— Ладно, идём быстрее! — велел он и мы поспешили к сельсовету, где уже нас дожидались парни.
Примечательно, что народ в селе то ли попрятался, то ли им вообще плевать на всё это было. Но никто не бежал спасать Митрофана и проповедником. Да и комсомольцы где-то подевались.
По дороге я не удержался:
— А где вы мясо берёте, раз в селе животных нет? — спросил я.
— Где надо — там и беру, — неожиданно зло буркнул председатель и не стал со мной разговаривать.
Парни впихнули побитого Митрофана в холодную, а сами пошли с председателем составлять акт задержания. Я же остался во дворе один.
Сунулся было в сельсовет. Но на меня замахал руками Бывалов, мол, иди отсюда не мешай.
Ну ладно. Не буду им мешать.
И я тогда побежал обратно к дому молитвы, но там было пусто и тихо. Куда девались Гудков с остальными, поймали ли они Епифана — совершенно непонятно и спросить было не у кого. Все дома стояли с тёмными окнами — село словно вымерло, лишь где-то далеко-далеко, аж на конце другой улицы гавкала собака.
Ничего не понимаю.
Я пожал плечами и решил идти на агитбригаду. А то мало ли. Могут же бандиты пойти туда, а там только девчата и Гришка без сознания.
Поэтому я пошел по освещаемой ущербной луной дороге обратно. Но не бежал. И так набегался за день, но всё равно шел быстро по раскисшей глинистой дороге.
— Эй! — тень возникла у меня на пути, что я от неожиданности чуть не свергся в канаву.
Оружия у меня не было, но я моментально вытащил нож, который заимел привычку таскать с собой постоянно.
— Ты с агитбригады же, да? — тихо прошелестел голос.
Женский. У меня аж отлегло от сердца.
— Да, — сказал я, продолжая сжимать нож.
— Что там случилось? — рядом появилась вторая тень. Голос тоже был женский. — Мы выстрелы слышали. И люди бежали из дома молитвы.
— Вы кто? — спросил я.
— Прихожанки мы, — несмело сказала женщина, — меня Настасьей звать.
— Это которая Мария Магдалена? — не удержался от подколки я.
— Нет, Мария Магдалена — это вот она, а я — Саломия-мироносица.
— Митрофана вашего в холодную замели, — сказал я, — а Епифан сбежал. Так что думаю, вам будет лучше отсюда тоже уходить. Утром из города следователь приедет, богадельню вашу закрывать.
— Ох! — пискнула одна из них. В темноте я не рассмотрел кто.
— Нам некуда бежать, — всхлипнула Настасья.
— Ну тогда не знаю, — пожал плечами я, — раз вы входили в гарем Епифана, то не думаю, что ваша участь будет лёгкой.
— Епифан, говоришь, сбежал? — зло переспросила вторая, Акулина, оставив без внимания подколку про гарем, — вот гад, нас даже не предупредил.
— Не до того ему было, — хмыкнул я и добавил, — если вопросов нет, то, пожалуй, пойду я.
— А как же мы? — брякнула Настасья и я воззрился на неё с недоумением.
— А чем я вам помогу? — вопросом на вопрос ответил я.