Книга о русском еврействе. От 1860-х годов до революции 1917 г.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Что же было достигнуто за прошедшие 25 лет? Каковы были итоги деятельности Временного Комитета?

Умершего С. С. Полякова сменил на посту председателя его сын Д. С. Поляков. В состав Комитета вошло несколько новых лиц, — в том числе Л. С. Каценельнсон и Д. Ф. Файнберг. Но главным, если не единственным работником и руководителем оставался Н. И. Бакст. Он распределял средства фонда среди нуждающихся ремесленников, содействовал переселению их во внутренние губернии, снабжал беднейших из них инструмента­ми. Ближайшим сотрудником Бакста был Н. Ф. Весолер, долго­летний и бессменный секретарь Комитета.

В 1906 году был, наконец, утвержден устав Общества, и Вре­менный Комитет прекратил свое существование. Сборы в Ре­месленный Фонд за период 1880—1906 гг. выразились в сумме 1132214 рублей.

За время своего существования расходы Временного Коми­тета составили: на поощрение ремесла 206673 рубля; на профес­сиональное образование 302233 рубля; на поощрение земледе­лия 144951 рубль и на организационные нужды — 49625 рублей, всего — 703489 рублей.

К моменту образования Общества ремесленного и земле­дельческого труда осталось неизрасходованных 428731 рубль, поступивших в кассу Общества.

Но в новое время, наступившее после первой революции вплоть до первой мировой войны, ОРТу не удалось развить сколько-нибудь существенную деятельность, не удалось превра­титься в подлинную демократическую организацию. ОРТ не стал действенным фактором в еврейской общественности, не взирая на то, что его идеи и принципы апеллировали к чувствам и настроениям широких народных масс. Даже в те годы, когда в состав Правления ОРТа, возглавляемого Я. М. Гальперном, Г. Б. Слиозбергом и др., в состав общества входили активные, демо­кратические деятели, и одно время даже в нем сложилось оппо­зиционное ядро, во главе с Л. М. Брамсоном, Р. М. Бланком, Ю. Д. и Б. Д. Бруцкусами, Я. Г. Фрумкиным, Г. А. Ландау, И. В.

Яшунским и другими, оторванность петербургских деятелей от провинции, слабый контакт с еврейской жизнью, — парализова­ли возможности широкой положительной работы. Отметим не­которые оказательства ОРТа в эти годы, привлекшие общест­венное внимание.

В 1909 году на еврейском совещании в Ковно Л. М. Брамсон выступил с обширной программой, разработанной ОРТом в це­лях привлечения еврейских масс к различным формам продук­тивного труда. Двумя годами позже, в 1911 году, на Всероссий­ском ремесленном съезде в Петербурге тот же Л. М. Брамсон, возглавлявший еврейское представительство, имел возмож­ность засвидетельствовать фактами ряд практических достиже­ний ОРТа на трудовом фронте, — отстаивая при этом необходи­мость ликвидации черты оседлости и уравнения евреев в граж­данских правах.

В 1913 году ОРТ выделил международную комиссию для ус­тановления контакта с зарубежным еврейством. Была избрана между прочим специальная делегация для поездки в США, в це­лях ознакомления тамошнего еврейства с целями и деятельнос­тью ОРТа. Мысль эту не удалось осуществить, главным обра­зом, из-за войны. Здесь уместно вспомнить, что, когда Д. В. Льво­вич во время войны оказался в 1916 году в Нью-Йорке, он сумел заинтересовать Арбайтер Ринг деятельностью ОРТа, и послед­ний ассигновал на работу в России по трудовой помощи — через ОРТ 15 тысяч долларов.

В феврале 1914 г. ОРТ созвал в Петербурге совещание, по­священное нуждам еврейского ремесла и мелкой индустрии, в котором приняли участие представители провинции. На этом совещании Б. Д. Бруцкус защищал мысль о превращении ОРТа в центральный орган еврейской самодеятельности в области труда. Идея Б. Бруцкуса в общем встречена была большинством участников совещания сочувственно. Ей не суждено было осу­ществиться вследствие войны. Но как раз война, причинившая тяжкие бедствия еврейскому населению, создала условия для превращения ОРТа в действенную организацию, в один из се­рьезных факторов еврейской общественности. Впервые за 35 лет существования почти стерлись грани непонимания между Петербургом и провинцией. Война дала мощный толчок еврей­ской самодеятельности, впрыснула энергию в дело самопомощи, вопреки репрессиям, ущемлениям и возросшему антисемитиз­му. Проблема выселенцев и бездомных изгнанников из Польши, Литвы и Прибалтики — встала во весь рост перед Россией. Тра­гедия свыше 200 тысяч выселенцев и беженцев, покинувших на­сиженные места часто без всякого имущества и без орудий тру­да, потрясла не только еврейскую, но и всю передовую общест­венность. Под давлением общественного мнения правительство вынуждено было открыть доступ евреям в глубь страны, в цент­ральную Россию, Поволжье, на Север и в Сибирь, куда шла мас­совая эвакуация и людей, и предприятий и чем фактически лик­видирована была черта оседлости.

