Чёрные цветы: читать начало книги онлайн

– Я не социопат. Просто я ненавижу Кена.

– Почему?

– Потому что он отец Билли, а не мой. – Шон потянул меня с тропинки в тот момент, когда луна зашла за облако. Во внезапной темноте я споткнулась, он развернулся, чтобы подхватить меня, отчего наши ноги запутались, а его руки легли мне на талию. Он очутился так близко, что я ощутила его тепло, и в голове бухнуло: «Вот оно!» Мы оба задержали дыхание.

И тут с тихим смехом Шон выпрямился, и пространство возле меня опустело, остался лишь запах – земляной, с металлическим привкусом. Парень придержал передо мной занавеску из испанского мха, и вот он, сенот: круглое зеркало в обрамлении голубого света. Прямо из моих снов – вот только все мои сны были кошмарами.

Я направилась сразу в воду, и в груди у меня щемило так, словно я вернулась домой из долгого путешествия, хотя прошло чуть меньше суток. Я всё ещё не пришла в себя после встречи с Леонорой, но медленное биение воды постепенно изгоняло напряжение, унося его прочь. Не знаю почему, но здесь я чувствовала себя в безопасности.

Шон задержался на берегу, чтобы вынуть что-то из карманов и снять футболку. Его кожа отливала мрамором в лунном свете, а плоские грудь и живот посрамили бы любую статую.

– Я не знала про Кена, – сказала я, отплывая к середине. – Билли ничего не говорил.

– И почему я не удивляюсь? – мрачно рассмеялся Шон.

– Отчимы – это полный отстой, – сказала я. – Дэвид возомнил, что может запретить мне нырять. Как будто он получил право решать за меня только потому, что подписал с мамой какую-то бумагу. Я-то её не подписывала.

– Полностью тебя понимаю. – Шон поднял ладонь, и на неё тут же опустился жук, ровно взмахивая крылышками.

– Эти жуки очень красивые, только когда они меня касаются, у меня мороз по коже, – призналась я.

Он подтолкнул жука, и тот чаще замахал крыльями.

– К ним просто надо привыкнуть.

Я засмеялась, но он не ответил, и я растерялась: что сказать? Шон лёгким щелчком отправил насекомое в неровный полёт, а сам шагнул в воду.

– А твой родной отец с тобой общается? – спросил он.

– Скорее нет, чем да, – мне стало неловко от того, как предательски дрогнул мой голос.

– То есть? – Он подплыл ближе.

– Это долгая история. Тебя утомят неприятные подробности.

– Я никуда не спешу. – Он опять обезоружил меня своей ослепительной улыбкой, и хотя обычно я не люблю делиться с посторонними историей разрыва с отцом, сейчас она почему-то не казалась мне такой болезненной. Может, это тоже благодаря действию воды?

– Мои предки только и делали, что ссорились, – начала я. – Это одна из причин, почему я стала нырять, просто чтобы уйти от шума и хаоса. У нас был свой бассейн, но не настолько глубокий, и я начала ездить на побережье – если это кажется понятным.

– Вполне, – подтвердил Шон.

– Однажды отец совсем съехал с катушек, обнулил их общий с мамой счёт в банке и свалил, – продолжала я. – И плевать ему было, на что мы будем есть, платить за дом, вообще всё. Потом где-то через год он вдруг решил извиниться и пожелал с нами поговорить. Не вернуться. Просто потрепаться по телефону таким тоном, будто ничего особенного не случилось.

Взгляд Шона потеплел.

– Вскоре после этого умерла моя бабушка, – сказала я.

– Вы были близки?

Я кивнула, не в силах говорить. Она была одной из причин моей одержимости собственной смертью. Мне казалось, я могла бы её увидеть.

– И поскольку это была его мама, он явился на похороны. Он спросил, может ли остановиться у нас на пару дней, и мама сказала «да». И вот он спал на диване в гостиной, а мы с мамой ходили на цыпочках всё это время, и она вела себя с ним добрее некуда… потому что, как мне кажется, мы обе надеялись: может, он так и останется?

Чтобы Шон не увидел, что глаза мои полны слёз, мне пришлось перевернуться на спину. Из глубины поднималось тёплое течение, а пульсация воды замедляла, успокаивала мои мысли.

– Но он не остался, – продолжала я. – Он сел на самолёт и вернулся в Сиэтл.

– Сочувствую, – пробормотал Шон.