Яга долго крутила палку в руках, осматривала придирчиво, попыталась ногтем подцепить кору, одобряющие хмыкнула.
— Далеко ходил?
— А то! Почитай до границы дошел, пока что-то путнее подобрал.
Яга покачала головой:
— Надо же… Почему не дуб?
Мальчик скривился.
— Ну зачем ей дуб!?
— Дуб надёжнее!
— Не учи меня дерево выбирать!
Ядвига слушала чудной спор о…палке?!
— Держи, дуреха. Будет тебе посох. С ним в лесу проще. Потом поймешь.
Никифор на прощанье сунул девочке горячих пирогов в торбу. Лешек сходу стащил один, надкусил хрустящую корочку, довольно зажмурился:
— Вот за что я терплю его в своем лесу!
— Иди давай, пакостник! Здрава будь, ясна панна. Возвращайся, как надумаешь.
Домовик поклонился в пояс. На порог выскочил черный кот. Сверкнул желтыми глазами, потерся об ноги удивленной гостьи, мяукнул и запрыгнул на плечо домового.
******************
Посох пригодился. И опереться на него можно, и снег проверить. Вдруг там корень или яма какая? Сугробы намело выше колен. Идти было тяжело. К ночи мороз крепчал. Медленно падали крупные редкие снежинки.
Закатный свет уходил, истаивал в вечернем сумраке, прятался в густых тенях.
Не шумел в кронах ветер, не скрипели стволы темных елей. Лес глядел сотнями невидимых глаз. Люди и нелюди шли сквозь заповедную чащу, открывая тропу. Пропустить? Отпустить? Или…
Девочка замерла, прислушиваясь. Яга обернулась, вопросительно подняла бровь, мол, что?
— Нас… меня…ну… смотрят, решают. Кто-то большой и …странный.
— Пусть смотрит. Голова не кружится?
— Вроде нет. Только идти трудно.
Ведьма вздохнула, оперлась на посох.
— Дорогу запоминай. Да не по сторонам головой верти! Ночью все ёлки одинаковые. Внутрь себя смотри.
Легко сказать — запоминай! Хоть бы ноги не переломать, не отстать в темноте.
Лешек в начале пути шел сзади. Молча. Хмурый и недовольный. Снежники изредка мелькали среди деревьев. Близко не подходили, держались в стороне. Ядвига то и дело оборачивалась — бредет за ними? Мальчишка пропал. Только темная стена сомкнувшихся стволов. Тропинка, по которой шли минуту назад — исчезла, как и не было. Девочка испуганно озиралась. Лес нависал мрачной громадой, окружал непроходимой чернотой.
— Лешко!!! Где ты?! — голос не слушался. Руки задрожали от накатывающей паники.
— Не ори, дура! Он тут хозяин. Идёт куда хочет. Навязалась на мою голову…
Старуха злобно уставилась на девчонку. Взгляд — оценивающий, словно ведьма еще не решила — в ТУ ли сторону выводит незваную гостью. Вспомнились страшные байки дворни о пропавших детях. В тех россказнях нечисть детей ела. А что, если…