ОРТ развил на этом трагическом фоне ценную деятельность и сыграл крупную организационную роль. Он сопровождал бе­женцев и выселенцев на пути их странствований и проявил раз­ностороннюю энергию в области конструктивной работы. Екатеринослав, Одесса, Полтава, Гомель, Витебск, Саратов, Екате­ринбург, Юзовка, Луганск, Вологда, Казань, Нижний Новгород, Курск, Ярославль и многие другие города и промышленные цен­тры — оказались этапами ортовской работы. В первую очередь открыты были рабочие кухни, отпускавшие наиболее неимущим даровую пищу. В 72-х пунктах были созданы бюро труда по по­дысканию занятий, давшие возможность беженцам ориентиро­ваться на новых местах и приложить там свои силы. Заслуга бю­ро труда заключалась еще и в борьбе с грозным и деморализиру­ющим явлением тех лет — с деклассированием широких масс населения. Пропаганде и выяснению проблем трудовой помощи служил журнал, основанный при петербургском ОРТе — «Вест­ник трудовой помощи», посвященный актуальным экономичес­ким вопросам. Наряду с этим ОРТ работал по-прежнему в обла­сти профессионально-технического образования, содействовал поднятию уровня ремесла. Не забыты были ОРТом и евреи-ин­валиды войны, для обучения ремеслу которых были организова­ны специальные мастерские. Продолжалась и работа ОРТа в области поддержки кооперативных начинаний среди ремеслен­ников по сбыту изделий, по закупке сырья, по снабжению инст­рументами.

Бюджет ОРТа, составлявший в 1914 г. всего 54000 рублей, возрос к концу 1916 года до суммы в 436527 рублей. Увеличи­лось и число его провинциальных отделений до 37.

Симпатии еврейской общественности к разносторонней ра­боте ОРТа были общи и ярко демонстрировались на созванном в Петрограде в феврале 1916 г. совещании ОРТа. Здесь впервые заявили о. своей солидарности с идеологией и задачами ОРТа еврейские радикальные и социалистические группировки. Осо­бенное оживление царило в самой обширной секции совещания, посвященной вопросам трудовой помощи и бюро труда, где шла по широкому фронту борьба внутри социалистических группи­ровок (Бунда, сионистов-социалистов и др.). На авансцене ОРТа появился ряд новых выдающихся деятелей, как Я. Д. Ле­щинский, И. Хургин, М. Рафес и другие.

Вспыхнувшая в 1917 году революция окрылила идеологов и руководителей ОРТа. Крушение старого режима и упразднение всех правоограничений открывало далеко идущие перспективы.

Вырабатывались новые практические планы, связанные с реконструкцией социально-экономического уклада еврейской жизни в новых условиях гражданского и национального рав­ноправия: привлечение деклассированных еврейских масс к сельскому хозяйству и к различным отраслям индустриально­го труда. План предусматривал и созыв нового совещания, ко­торое создало бы из ОРТа мощную демократическую органи­зацию на основе действительной самодеятельности народных масс. Увы, ни совещанию, ни разработанному плану не сужде­но было осуществиться. Октябрьский переворот смел помыс­лы и планы деятелей ОРТа. Наследства ОРТа хватило еще на несколько лет призрачного существования этой организации при советской власти. Но центр деятельности ОРТа перешел за пределы России.

В настоящее время эта организация, сохранившая название, основанное на русских инициалах, распространила свою дея­тельность по всему миру, имея свои профессиональные школы в 20 странах и являясь самой крупной в мире общественной орга­низацией по профессиональному образованию. Это необычай­ное развитие было достигнуто под руководством русских евре­ев, главным образом Л. М. Брамсона, Д. Львовича и А. Сингаловского.

