Я торопил кучера всё время. Взмыленная двойка лошадей выбилась из сил, таская за собой тяжелую карету по весеннему бездорожью. Благородные животные устали, но справились и доставили нас в тёмный замок к полуночи, но, к сожалению, спешка оказалась излишней.
Набрав ведерко колодезной воды, я сбежал по темной лестнице на самый нижний подземный этаж темницы и застал в конце коридора уже пустую камеру. Сначала подумал, что пленников выпустили нерадивые слуги, но внимательно изучив характер повреждений креплений двери, вырванные и погнутые петли и пришёл к выводу, что, скорее всего, они освободились самостоятельно. Всё же, пять крепких мужчин в одной камере могли выбить дверь, если действовали сообща и не боялись шуметь.
Они могли вырваться и раньше, если бы сразу сообразили, что никакого присмотра за пленными нет. Если им и помогал кто-то снаружи, то его помощь не имела решающего значения. В любом случае, второй принц Свордарии и его ближайшие помощники уже покинули камеру, и теперь нужно было выяснить, как давно это произошло. Имело ли смысл пускаться в погоню, и не задержала ли их случайно городская стража, дежурившая на городских воротах.
Чтобы узнать эти важные детали мне потребовалось всего двадцать минут. Замковые слуги видели беглецов, а избитый ими конюх даже запряг для них повозку и составил компанию до городских ворот. Помощи одного незначительного заложника хватило, чтобы пятерка вооруженных обычными палками беглецов покинула сначала замок, а затем город.
Мне даже не пришлось искать и расспрашивать городскую стражу. Все важные подробности выложил выкинутый ими из кузова прямо на ходу конюх. Бесполезные дармоеды из стражи были способны только сбивать деньги с трусливых селян и нападать на безоружного гоблина и пару зверолюдок, а когда потребовалось остановить подозрительную, несущуюся на полной скорости повозку с чужаками, они просто расступились, не оказав им никакого сопротивления. Трусы! Бездари и трусы!
Я решил, что с утра попрошу принцессу разогнать всех этих бесполезных дармоедов. Нужно провести набор новых стражей, от которых будет хоть какая-то польза. Время побега узников тоже не радовало. Второй принц Флайсворд решился на побег вечером того же дня, когда мы с принцессой только отправились на север.
Три дня прошло. Беглецов уже не догнать. Нет, чисто гипотетически, если бы я рванул в погоню прямо этой же ночью, следовал точно за ними без сна и отдыха, и ни разу не сбился с пути, то нагнал бы их на шестые-седьмые сутки, но я не знал местности и, скорее всего, потерял бы их след ещё в границах Северной Шилдарии.
Честно говоря, не было никакого желания так надрываться ради сомнительной выгоды от выкупа пленников, хотя такое раннее бегство принца, безусловно, создаст проблемы уже в скором будущем. Я не только потерял ценного заложника, но и добавил Северной Шилдарии ещё одного очень опасного врага. То унизительное поражение, что потерпел уверенный в своих силах «великий полководец», а также унижения плена спровоцируют и ускорят новое вторжение Свордарии. Я в этом ни секунды не сомневался.
Утром я посетил Её Высочество, высказался по поводу бесполезной городской стражи, сообщил, кого и как они упустили, чем вызвал вспышку её гнева на бесполезных замковых слуг. Сильно досталось трусливо помогавшему беглецам конюху и новому капитану городской стражи. Принцесса приказала их хорошенько выпороть плетью, чем показала, что может быть не только доброй и щедрой, но и очень строгой и даже жестокой. Выпоротый капитан горячо пообещал навести порядок в рядах подчиненных и строго наказать виновных. Его унесли под руки. Сам он идти не мог.
Стража получила хорошую взбучку, но суть порожденной их разгильдяйством проблемы это не решало. Я также был виноват, что не озаботился нормальным присмотром за пленными, и принцесса Виола попыталась сыграть на этом и взвалить на мои плечи ответственность за возможные последствия допущенной ошибки. Она хотела, чтобы я всё же отправился в погоню, а заодно разведал положение дел в южных провинциях.
