— Учил магию и тренировал ее для того, чтобы просто распихать приемы по шкафчикам? Мне что, больше заняться нечем, чем учить тебя такой глупости?
Ливий улыбнулся.
— И что тогда?
— Распихать по шкафчикам только самое полезное, изменив под стихии.
— Я что, должен создать новый стиль?
— Если быть точнее — пять стилей. Ничего сложного.
— Из тех приемов, что знаю, да?
— Верно. Наворовать и улучшить. Как у вас в Охироне принято.
Ливию оставалось только улыбаться. Он и сам понимал, что ему нужно сделать.
— На это уйдет немало времени.
— Еще бы, — кивнул Мудрейший. — Занимайся. Время есть. Охиронский рок всегда готов настигнуть тебя, но пока ты здесь, со мной — тебе не о чем беспокоиться. Выжми из такой возможности максимум.
Ливий задумался. Он уже знал, как будет тренироваться. Оставался, правда, еще один вопрос.
— У вас есть свечи?
— Сколько угодно.
Получив целый мешок свечей, Ливий спустился в свою каюту. Стоило заняться Техникой Семи Свечей — Волк чувствовал, что теперь он сможет освоить ее полностью. Но задание Мудрейшего было в приоритете. Новый стиль — это не шутки.
Поэтому Ливий погрузился в Божественную медитацию.
— Здесь по-прежнему прекрасно, — улыбнулся Волк. Груши пока не появились, даже зеленые. Что там говорить — пока только цветы успели отцвести, наполнив своим ароматом поляну вокруг дерева.
— Пора бы прогуляться. Времени не было, да и помешали разок, — сказал Ливий, посмотрев на черный куб.
Мир Божественной медитации вновь расширился. Деревья стали выше, а заросли — гуще. Казалось, что внутри прошло лет тридцать — местность та же, а вот наполнение шагнуло вперед. Ливий отправился вслед за водой.
Ручей превратился в реку. Река привела к водопаду. С громким шумом вода обрушивалась вниз, на многие километры вокруг извещая жителей Божественной медитации о своем существовании. Ливий спустился вниз и зачерпнул ладонью воду.
Жадными глотками Волк выпил ее. Раньше он никогда не испытывал в Божественной медитации такую жажду. Но жажда эта отличилась от жажды в реальном мире. Ливию будто хотелось вкусить кусочек мироздания.
За первым водопадом Волк нашел второй. А за ним — целый каскад из маленьких водопадов. Деревья менялись, а гора, с которой спускался Ливий, оставалась позади.
Следуя за водой, Волк пробирался через лес. Здесь жили звери, но никто не решился напасть. Ливию даже казалось, будто он не в собственном мире медитации, а в реальности — пробирается куда-то через чащу, надеясь наткнуться на людей.
«Хватит с меня Искандера. Люди здесь не нужны», — подумал Ливий.
Чаща закончилась неожиданно. И перед Ливием раскинулись поля пшеницы. Ее никто не растил — она появилась здесь сама. Но внимание Ливия привлекли не поля, а дом.
— Какого…
Этот дом Ливий хорошо знал. Вернее, не только дом, а еще и сарай с амбаром. В детстве Ливий часто приходил сюда, чтобы найти пропитание.
— Дом мельника Хорхо, — сглотнул Волк, не решаясь подойти ближе.
Хорхо давно не было в живых. Человек, который заменил Ливию отца, отправился в мир иной. И сейчас Волк стоял перед домом Хорхо, который, казалось, совсем не пострадал от времени. Дом был таким же, как в детстве Ливия.
— Страшно, — признался сам себе Волк.