Выходя из своего кабинета, я вижу Степана у подножия лестницы, его руки лежат на плечах Ирины, а она опускает глаза в пол.
Что за вечно любящий ад?
Он убирает руки, когда видит, что я приближаюсь, и Ирина вытирает слезу, скатывающуюся по ее щеке. Мои защитные инстинкты заставляют меня протянуть руку и схватить его за шею, прижимая спиной к стене.
— Влад! — визжит Ирина, дергая меня за руку.
Я так не думаю, милая девочка.
— У тебя есть две секунды, чтобы сказать мне, почему твои руки были на моей жене, — рычу я, брызгая слюной ему в лицо.
Он не вздрагивает и не сопротивляется мне. Он меня хорошо знает.
— Я просто просила его защитить Диану на «Играх», — раздраженно кричит Ирина.
Я стискиваю зубы, затем отпускаю Степана. Он втягивает голову в свои широкие плечи и поправляет рубашку.
Ах, да, «Игры В».
«Игры» стремительно приближаются, и повсюду царит атмосфера предвкушения. Диана должна принять участие в «Играх» всего через три коротких месяца. Я высказал свои пожелания, не совсем ожидая, что кто-нибудь меня выслушает. Однако недавно Егор и Леонид внесли изменения. Я не думал, что Вэн позволит ей войти, но произошло нечто, в чем мы не посвящены.
Еще.
Я это выясню.
Я знаю все, и обязательно буду знать об этом.
Я посылал гадюку в их дом не только для того, чтобы наказать ее. Вика полезна для получения информации. Хитрая маленькая змейка.
— Зайди ко мне попозже, солнце мое. А теперь иди поешь. Теперь тебе нужно питаться за двоих. — Я целую ее в макушку.
— Мне жаль, Влад. Она моя сестра.
— А я твой муж. Я должен защищать твое сердце и тех, кого оно любит. Я всегда буду защищать тебя.
Моя жена шмыгает носом и проводит рукой по моей щеке.
— Я люблю тебя, — шепчет она. Я нахожу утешение в ее прикосновениях и оплакиваю их, когда она отстраняется. Наблюдаю за ее удаляющейся фигурой, как она поднимается по лестнице и исчезает из виду.
Возвращая свое внимание к Степану, я слежу за его взглядом, когда он провожает глазами шаги Ирины.
— Она беременна? — Похоже, он потерпел поражение.
— Это разве твое дело? — рычу я, наблюдая за ним, его взгляд задерживался на Ирине слишком долго, слишком много раз. Я приближаюсь к нему. — Ты будешь представлять меня на «Играх», отдавая дань уважения способности Васильевых тренировать настоящих воинов. Диана сама выбрала свою судьбу.
На его лбу появляется складка.
— А как насчет того, о чем меня попросила Ирина?
Я снова хватаю его за горло и сжимаю.
— Ирина — твой хозяин?
Я еще сильнее смыкаю руку вокруг его горла, но затем его глаза бесконтрольно наполняются слезами, ярость, которую я в нем разжигал, переполняет его.
— Нет, сэр, вы мой хозяин, — выдыхает он.
— Верно. Да. — Я отпускаю его и наклоняюсь к его уху. — Кто является твоей целью в «Играх»?