— Не знаю, — тупит взгляд. — Просто… член стоял от таблеток, которые дрянь мне в кофе подмешала. Я секса хотел. Дико хотел. А когда она пришла и ноги раздвинула…
— Мозг отключился?
— Нет, Надь… Я не знаю, что сказать. Я думал, спущу нужду, а потом…
— А потом бы тебе понравилось, и ты начал изменять с завидной регулярностью.
— Ты меня знаешь, — смотрит в мои глаза в упор и за руку нежно берет. — Я бы сдох со стыда после первого раза. Я бы все равно не смог жить спокойно после своего поступка. И я признался бы тебе в измене. Совесть бы загрызла, Надь!
Он прав. Я его знаю. Он меня любит. Все эти десять лет доказывал, что любит.
— Хорошо, что я пришла в тот день, — грустно улыбаюсь. — Избежал мучений из-за совести.
— Избежал? — изгинает бровь. — Ты не представляешь, как мне без тебя плохо.
Прикусываю губу до боли.
— Потерять такую женщину как ты — конец света. Я ведь даже… не знаю… чувствую себя жалким без тебя. Мне реально плохо, Надь. Очень плохо.
— И мне без тебя, — рублю правду.
Страшно до одури, что пожалею о своих словах.
Я же не знаю, что там между Димой и Алиной. Вдруг мой муж нас обеих обманывает?
— Ты поела? — неожиданно спрашивает, и я растерянно на него смотрю.
— Еще нет.
— Ты весь день голодная? — строго. — Ты с ума сошла? О ребенке совсем не думаешь?
— Дима… — закрываю глаза и уголки губ расплываются в улыбке.
— Я сейчас закажу что-нибудь из твоего любимого рестика. Поужинаем вместе.
— Дима, наверно не…
— Не стоит? Ты это хочешь сказать? — прищуривается. — Надь, я сейчас не спрашиваю разрешения. Считай, что я заказываю не для тебя, а для своего ребенка.
Распахиваю рот, чтобы возразить, но тут же прикусываю язык.
Рогов быстро достает телефон, выбирает блюда из приложения ресторана с доставкой.
— Твои любимые роллы беру.
— Угу.
— Запеченную семгу или морского окуня?
— Я не хочу рыбу.
— Надя, — поднимает на меня молниеносный взгляд. — Семга или окунь?
— Семга.
— А пиццу не хочешь? Тут акция, один плюс один равно три.
— Зачем нам столько пиццы?