Был вызван топтер.
Жрецы оживленно слушали в кружившем высоко над пустыней топтере, как Шиэна вновь призвала из песков свою судьбу. Тамалан и ее советницы, настроенные на волну приема жрецов, наблюдали с неменьшей живостью.
Даже самого отдаленного напоминания о деревушке не сохранилось в покрытой дюнами пустыне, где Шиэна приказала себя высадить. Однако на этот раз она использовала тампер. Еще одно из ехидных предложений Стироса, сопровождаемое тщательными инструкциями о том, как использовать древнее средство.
Пришел червь.
Тамалан, наблюдавшая по собственному каналу, подумала, что червь этот — средних размеров. «Примерно пятидесяти метров в длину»,— прикинула Тамалан. Шиэна стояла всего лишь в трех метрах от его распахнутой пасти. Наблюдателям были ясно видны сполохи пламени из внутренних топок червя.
— Скажешь мне, зачем ты это сделал?— осведомилась Шиэна. Она не отпрянула от жаркого дыхания червя. Песок поскрипывал под чудовищем, но она ничем не показывала, что слышит это.
— Ответь мне!— приказала Шиэна.
Червь ничего ей вслух не ответил, но Шиэна, как будто прислушивалась, склонила голову набок.
— Тогда ступай, откуда пришел,— сказала Шиэна, взмахом руки отсылая червя.
Червь покорно развернулся и ушел в глубь песков.
Целыми днями, пока Орден с великим весельем наблюдал за ними, жрецы обсуждали эту короткую беседу. Шиэну спрашивать нельзя, иначе она узнает, что ее подслушивали. Как и прежде, она отказывалась обсуждать что-либо, связанное с посещением пустыни.
Стирос продолжал свои коварные происки. И результат был именно таков, какого ожидал Орден: без всякого предупреждения Шиэна могла однажды проснуться и заявить:
— Сегодня я отправляюсь в пустыню.
Порой она использовала тампер, порой танцем призывала червя. Из песков, далеко за видимостью из Кина или другого населенного места, к ней приходили черви. Шиэна в одиночестве стояла перед червем, разговаривала с ним, пока другие слушали. Тамалан находила отчеты, проходившие через ее руки перед отправкой на Дом Соборов, восхитительными.
Одного из своих гигантских посетителей Шиэна спросила:
— Позволишь ли ты мне опять проехаться на тебе?
Когда она приблизилась к червю, тот подался назад и не позволил ей взобраться на себя.
В другой раз она спросила:
— Должна ли я оставаться со жрецами?
Этому червю она задавала множество вопросов и среди них:
— Куда деваются люди, когда ты их проглатываешь?
— Почему люди лживы со мной?
— Следует ли мне карать плохих жрецов?
Тамалан рассмеялась при последнем вопросе, подумав, какое смятение он вызовет среди людей Туека. Ее шпионы должным образом доложили об испуге и унынии среди жрецов.
— Как он ей отвечает?— спрашивал Туек.
— Может быть он говорит ей прямо в душу,— осмелился заметить советник.
Но Шиэна не давала втянуть себя в подобные обсуждения.
— Она отлично оценивает свои силы,— докладывала Тамалан.— Она не собирается слишком часто бывать в пустыне, несмотря на подстрекательства Стироса. Как мы и могли ожидать, притяжение ослабело. Страх и восторг будут нести ее как раз до того, как это потускнеет. Она, однако, обучилась и эффективному приказанию: «Убирайся прочь»!
— Жрецы строят башни в пустыне,— докладывала Тамалан.— Они хотят больше безопасных мест, из которых могли бы наблюдать за Шиэной, когда она в пустыне.
Орден предвидел такое развитие событий и даже сам несколько подстрекнул к тому, чему следовало произойти. У каждой башни были свои собственные ветроловушки, штат обслуги, водяной барьер, сады и другие элементы цивилизации. Каждая была небольшой общиной, распространяющей населенные области Ракиса дальше и дальше в царство червя.