«Она права, подумал он, нельзя демаскироваться».
Они прошли в следующий вагон. Даша зашла в купе проводницы и закатила за собой дверь. Щелкнула дверная задвижка.
Сергей подождал немного. Постучал.
«Уходим, Даша!» – Подергал ручку. – «Открой!»
Прижался ухом к двери. Послышался Дашин голос. «Не открывайте, он нас убьет».
Сука! Бросила! Подставила!
Скворцов в ярости ударил ногой в филенку.
– Открой! Открой немедленно!
– Я не открою! – донеслось из купе. – Опомнись, Сережа, ты сошел с ума!
Сзади распахнулась тамбурная дверь, забурлила мундирами, на Скворцова набросились.
– Трымай його!
– Руку, руку йому!
– Вин наших вбыл…
Сергея скрутили.
В голове ударил молот, вспышка горна ослепила: Даша – это же Хазва!
Ее озлобленное лицо у Скинии Собрания: «Уйди, или убью тебя, как пса!»
Оглушенный предательством, Сергей бессильно уронил плечи и отпустил бразды правления своим телом, передавая их Андрею Чану.
«Вау, классно-то как!» – вздохнул тот спертый воздух вагона. Сквозь узкие бойницы в мир глянули раскосые глаза.
Надпочечники впрыснули в мышцы адреналин, личность Сергея Скворцова съежилась и уместилась в височной доле.
Ударом каблуком по плюснам Чан ослабил хватку держащего его сзади представителя закона, а затем, оттолкнувшись ногами от двери купе, впечатал его позвоночником в металлический поручень, идущий вдоль вагона на уровне окон. Офицер вскрикнул и разжал руки. Пограничник, спешивший ему на помощь, получил удар локтем в челюсть и серию ударов коленом в пах.
Миг – и «Чан» свободен. У ног его корчатся враги.
С двух сторон по узкому коридору пробираются крепкие парни в голубых форменках. Первого Чан тормознул ударом стопы в надкостницу и локтем в глазницу. Наступив на упавшего, он оттолкнулся от пружинящего тела и в прыжке тоже локтем врезался в грудь следующего офицера – мощного парня, явно качающего «железо». Удар вышиб из того дух. Чан добил его фронт-киком в живот. Офицер завалил на спину.
Из другого конца вагона тоже показались люди в мундирах.
Ладно, твари, хотите войны, будет вам война. Пусть нет Копья, но есть руки. И ноги. И локти. И лоб – с кровоточащей шишкой на месте удара в Аджна-чакру, чакру древних знаний. Сергей Скворцов вспомнил, кем он был на самом деле.
Кулаком – в печень!
Лбом – в подбородок!
Локтем – в висок!
Коленом в пах.
В солнечное сплетение!
Под сердце! В кадык! В ключицу!