Не знаю, как она себе это представляла, но кроме поимки беглецов, нужно было проникнуть в поместья четырёх южных лордов и тайком выяснить, готовят ли они армию для нападения на столицу. Они так и не ответили на её призыв принести вассальную клятву. Однако, теперь было уже известно, что доставке этих посланий, а также самому прибытию лордов в столицу могли помешать вероломно вторгнувшиеся из Южной Шилдарии войска.
Принцесса хотела посмотреть, кто присутствовал в палатке короля Мардука в момент, когда я напал на его тыловой лагерь. Она не сомневалась, что я прибрал в хранилище тела всех убитых, и я стал беспокоиться, что даю ей слишком много лишней информации. Если её прижмут неглупые враги, она может выложить им все мои секреты. На будущее, я решил дозировать выдаваемую принцессе Виоле информацию. Она хоть и мой официальный союзник, но легко может стать и злейшим врагом, если обстоятельства круто изменятся.
Пока её удерживал в узде шантаж похищенной королевской казной, но рано или поздно я потеряю этот козырь и тогда можно ожидать удар в спину. Тем не менее, выполняя требование принцессы, я вывалил на пол тронного зала тело короля Мардука, его телохранителей и всех спутников, что находились в палатке и самом лагере, включая стражу и слуг.
Голых, ещё теплых, окровавленных тел со свежими порезами на горле и гримасами ужаса на лицах, среди представленных вниманию Её Высочества, оказалось очень много. Приличная такая горка в три метра высотой и ещё вокруг в два-три слоя насыпалось. Всего около семидесяти покойников. Шокированная горой свежих трупов Виола вырвала недавно съеденный завтрак прямо себе под ноги. С трудом подавляя новые рвотные позывы, она попросила срочно убрать весь этот ужас с её глаз и выдавать впредь по одному и так, чтобы она не видела гениталий и прочего непотребства, а только лица.
Пришлось мне во второй раз запихать мертвецов в хранилище, сохраняя их положение в общей структуре инвентаря. Конечно, нужно было вплотную заняться пересмотром инвентаря, чтобы удалить мусор и разложить всё в удобном порядке, но я всё никак не мог найти для этого душевных сил и свободного времени.
Просматривая лица покойников в запрошенном «пристойном» формате, принцесса несколько раз ахнула, прикрывая рот ладошкой, и в итоге попросила оставить на полу тела семерых мужчин. Оказалось, среди спутников короля Мардука обнаружился его болезненный, наследный и запасной, второй принц. Это была просто неимоверная удача, одним махом сразить всех представителей правящего рода соседней страны.
В отсутствие правителя и его наследника королевством управляли делящие между собой полномочия советники. Обычно это лорды крупнейших провинций, самые влиятельные слуги, которые сами не прочь занять место правителя. Непонятно зачем король Мардук так рисковал и потащил сразу двух своих сыновей с собой, но он очень просчитался. Пользуясь тем, что о гибели правящей династии никому не известно, можно было запросить с соседей огромный выкуп за короля и двух принцев. Советники будут вынуждены заплатить или устроят дворцовый переворот, пытаясь захватить власть во время плена господина, что нам также на руку.
Можно будет заявиться в Южную Шилдарию во время начавшейся смуты с небольшой армией и устроить то же самое, что король Мардук попытался провернуть сам. После смерти или во время пленения старого правителя, когда наследник ещё не укрепил свою власть, вассалы нередко организовывают заговоры с целью скинуть правящую династию, но если они не могут полюбовно договориться между собой, кто возьмет власть, в стране начинается полная неразбериха. Несколько советников сами попытаются сесть на трон и задавить оппонентов.
Глаза принцессы Виолы загорелись от заманчивых перспектив. Она уже видела себя на троне более богатого и сильного южного соседа. Мечта её отца станет явью, если она правильно воспользуется ситуацией, а с ресурсами двух королевств даже грозная Свордария уже не будет казаться такой опасной.
