Он выдержал мой пристальный взгляд.
– Я не люблю позволять себе лишнее, и особенно в присутствии людей, с которыми недостаточно близко знаком.
Когда он произнес фразу «близко знаком», по спине пробежала волна жара. Проигнорировав ее, я одарила Торина кривой ухмылкой.
– Ну, конечно же, ты не позволяешь себе лишнее. Если у тебя на людях растреплются волосы, это уже будет катастрофа. Чего нам ждать от церемонии открытия?
Выражение его лица помрачнело.
– Там будет толпа разодетых в лучшие наряды людей, пьющих шампанское и соревнующихся за мое внимание. И ведущих друг с другом разговоры ни о чем.
– Ты хочешь сказать… что это вечеринка? Ты правда ненавидишь вечеринки?
Между его бровями пролегла морщинка.
– Боюсь, я не вижу в них смысла. По крайней мере, не в таких вечеринках.
– Верно. Вечеринки – это веселье, а веселье, похоже, не в твоем вкусе.
По правде говоря, сейчас мне тоже не хотелось веселиться. Но, возможно, я могла себе позволить эту крошечную забаву и поддразнить Торина.
Он медленно пожал плечами.
– Не такие вечеринки уж точно.
– Неужели вечеринка в замке с принцессами для тебя недостаточно шикарна?
– Она для меня недостаточно благостна.
Я понятия не имела, что это значило, и, подозреваю, он сказал так нарочно – небольшое напоминание о том, что мне здесь не место и я ничего не знаю о своем народе.
Он изогнул бровь.
– Когда у нас появится время, я спрошу вас, мисс Джонс, чем вы занимаетесь, кроме того что кричите на мужчин, с которыми только что познакомились в баре. Полагаю, вам также стоит оставить в своем расписании время для формирования жестоких поспешных суждений о людях, о которых вы ничего не знаете.
– Но я много знаю об иерархии фейри, Торин, – ответила я. – Это единственная причина, по которой я провела свою жизнь в изгнании. И пока что ты подтверждаешь все мои мысли по этому поводу.
– Что ж, прекрасно, дорогая, потому что, как уже упоминал, я ищу того, кого не смогу полюбить, и пока что ты идеально подходишь.
Ты прав, Торин. Я не очень привлекательна. После предательства Эндрю его слова меня несколько задели, и, сама того не осознавая, я поймала себя на том, что показываю ему средний палец.
Он взглянул на мой жест с озадаченным видом.
Чувствуя, что веду себя слишком по-детски, я засунула руку в карман.
– Значит, так? Это просто вечеринка?
– И после бессмысленной светской беседы за поеданием канапе я объясню правила турнира.
Я прикусила губу.
– Скажи мне одну вещь. Зачем кому-то, кому претит представать перед другими в недостойном свете, приглашать телевизионную команду транслировать весь этот фарс?
Он прижал ладонь к стене, и, когда наклонился ближе, я почувствовала землистый мужской аромат.
– Потому что я человек, который делает то, что должен. И в данном случае мое королевство голодает, а зимы с каждым годом становятся длиннее. Фейриленд переживает голод, и в течение последних двадцати трех лет мы были вынуждены покупать еду у людей. Но я не могу продолжать до смерти облагать налогом своих людей, чтобы заплатить за все это. Телеканал платит мне сто пятьдесят миллионов долларов за каждый выпуск этого шоу, и я смогу рассчитаться со своими долгами перед людьми.
Я уставилась на него.