У офицера связи на какое-то время пропал дар речи. Суна шумно вздохнул.
— Слушайте, я контролирую сейчас три сотни вооруженных морлоков и держу в заложниках два десятка офицеров и двух человек из клана Сога: полковника Ольгерда и Максима Ройе. Будьте добры, вызовите коммандера Ирио как можно скорее. Иначе я не смогу поручиться за жизнь и здоровье коммандера Джар. Здесь очень много желающих ее здоровье испортить, и мы начнем его портить, если коммандер Ирио не выйдет на связь через сто двадцать секунд.
— Ты и в самом деле собираешься… портить здоровье коммандеру Джар? — не выдержал Шэн.
— Я пока еще не видел, что она сделала с Рэем, — все тем же ровным голосом ответил мальчишка. — Только слышал. Если мне для убедительности понадобится… испортить кому-то здоровье, то начну я, конечно же, с нее.
На связь вышел офицер Ирио. Несколько секунд он мерил своего собеседника глазами. Потом медленно произнес:
— Значит, ты и есть Апостол Крыс. И ты захватил в заложники офицеров базы Ануннаки, а с ними вместе полковника Ольгерда и Максима Ройе.
— Не совсем, — возразил мальчишка. — Полковника Ольгерда и Максима Ройе я захватил отдельно, а офицеров базы Ануннаки захватили генно-модифицированные солдаты. Но все они сейчас в моих руках, и я хочу объявить вам условия, на которых освобожу их.
Ирио откинулся в кресле, сложив руки на животе.
— Ты понимаешь, что любой может выйти в эфир, заявить, что захватил базу Ануннаки и выдвинуть условия?
Мальчишка сделал знак рукой, морлоки вытолкнули Шэна вперед. Шэн решил, что пора говорить.
— Коммандер, это я подал сигнал тревоги. Вы меня узнаете? Молодой человек говорит правду. Морлоки взбунтовались и захватили базу. Не знаю насчет Ройе и Ольгерда, но мы его пленники.
— Как же вы так облажались?
— Уведите, — скомандовал Суна, показывая на майора. — У вас будет много времени для разговоров — потом. Сейчас я хочу объявить свои условия.
Суна не сказал как далеко нужно увести Шэна, и того просто вывели в коридор, откуда он все прекрасно слышал.
— Первое — вы останавливаете «Судзаку» там, где она сейчас есть, не выходя на дистанцию ракетного поражения. Вы не посылаете штурмовых катеров. И самое главное — вы даете мне связь с Рихардом Шнайдером.
— А миндальных пирожных тебе не поднести?
— Я не настаиваю, но если вы хотите, то можете и поднести.
— А теперь слушай мои условия, щенок. Сейчас я отдам приказ готовить штурмовые катера. Через три с половиной часа они будут на месте. Вы будете ждать их безоружными, построившись на плацу в колонны, и отпустив всех офицеров и других заложников. Персонально ты будешь ждать в наручниках. И если хоть одна капля крови хоть одного офицера прольется — я устрою тебе такое, что порка в пещерах Диса покажется легкой щекоткой.
— Надеюсь, вы не всегда такой тупой, а просто немного расстроены. Если передумаете — через полчаса выходите на связь, — Суна отключил канал. — Лукас! Остаешься за офицера связи. Сабатон!
— Да, мастер, — отозвался механический голос из настенного рупора.
— Ты что, подключился к системе связи базы?
— Так точно мастер.
— Я не приказывал.
— У меня высокий уровень инициативы. Отменить подключение?
— Нет, наоборот, давай на визор по первому запросу все данные, до которых доберешься.
— Слушаюсь. Какие данные вас интересуют в настоящий момент?
— Пароли к арсеналу.
— По голосовой команде одновременно двух офицеров арсенал запрашивает скан их сетчатки.
— Мне все-таки понадобится госпожа Джар, — мальчишка прихватил зубами кусочек сухой, потрескавшейся кожи на губе, ободрал его. Слизнул выступившую капельку крови. — Сабатон, а вещать на общественных частотах космопорта Лагаш ты можешь?
— Да, мастер.