ОЗЕ

Первые сообщения об учреждении в Петербурге Общества охранения здоровья еврейского населения появились в печати в феврале 1912 г. Инициаторы, группа врачей и общественных де­ятелей, созвали собрание учредителей будущего общества и из­брали Временный Комитет для созыва первого общего собра­ния. Однако, только осенью, 28 октября 1912 года состоялось общее собрание членов нового общества, на котором были вы­слушаны доклады доктора М. М. Грана, и д-ра М. С. Шварцма­на, а затем состоялись выборы первого состава Комитета. Еврей­ская печать, оповещая о возникновении Общества охранения здоровья еврейского населения в России (получившего впос­ледствии известность под названием ОЗЕ), вряд ли могла себе представить, что организация с весьма узкими и специальными целями, созданная представителями русско-еврейской интелли­генции, вскоре приобретет широкую популярность среди еврей­ского населения черты оседлости, а, пройдя через горнило испы­таний войн и революций, выйдет далеко за пределы России и вырастет в мировой союз ОЗЕ, радиус действия которого охва­тывает чуть ли не все континенты.

На общем собрании 28 октября 1912 года на тему о задачах охранения здоровья еврейского населения выступил М. М. Гран, сам врач-общественник с весьма крупным земским стажем. До­кладчик остановился на особых условиях, в которых живет ев­рейское население, — на бесправии, на материальной нужде на­родных масс, на скученности в черте оседлости, на тяжких квартирных условиях, на антисанитарности городов и месте­чек и т. д. Д-р Гран осветил и ряд вопросов биологического и социального характера, — которые вынуждают каждого врача и общественника ставить в широком масштабе задачу охранения здоровья еврейского населения. Докладчик, подчеркивая необ­ходимость создания еврейской общественной медицины, ука­зал, что новое общество никоим образом не должно рассматри­вать себя, как академическое начинание. Наоборот, цели наши должны быть практические в первую очередь. И призывом по­мочь этому новому общественному делу закончил М. М. Гран свой доклад.

Д-р М. С. Шварцман в своем докладе конкретизировал пред­стоящую деятельность новой организации. Он прежде всего охарактеризовал существующий до сих пор среди евреев тип филантропических учреждений, оказывающих медицинскую помощь широким неимущим слоям населения, — все эти «Би­кер Хейлим», «Линес Хацедек», «Ройфе Хейлим» и т. д., кото­рые можно встретить в любой еврейской общине от губернско­го города до позабытого Богом и людьми местечка. Помощь, оказываемая этими учреждениями, обычно сводится к обеспе­чению больного врачом, койкой в больнице, лекарством, пита­нием и т. д. После того, как эта помощь больному оказана, и он стал на ноги, — функция гуманитарного учреждения прекраща­ется. Но вне поля зрения такой благотворительной работы ос­тается вся обширная область нашей общественной работы, к которой следует привлечь всеобщее внимание. Необходимо Обществу поставить перед собой в первую очередь ряд общих задач, — по борьбе с физической деградацией еврейского насе­ления, по борьбе с эпидемиями, обрушивающимися часто на де­тей и на взрослых, по борьбе со смертностью. Индивидуальной помощью, врачебным уходом мы не должны ограничиваться. Надо разработать широкую программу улучшений в области санитарно-гигиенических условий существования масс. Надо всемерно содействовать уменьшению коэффициента заболева­ний и смертности. Нужно поставить вопрос об обслуживании в медицинском и гигиеническом отношении всей еврейской сре­ды, еврейской общины и еврейской семьи и действовать здесь не только лечебными, но и в особенности превентивными меди­цинскими методами. Этим задачам должно послужить наше но­вое общество.

Общее собрание ОЗЕ, разделяя руководящие идеи, изложен­ные докладчиками, постановило положить их в основу деятель­ности нового общества, приняло предложенный устав и избрало комитет ОЗЕ в составе следующих лиц, принадлежащих в боль­шей своей части к врачебному миру:

Я. Е Бавли, В. И. Биншток, Н. Р. Ботвинник, А. М. Брамсон, инженер С. Э. Вейсблат, адвокат Г. А. Гольдберг, М. М. Гран, Г. И. Дембо, А. В. Залкинд, С. А. Кауфмащ М. С. Шварцман, Я. Б. Эй­гер. Председателем комитета был избран С. А. Кауфман, тов. председателя — Г. А. Гольдберг, казначеем — д-р Н. Р. Ботвинник и секретарем — д-р М. С. Шварцман.

