Жизнь Константина Германика, трибуна Галльского легиона: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Или вдруг захотела.

Глава ХIV

Дьявол и колыбельная

Едва лодия оставила за бортом крепостные стены Ольвии, перед взглядом изумленного Константина Германика открылся другой город. Некрополь. Город мертвых. Явно не уступавший по размерам городу живых.

Обладавший острым зрением опытного солдата, трибун без труда разглядел даже памятники на могилах усопших от старости или павших в боях.

Грубо вырезанная из серого римского мрамора фигура солдатского бога Митры, очевидно, посвящена кому-то из офицеров Италийского легиона. Рядом – изящное изображение Исиды, египетской богини плодородия. Ну уж наверняка посмертный памятник какой-то местной матроне, нарожавшей кучу детей. Много статуй Ахилла, от старости ушедших в землю, только шлем да меч высовывались в поднятой руке. Константину Германику, любителю «Илиады», нетрудно было признать легендарного героя по классическому гребню на архаичном аттическом шлеме.

Но вот и некрополь закончился. Потянулись унылые проплешины среди зеленой травы. Следы соляных шахт. Скорее всего заброшенных из-за угроз набега кочевников.

Лиман, по которому шла лодия, был сильно заболочен. Тем временем солнце, застывшее в зените, начало не на шутку припекать. Вонючие испарения вызывали странную изжогу, неожиданную рвоту.

– Ты не мог бы править поближе к берегу? Вон, видишь, где мачты кораблей! Почему они удачнее нас оказались?! – раздраженно спросил римский офицер у капитана, застывшего в конце судна рядом с рулевым.

– Это – не мачты судов. Это – стволы давно усохших деревьев, погибших при разливе реки, – почтительно, но твердо возразил египтянин. – Приближаться к ним опасно. Болотные испарения притупили твой ясный взор, великолепный трибун. Всему виной жаркое солнце и миазмы, которыми обдал нас ольвийский некрополь.

– Вот еще, – проворчал уязвленный Германик. – Мне ли покойников опасаться…

– Нет, разумеется, нет, – поспешил Аммоний и тут же попытался в своем собственном стиле загладить вину: – От моего бывшего раба, гречишки, я с удовольствием прознал, как ты пренебрежительно отнесся к статуе Абрасакса – местного подземного бога. А ведь в Ольвии его боятся даже готы.

Молодой офицер был падок на грубую лесть и не скрыл довольной улыбки.

– Трепло наш лицедей. Когда уже успел насплетничать… Но, в общем, все верно. Мне ли, трибуну Галльского легиона, местных уродов опасаться. Кстати… – После недолгих сомнений он решил поделиться с капитаном-египтянином (безусловно, симпатичным и правдивым человеком) своим небольшим секретом: —…Кстати, коль мы уже упомянули Абрасакса, не подскажешь ли ты мне, что он тут забыл?

С этими словами Константин Германик открыл кожаный мешочек, переданный ему при расставании Атаульфом. Достал оттуда крупный перстень с геммой из зеленой яшмы, на внешней стороне которой красовалась готская свастика. На внутренней – изображение Абрасакса с непонятными греческими литерами.

Египтянин, впрочем, вдруг проявил живейший интерес не к гемме, но к самому перстню.

– Позволь, блистающий своей доблестью солдат Империи, узнать: откуда это диво?

– Какое? – не понял Константин Германик. – Та имеешь в виду перстень?

Египтянин вздохнул и, заметив страждущий взгляд Эллия Аттика, подозвал его к себе:

– Что скажешь?

Грек, с недоумением уставившись на перстень, почти суеверно произнес:

– Это не золото!

– Правильно! – кивнул Аммоний, как будто разговор происходил только между ними. – Правильно. Тогда что это?

– Неужели? – очень драматически выдохнул Аттик.

– Именно! – удовлетворенно кивнул Аммоний. – Это – орихалк!

Константин Германик, по солдатскому обычаю не принимавший двусмысленности, а тем более неизвестности, немедленно потребовал ответа:

– Что за орихалк? Откуда и зачем?

– Твой перстень, во всяком случае то, что ты принял за золото, это – орихалк, – провозгласил капитан, подняв перстень по направлению к лучам солнца, чтобы лучше разглядеть невиданную драгоценность. – Сплав меди с неизвестным нам, а поэтому дорогим металлом, который добывали в местных шахтах. Не знаю, правда это или нет, но орихалк был известен в древности, со времен легендарного грешника царя Соломона. Богатство последнего было столь велико, что из орихалка были отлиты колонны его знаменитого храма. Слепящие, подобно солнцу. Сейчас секрет изготовления орихалка утерян безвозвратно, да и местные рудники давно истощены и заброшены. У тебя в руках, благородный офицер, настоящее сокровище.

– Позвольте мне еще раз на него поглядеть! – взмолился любопытный, как все греки, Аттик.

Константин Германик неохотно кивнул Аммонию, и тот со вздохом передал перстень греку. Эллий Аттик, вскользь глянув на свастику, сощурив глаза, внимательно начал рассматривать гемму с внутренней стороны.