– Уважаемая публика, кто из вас хочет испытать на себе оккультный феномен полного исчезновения с последующим возрождением, разумеется?
Её рука сжалась и расслабилась. Она словно давала знак.
«А вот интересно, – подумал мсье Форитир, – она испугается, если я…»
Он поднялся, расправив плечи.
– Позвольте мне испытать судьбу, мсье?
Обежав половину зала, луч прожектора уперся в него, сделав их с мадемуазель Гаранской центром Вселенной. Орландо посмотрел на него, на девушку, так и не отпустившую его руки, и, улыбнувшись, ответил:
– Боюсь, если вы исчезнете, очаровательная мадемуазель рядом с вами никогда не простит мне этого.
Мсье Форитир посмотрел на свою даму. Она покраснела! Покраснела!
Он сел. Голова кружилась от счастья.
Взгляд фокусника обежал ряды зрителей и вернулся к ним.
– Может быть, ваша дама окажет нам честь и лично выберет кого-нибудь из почтеннейшей публики?
Голос фокусника пробежал по залу, касаясь каждого уха. В нем жило обещание приключения! Сразу несколько мужчин вскочили с жестких кресел, но господин Орландо смотрел только на девушку. Освещенная прожектором, она нерешительно встала, не отпуская руки кавалера. Пару секунд она нерешительно смотрела то на фокусника, то по сторонам и, наконец, махнула рукой, указав на ряд кресел напротив.
– Благодарю вас, мадам!
Артист поклонился и пошел в указанную сторону.
– Позвольте пригласить вас, мсье…
Его рука указывала на зрителя во втором ряду.
– Не откажите, мсье… Вас выбрала дама.
Голос фокусника звучал тихо, но его слышал весь зал, каждый из сидящих.
– Извольте, – так же негромко отозвался случайный зритель. Он поднялся и, прижимая руку к сердцу, начал протискиваться на арену. А негромкий голос артиста кружил по цирковому шатру, завораживая и обещая чудо…
– Прошу вас зайти в эту кабину и задернуть штору…
– Чудес не бывает? – шепотом спросила мадемуазель Гаранская у своего кавалера.
– Плохих – нет, – так же шепотом ответил кавалер, словно невзначай коснувшись губами розового ушка.
На глазах публики фокусник вошел в соседнюю кабинку. Разворачиваясь, сверху упал купол из черного шелка, расшитый звездами.
Барабанщик ударил дробь и, доведя её до немыслимой частоты, обрушил… Воцарилась тишина, длившаяся несколько минут, и только где-то за кулисами тонко и высоко пропел горн.
Еще через секунду полог взвился вверх, освобождая реквизит, и из-за кулис побежали униформисты, в десять секунд разобравшие ящики.
Зрители дружно ударили в ладоши.
Внутри никого не было…
Зал неистовствовал.
– Успокойтесь, господа! – поднял руку шпрех. – Представление продолжается.
Нарочито замедленно он вытащил из-за спины огромный черный пистолет, поднял дуло вверх и нажал курок…