Девушка бежит к нему со всех ног. Молча встает перед стойкой, уставившись в пол.
– Эта женщина, – говорит Дантонио, указывая на Элойн, – рассказывает, что помогла тебе выпутаться из неприятной истории. Похоже, тебе заплатили за услугу, которая не была оказана? Что ж, буду считать случившееся подарком небес. Полагаю, ты со мной согласна? Сьета?
Марания кивает.
Хозяин таверны протягивает руку, и девушка суетится, вытаскивая несколько монет.
– Спасибо, Марания.
Искренней благодарности в его тоне не чувствуется. Махнув рукой, Дантонио отсылает девушку на галерею. Не дожидаясь, пока подопечная уйдет, предлагает деньги Элойн, однако та отвечает отказом. Не дав хозяину таверны возразить, она вынимает кошель:
– Я пришла не забрать монеты, а предложить их тебе.
Дантонио издает хриплый звук – похоже, предложение его позабавило:
– О-хо-хо… Посторонний человек приносит мне деньги? Неплохо. – Он указывает на соседний табурет: – Садись. Выпей что-нибудь.
Щелчок пальцами – и из-за стойки, шаркая ногами, выходит тощий мужчина в годах, напоминающий трухлявое, готовое упасть от старости дерево. Его лицо изборождено морщинами, волосы и глаза выцвели. Фигура – кожа да кости.
– Нет, благодарю. Наверняка ты всегда предлагаешь прекрасным молодым женщинам угоститься, и… – Элойн косится на девушек на галерее и продолжает: – И, попробовав твой напиток, почти никто из них отсюда не уходит, верно?
Дантонио ухмыляется, однако его глаза остаются колючими, как острие ножа.
– Именно так. А ты умна. Тогда приступим к делу. Что привело тебя в «Черную бочку» с кошелем в руках?
– Мне нужно знание. Знание малоизвестное, до которого никому нет дела, кроме людей необычных или коллекционеров.
Взгляд хозяина таверны на миг затуманивается.
– И к кому из них ты относишь себя? – задумчиво спрашивает он.
– К умным и платежеспособным. Надеюсь, этого достаточно?
– Смотря чего ты ищешь, – пожимает плечами Дантонио. – Так или иначе, ты попала в самое подходящее место, просто разговаривать на эти темы нужно не со мной. Здесь у меня снимает комнату один человек, – указывает он на закрытую дверь у дальнего конца стойки. – Секреты – его ремесло, и даже я не знаю всех его тонкостей. Однако он платит, и я с вопросами не лезу. Считай, что за совет ты мне заплатила.
– Спасибо! – Не теряя времени, Элойн делает шаг к запертой комнате.
– Одну минуточку, сенгера…
Она останавливается. По лицу Дантонио блуждает похотливая улыбка:
– Если после сделки у тебя останется несколько монет, почему бы тебе потом не потратить их на кое-какие развлечения, которые мы тут предлагаем?
Он многозначительно смотрит на галерею.
Элойн расцветает ответной улыбкой, которая запросто могла бы вогнать иного мужчину в краску:
– Скорее уж платить в таком случае буду не я. Платить будут мне. За то, что ты или любой мужчина получит новое знание. Держу пари, общение со мной стало бы для каждого из вас отличной сделкой. Но полон ли твой кошель?
По залу проносится тихий смех, а Элойн, не дожидаясь ответа, открывает дверь в конце стойки.
Комната погружена в темноту, которую не могут разогнать несколько чахлых свечей. Элойн перешагивает порог, закрывает дверь и моргает, пытаясь приспособиться к сумраку. Ее рука невольно ползет к кожаному ремешку на бедре.
Свет в комнате гаснет, и что-то острое упирается ей в поясницу.
23
Цена знания
– Итак, что у нас тут интересного? – Мужской голос сух и скрипуч, словно ветвь мертвого дерева.