Еврейская общественность на местах оценила инициативу петербургской русско-еврейской интеллигенции. Новое обще­ство, поставив перед общественными кругами еврейства ряд вопросов, до сих пор в сущности остававшихся в тени, вызвало к себе интерес. По-видимому, потребность внести живой дух инициативы в области, которые оставались монополией благо­творительных, подчас рутинных, учреждений — произвести и тут назревшие реформы, — была осознана в широких кругах. Это подтверждается первыми откликами на призыв инициато­ров ОЗЕ.

За первые три года существования ОЗЕ — 1912-1915 годы — в Киеве, Харькове, Минске и Одессе открылись отделения ОЗЕ, которые развили весьма интенсивную деятельность в отноше­нии научного обследования физического и психического состо­яния еврейских масс, санитарно-гигиенической пропаганды и превентивной (профилактической) медицины. В связи с этим на местах, в черте оседлости, возникли консультации по охране материнства и младенчества, были организованы детские пло­щадки и детские колонии, устроены детские ясли, санитарные бани, амбулатории, диспансерии, передвижные медицинские пункты, и в придачу было поставлено бесплатное снабжение де­тей молоком — так называемая «капля молока».

Порой медицинскому персоналу ОЗЕ приходилось в борьбе за улучшение санитарно-гигиенических условий наталкиваться на закоренелые предрассудки и недоверие к медицине со сторо­ны отсталых элементов. Постепенно все же на смену недоверию приходило понимание. Этому способствовала в значительной мере популяризация идей и задач ОЗЕ в форме доступных лек­ций на русском и еврейском языках; распространение брошюр и листовок об элементарной гигиене и с указаниями практическо­го осуществления.

К началу первой мировой войны ОЗЕ успело уже покрыть значительную часть «черты оседлости» сетью своих учреждений и стать серьезным фактором в общественной жизни. Особенно это сказалось в период войны, в трагические для еврейских масс 1914—1918 годы. Война поставила еще не вполне окрепшее Об­щество перед новыми задачами, далеко выходившими за рамки его программы. Рост антисемитизма и жестоких преследований евреев в прифронтовой полосе, — наконец, массовые выселения и вся сложившаяся в обстановке войны и разрухи проблема ев­рейского беженства, — все это поставило перед ОЗЕ ряд новых и ответственных задач. «Крестному пути» выселенцев и бежен­цев сопутствовали болезни, а наличие значительного количест­ва стариков, женщин и детей, страдавших тяжело в жутких ус­ловиях эвакуации, потребовало от деятелей ОЗЕ в срочном по­рядке перестроить программу своей работы.

Центральное Правление ОЗЕ организовало институт упол­номоченных на местах, которым было поручено организовывать все виды помощи, в том числе и питание беженцев.

На всем протяжении пути беженцев были созданы питатель­ные пункты, летучие врачебные отряды, передвижные амбула­тории и аптеки.

По мере расселения на новых местах, ОЗЕ и туда несло по­мощь, систематически ее организуя и расширяя. Главноуполномоченный ОЗЕ, д-р М. М. Гран сумел в течение 1915-16 гг. ор­ганизовать 42 летучих отряда, энергично осуществлявших по­рученные им задания. Работу ОЗЕ на фронте возглавлял моло­дой врач, д-р С. Г. Фрумкин, безвременно скончавшийся в 1918 году от тифа. Кстати, в память жертвенной деятельности д-ра С. Г. Фрумкина построен в Ковно «Дом здоровья» его имени, существующий и поныне.

За годы 1912—1918 ОЗЕ организовало 160 детских приютов и детских садов, обслуживавших свыше 50 тысяч детей до­школьного возраста. В течение этих лет им были созданы 17 вра­чебно-консультационных пунктов для рожениц, с оборудован­ными молочными кухнями, вскормившими свыше 5000 ново­рожденных. ОЗЕ питало 20 тысяч школьников в 87 школах; ор­ганизовало 115 детских площадок и 66 детских летних колоний, где находили отдых 33 тысячи детей. В 105 амбулаториях ОЗЕ зарегистрированы были свыше 50 тысяч пациентов; тысячи дру­гих больных находили медицинскую помощь в 23 госпиталях, включенных в разветвленную сеть бесплатной медицинской по­мощи. Биография ОЗЕ была бы не полна, если к ней не приба­вить, что из 200 тысяч беженцев и выселенцев, рассеянных по внутренним губерниям России, до 40 тысяч прошли через раз­ные учреждения ОЗЕ.