Это не был настоящий страх. Скорее, легкая боязнь непонятного, с которой сталкивается любой человек. Немного поколебавшись, Ливий пошел к мельнице.
— Есть кто? — негромким голосом спросил он. Ответа не последовало.
Мельница была пуста.
— Так даже лучше, — выдохнул Ливий. Совсем не хотелось встретиться с покойным мельником.
Здание было пустым. Ни мебели, ни одежды. В амбере не нашлось зерно, а мыши, которых на мельницах пруд пруди, даже и не думали здесь появляться. Мельница была совершенно пустой, но здание Ливий точно не мог перепутать.
— Я понимаю почему…Но как?
Запрыгнув на крышу, Ливий посмотрел вперед. Тянулись поля, за которыми начиналась степь. Река текла сбоку и становилась только больше. Разумеется, Ливий пошел вперед — и нашел границу мира где-то в семи километрах от мельницы.
— Много, — кивнул Волк. — Мир становится все больше и больше. А еще он меняется, становится все сильнее похожим на реальный мир. Дом Хорхо…Пожалуй, это доказывает то, что мир не развивается сам по себе, моя память влияет на него. Не знаю даже, хорошо это или плохо.
На обратной дороге Ливий убавил шаг, проходя мимо мельницы. Она была такой знакомой и родной, но одновременно с этим Волк чувствовал фальшивость. В этом старом здании не было души, всего лишь отражение в озере памяти.
— Пора тренироваться. Кое-кто поможет мне с этим, — сказал Ливий, поднимаясь обратно на гору.
Но перед этим Волк нашел поляну в лесу.
— Ладонь Ветра — с одной стороны. Ладонь Дзи-Ай — с другой. Стихия ветра и голая сила. Но Октай мог применять Ладонь Ветра и без Эйфьо. Он просто был так хорош, что ему даже заклинание не требовалось, или это и есть то, о чем говорил Мудрейший?
Вдохнув, Ливий резко расправил руку. Это была Ладонь Дзи-ай, которая свалила дерево в десяти шагах.
— Ветер…ветер…
Каждая из стихий обладала своими особенностями. И ветер однозначно отвечал за дальний бой. Свободная и непостоянная стихия не особо-то и хотела оставаться в руках.
Удар ладонью пробил дерево насквозь.
— Теперь понятно, — кивнул Ливий.
Он не применял стихию ветра. Но, ударив ладонью, Ливий будто бы воплотил немного Эйфьо. Прием обрел свойства стихии, даже не соприкоснувшись с ней. Не было ветра. Но были его свойства.
Удар не просто пробил ствол. Дерево позади дерева-мишени здорово накренилось, обнажив часть корней.
— Название «Ладонь Ветра» уже занято. Эх. Ну, это отдельный стиль, так что можно назвать…Стиль Ветра: Ладонь? Надеюсь, Октай не вызовет меня в суд, — улыбнулся Ливий.
Теперь он знал, что нужно делать. Но с Эйфьо было проще всего, особенно с ударом ладонью. Остальные стихии не дались бы так просто.
Черный куб висел на месте. Искандер просидел там много месяцев, но и что с того? До этого великий завоеватель Запада просидел десятки лет в собственной гробнице.
— Ему не привыкать, — подытожил Ливий, взмахом руки открывая куб.
На землю упал Искандер.
— Послушай, давай договоримся! — сразу же закричал он.
— Это можно. Ты съел мою грушу. Если бы не помощь от моего учителя, мне бы не хватило энергии для завершения стадии Резонанса. Понимаешь?
Искандеру хотелось что-то сказать. Например: «Да благодаря этой груше жива моя душа, душа великого завоевателя Запада!». Искандер сдержался. И Ливий довольно подумал, что все хорошо обернулось — он мог и убить завоевателя Запада, если бы тот начал «качать» права.
— Понимаю. Но я могу помочь, — сказал Искандер.
— И как же? Парад Небес и Земли я и так освоил.
— Я знаю, — кивнул Искандер. — Я бы мог поделиться техниками, которые видел…