Перед меркнущими глазами вспыхнули слова готическим шрифтом:
Напрасно открыли вы чемоданчик, Константин Иванович, напрасно надели перстень СС! Не зря же говорится: «не положенного тебе не носи и не примеряй даже!»
Погибли все, кто охотился за копьем, даже всесильный депутат Капранов с двадцатью своими бандитами, сгоревшими в лесном пожаре, вызванном, смешно сказать, девичьим пуком вкупе с искрой от «кресала», которое сейчас выкачивало из умирающего Антиквара остатки его бессмертной души.
«КОПЬЕ – МОЕ!»
Поезд «Симферополь – Москва»
На границу с Россией поезд прибыл во втором часу ночи.
Сонные пассажиры заполняли декларации.
В купе постучали.
Вошел офицер с бейджиком на груди «Ст. лейтенант Довгий Олесь Витальевич».
– Доброго вечира. Документы, будь ласка.
Девушка и мужчина протянула паспорта. Рука девушки чуть заметно дрогнула.
– Цэ ваше мисто? – спросил ее таможенник.
– Мое.
– Пиднимыть.
Девушка подняла полку.
– Видкрывайте, – офицер указал на рюкзак в нише.
Пассажирка вынула рюкзак, расшнуровала горловину.
Офицер запустил руку внутрь, пошарил и вытащил массивный предмет, завернутый в свитер. В свете потолочной лампы заискрилась драгоценными камнями золотая шкатулка с торчащей из торца железной ручкой. Оцэ так контрабанда!
Таможенник вынул из ножен древний клинок.
– Чий цэ спыс? – спросил он, рассматривая находку.
– Я вас не понимаю, – сказала пассажирка. Она была испугана, глаза ее бегали.
Офицер вложил наконечник обратно в ножны и взвесил их в руках.
– Я вас запытую, чие… это… копье? – перешел он на русский язык.
Повисла гнетущая пауза.
Скворцов почувствовал себя подвешенным на цепи над Большим каньоном.
Земля ушла из-под ног, голова закружилась.
– Копье – мое! – косноязычно из-за разбитых губ, но ужасно твердо сказал он.
И встал.
С грохотанием соударились буфера вагонов, состав дернуло и протянуло.