораздо ценнее всех драгоценностей в мире, и мне хотелось бы передать это в, ну… в этом колечке. Но оно… ничего не выражает, понимаешь? Все эти камни, – Эосфор даже не смотрел на цену, скользя взглядом по блестящим украшениям, – выглядят на фоне произошедшего просто побрякушками. И в то же время…
– Ты не можешь подарить простое колечко, потому что его будет недостаточно, чтобы передать твои чувства, – перебила его Доу. Лукас ещё раз кивнул.
– Не знаю, что делать, – он откинулся назад, прижимаясь спиной к коляске. Девушка опустила руку на его плечо – и улыбнулась, почувствовав настроение Эосфора. Он не сомневался в том, что хочет сделать – сомневался только в ценности предмета, посредством которого пытался передать свои чувства. – Они все пустые. И жутко дорогие. Все деньги, что у нас есть – по сути, отцовские. Ну, или твои, – не глядя, Лукас протянул назад руку, и Мойра её слегка сжала. – Я их не заработал.
– Ты имеешь на них право, – возразила девушка. – Я не собиралась ничего присваивать.
– Имею, – довольно легко согласился Эосфор. – Но сколько бы я ни отдал за кольца, они не будут так ценны, как если бы… – он умолк, даже не зная, как описать свои сомнения, но это было уже и не нужно.
– Понимаю, – тяжело вздохнула Доу.
Домой они вернулись ни с чем. Сидели в интернете, перебирая сайты ювелирных магазинов, старались что-то выдумать – и наконец, Лукас сдался.
С видом человека, который уже все решил, он направился к спрятанному в стене в спальне сейфу. Припомнил код, открыл – повезло, Мойра сумела уберечь тайник от шавок Годфри, которые переворачивали жилище его сына несколько раз вверх дном в поисках компромата. То есть, они, конечно, всё равно нашли этот сейф, и даже вскрыли, но никаких ценностей не тронули. Справедливо было сказать, что Эосфор-старший не стал отнимать у Доу ни клуб, ни содержимое сейфа или счетов, что раньше принадлежали его сыну. Он и без того был обеспечен, и всё то, что досталось Мойре, не имело для него никакого значения. Его интересовали только данные, которые мог спрятать здесь Лукас – и, не найдя их, Годфри оставил это место в покое.
Сейчас же Эосфор-младший что-то искал в этом тайнике. Девушка не смотрела, что он делает. Тактично дала время справиться с чувствами и принять решение. Наконец, Лукас закрыл сейф и глубоко вздохнул.
– Ты что-то придумал, – констатировала она. Он кивнул. На губах у него появилась одновременно счастливая и чуть болезненная, вымученная улыбка. С усилием он заставил себя оторвать от души вещицу, которую он так стискивал в ладони, и показать Доу. Девушка немедленно узнала предмет, даже несмотря на то, что она сидела на кровати с другой стороны от сейфа.
Эосфор держал кольцо своей матери – единственное, что ему досталось от неё. Отец вручил его ему, когда парню исполнилось четырнадцать. Размер подходил идеально, это Мойра сразу вспомнила – судьба?
– О… – с её лица исчезла улыбка. – Лукас… ты уверен?
Эосфор, не отрывая взгляда от колечка, кивнул.
– Хлоя спасла меня, – ответил он. – Так будет правильно. Это кольцо женщины, что дала мне жизнь – и я хочу отдать его той, что сохранила эту жизнь.
– Но как же…
– Неважно, – оборвал он её. – Знаешь, вот так мы начнем всё заново. Я подарю это кольцо Хлое, а потом мы вместе поедем и выберем для свадьбы новые… – Лукас чуть запнулся, – если она согласится.
– Думаешь, Хлоя тебе откажет? Серьё…
– Я ничего не думаю, – твёрдо сказал Эосфор. Потом чуть смягчился, опустил плечи, поднимая взгляд на девушку: – Не знаю. Я надеюсь, что она согласится.
– И хочешь… сделать что? – Мойра отложила ноутбук и придвинулась к нему ближе, перебравшись через низ кровати. Он чуть замялся.
– Я хочу, – сжав кольцо в горячей ладони, заговорил Лукас, – сделать ей предложение. С этим кольцом, потому что она его достойна. Оно её достойно. Так мы закроем старые истории и отправимся к новым. Ты знаешь, что, если бы это кольцо было последним, что у меня осталось, я бы никогда с ним не расстался, – он поднял его к самым глазам, разглядывая – Доу знала, что Эосфор выучил каждый изгиб, каждую тончайшую деталь этого украшения. – Умер бы на улице с голода, но никому бы его не отдал. Потому что его носила та, что… – глубоко вздохнул, понимая, что повторяется. Помолчал. – Но и Хлоя ведь сделала то же самое, – сказал он, наконец. – Верно? Значит, оно её по праву.
Мойра секунду думала, а потом до неё дошло.
– Да, – медленно кивнула она. – И ты на самом деле не расстанешься с ним, если она согласится. Ты хочешь, чтобы вы вместе выбрали то, с чего начнёте собственную историю.
– Это самое ценное, что у меня есть, – подтвердил Лукас. – Но она – ценнее. Мне бы оно уже не понадобилось, если бы не Хлоя, – Эосфор так бережно, мягко произнёс имя девушки, что Доу не сразу поняла, что у него в конце сорвался голос. Когда до неё это дошло, было уже поздно – Лукас уже справился с собой, взял себя в руки.
– Ладно, – сказала Мойра, сглаживая этот момент. – Хорошо. Тогда я, пожалуй, достану где-нибудь коробочку, чтобы сразить нашу принцессу наповал, – Эосфор усмехнулся, протягивая ей колечко.
– А что, разве я один буду делать предложение сегодня? – подколол он Доу, невинно приподнимая брови. Мойра чуть зарделась. – Разве у вас с Рэем ещё ничего не назрело? – девушка фыркнула, отводя взгляд. Лукасу хотелось просто сменить тему, отвлечь её от своего очередного героического решения – он не любил пафос, несмотря на то, что часто поступал так, что без этого было не обойтись. Но Эосфор даже не подозревал, насколько точным был его выстрел: и пока что Мойра не собиралась ему ни о чём рассказывать, несмотря на то, что ей жутко хотелось поделиться своими чувствами с человеком, что её вырастил.
Но пока, наверное, говорить о чувствах было рановато. Доу всего лишь пыталась помочь другу: и у них закрутилось всё настолько быстро, что девушка даже не была ни в чём уверена. Впрочем – она усмехнулась, вспоминая об этом, – ничего сложного не было в том, чтобы принять единственно верное решение.
Буквально несколько часов назад, пока Харрис ещё была дома, они с Рэем ездили в опеку. У парня вечно что-то не получалось с документами – но вот, наконец, всё было оформлено, как нужно. И хмурая женщина, что приняла у него бумаги, недовольно окинула взглядом Мойру.