Фантом: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я и не догадывался, что дуальность — причина выбора, — мне вспомнилась несчастная сколопендра, шевельни я ногой чуть раньше, и жизнь ее была бы спасена, наверное.

Паук «усмехнулся»:

— А еще ты не догадывался, что дуальность «дала» тебе пару рук, пару ног, пару ушей и пару глаз.

— Почему же у тебя восемь ног и множество глаз? — наконец-то мне представился шанс поставить на место членистоногого зануду.

— А вот и задумайся, каково преломление мира в моем сознании и насколько отличаются наши иллюзии при наличии столь серьезных различий во внешности.

Я живо представил Аполлона Микеланджело рядом с… отвратительной восьмилапой самкой моего собеседника и поморщился, на что ктенизид, с поразительной точностью истолковав мою мимику, снисходительно заметил:

— С такой компоновкой оболочки, как у тебя, в моих глазах, да сквозь мою Матрицу, ты выглядишь отвратительным, впрочем, не сомневаюсь, как и я в твоих. В этом заключается дуальность. Мы, обитатели плотного плана, воспринимаем его по-разному, оттого-то и хотим раздавить и сожрать друг друга, а надо бы принять и возлюбить.

— Ты прямо как Христос, — воскликнул я и тут же осекся, испугавшись собственного, такого кощунственного сравнения.

— Догма, в которую ты сейчас погружен, — авторитетно заметил паук, — есть атрибут Матрицы, пока не покинешь ее пределов, не поймешь упомянутого тобой Христа и его учения. Возможно, ему, Сыну Божьему, удобно было побеседовать с человеком, находясь в теле мерзкого членистоногого.

У меня глаза полезли на лоб, рот раскрылся от удивления, а сердце неистово заколотилось, все, что я смог выдавить из себя, оказалось глупее некуда:

— А как же сколопендра?

Паук снова причмокнул, вспомнив угощение:

— Ты пришел за ктенизидом, Христос за твоим сознанием. При схождении Его в тело паука Он отдал Земле некое количество энергии (своей Любви), а она (Земля) вернула ее, исполнив Закон Сохранения, мне едой. Сколопендра принесла себя в жертву ради твоего знания, ты остался должен ей.

Сердце забилось сильнее, слезы выступили у меня на глазах:

— Как вернуть долг?

Люк с «ацтекским рисунком» приоткрылся и на меня уставилась пара черных, пронзительных глаз:

— Просветлиться, наполниться любовью, равной по весу тельцу бедняжки.

После чего люк захлопнулся обратно.

Собираясь на охоту, стоит озадачиться многими вещами, самой важной из которых будет понимание того, что, отнимая чью-то жизнь, необходимо вернуть миру эквивалент, а какой, всякий охотник решает для себя сам, в противном случае Матрица «объявит» свою охоту — на тебя, дорогой друг.

Из Мекки в Иерусалим

Веселись всякий люд, под всякой крышей и за всяким столом, радуйтесь, кто сыпет просо в воду и ждет набухания, не имея огня сварить похлебку себе, хохочите и вы, хватающие мясо с серебряных блюд и бросающие псам своим, гладкошерстным и тонконогим, на потребу, ликуйте старцы, удерживающие дряхлые тела посохами, ибо нет сил в ногах ваших, гордитесь юнцы, обладатели упругих чресел и скабрезных помыслов, поелику все вы имеете уши слышать речи святого Бернара, аббата из Клерво, зовущего не преклонить колени пред распятием Христовым, не смиренно исповедаться и не милостыней осчастливить нищего, но, взявши в руки крест и меч, идти в Святую землю за распятием и забрать его, дабы каждого неверного исповедать огнем и железом, а милостыню раздавать королям сарацинским, коленопреклоненным на руинах собственных замков.

Честный рудокоп, набивай, пока эхо аббатского голоса не осело в штольне, свою котомку рудой и волоки ее к кузнецу, пусть вздымается грудь доброго мастера, как меха, а жаркое дыхание святого Бернара растапливает железо, дабы придать ему, извлеченному из глубин грешной земли, форму копья острого и щита праведного, чьей спине покрытой быть протертым мелом, замешанным на масле льна, а когда высохнет корка сия, раздробленными тельцами дубового жучка из южных лесов очертят на ней пурпурный крест, снизу доверху.

И да не сойдет улыбка с лица воина, вчерашнего крестьянина, принявшего оружие возмездия и направившего помыслы свои и чаяния (свои ли?) вместе с обряженным «по моде» телом в далекий Иерусалим изгонять слуг Дьявола, засевших в Святом городе.

Мы же, дорогой читатель, пока лязгающая железом толпа преодолевает некоторое расстояние между «Старым светом и палестинами», обратимся к Конструктору (личность уже знакомая нам) за разъяснениями, отчего же род людской так скороспел на решения касаемо его существования, и как легко обмануть желающего обманываться, не прибегая к изощренным манипуляциям или откровенному подкупу, а исключительно глаголом. Вот его ответ, здесь и сейчас:

— Не посмевший возразить, когда на то душа была готова, раб и телом своим, даже через страдания оного. Только не убоявшийся взглянуть в очи духа, которое есть истинное Я, сможет не оробеть, перед Очами Его представ.

Прежде всего осознай, готовый к этому: пока Матрица для тебя — Слово, словом пустым и ты сам в смысле души, не определившейся в плотном мире, будешь для нее. Так слушай, изначально Матрица «проектировалась» под Адама, Первочеловека. Создатель «лепил» тело сына Своего из «глины», а я собирал тело «капсулы» для Адама из лучистой энергии, прошедшей сквозь эту «глину». Дуальность, что по Замыслу Творца «закладывалась» в эту структуру, начала свое «раскрытие» с появлением Евы, приведшем к «бунту» Адама. Изгнание из Рая, подразумевающее обретение людьми плотных тел, «привязало» матричный цветок (его корень, центр) к личности Адама, полное же оформление и раскрытие конструкции Матрицы в отношении Кода Дуальности завершилось Актом противостояния Каина и Авеля.

Был ли шанс у братьев на мирное сосуществование? Да, но только в другом Мире. Матрице (моему детищу) требовалось захлопнуть, закоптить одиннадцать «окон Познания», саму конструкцию необходимо было запустить, оживить, дать ей проявить свою суть и предназначение. Камень, опущенный Каином на голову Авеля, стал первым материализованным манифестом Воли самой Матрицы.

Я, Конструктор, словно гордый отец, с восхищением (не имея в своем арсенале никаких чувств, ввожу это понятие в текст, скорее, для понимания произошедшего человеком) наблюдал за «первым шагом» своего дитя.

Распределяясь по планете, человеки растаскивали Матрицу, безбожно растягивая ее гуттаперчевое тело своим полудетским сознанием, при этом корень ее оставался в сердце Адама (после завершения земного воплощения — в месте захоронения его оболочки).

Первой попыткой приподнять «покрывало Матрицы» над собой и «выглянуть» из-под него, под давлением совокупной Свободы Выбора, стало строительство Вавилонской башни, символизирующей на плотном плане ту иглу, с помощью которой потомки Адама желали освободиться от «гнета» кокона, чутко ощущая его границы сознанием дикарей, подобно зверю, без труда различающему заповедник с кормушками и чистый, не тронутый «заботами» лес.