Тела других отобранных Её Высочеством людей принадлежали трём действующим лордам и одному уже готовящемуся заменить отца наследнику из четырёх южных провинций её страны. Как и думала принцесса, король Мардук взял их в заложники, чтобы пополнившие его армию воины не сбежали с поля боя. Фактически, это означало, что все южные провинции были обескровлены и обезглавлены самим бывшим правителем Южной Шилдарии и опасаться их восстания не стоило. Нужно было разослать новые призывы к вассалам, указав, что старые, выступившие на стороне врага лорды казнены, а подчинивший их правитель разбит и пленен. А ещё лучше, опять устроить костюмированное шоу, и в сопровождении сотни переодетых в рыцарей слуг, посетить одно поместье лордов за другим, требуя немедленно присягнуть на верность новой королеве.
Вероломный Мардук, сам того не ведая, сделал Виоле огромное одолжение, собрав вместе всех давно выражавших недовольство её отцом, капризных и несговорчивых вассалов и лишив знатные семьи их сильнейших воинов. Дальнейшие действия удачливой принцессы были очевидны. Не желая терять ни минуты, Виола попросила спрятать и никому не показывать выбранную ею семерку мертвецов и готовиться к поездке на юг. Она будет строить свою дальнейшую дипломатическую игру, опираясь на знание, что эти люди уже мертвы, но при необходимости, использовать их, как ещё живых заложников. Я должен был это учитывать в своих действиях и не говорить лишнего.
В очередной срочной поездке, теперь уже на юг, я выдал для задумки принцессы все имеющиеся у меня запасы доспехов королевской гвардии Северной Шилдарии. Их не хватало, чтобы создать сотню рыцарей массовки и недостающую часть восполнили похожие доспехи других воинов, на которых не было гравировки герба Свордарии.
В этот раз я ограничился лишь вопросами снабжения, позволив принцессе самой выбрать исполнителей роли непобедимой армии Её Величества. В кортеж вошло три десятка повозок. Далеко не все «рыцари» умели держаться в седле, и их принцесса усадила в грузовой транспорт, но лошадей мы всё равно брали по две на число воинов. Виола хотела убить двух зайцев и перед вассалами покрасоваться и перегнать некоторую часть трофейных лошадей на рынки герцогства Вудслив, ближайшего южного соседа, если не считать Южную Шилдарию.
Чувствуя потребность поговорить с Вилайлай, я выбил для нас отдельную карету. Мне показалось, что эльфийка в последнее время избегала общения со мной, и вообще, выглядит какой-то подавленной и несчастной. Мне хотелось углубить свои познания о магии и мимоходом выяснить, что мучает длинноухую красавицу. Хотя и так можно было догадаться. Она оказалась заложницей моих махинаций, не могла поступать и отправиться туда, куда сама хотела. Я не возвращал большую часть дорогих ей магических артефактов, принцесса не расплачивалась. Тут было от чего скиснуть. Эльфийка явно не привыкла к такому положению вещей.
После возвращения в замок с севера, за завтраком в гостиной, она опять обозначила принцессе свой нейтралитет, как представителя Звездного Храма и попросила разрешения больше не участвовать в обсуждении политических и дипломатических вопросов.
— Я не вправе давать вам советы и следуя законам Звездного Храма, осознанно не хочу влиять на ваши решения, Ваше Высочество, — не поднимая глаз, сообщила эльфийка.
— Уважаю вашу позицию, наставница, но могу ли я рассчитывать на вашу поддержку в ближайшие несколько недель, когда решается судьба моей страны? В течение ближайших тридцати дней я обещаю закрыть все финансовые вопросы и, разумеется, щедро оплачу и то время, что вы были вынуждены охранять меня, пока я укрепляю своё положение на троне.
Глянув на меня и получив немое согласие, эльфийка согласилась на новые условия и сроки.
— Но я обещаю лишь оказывать посильную поддержку и защищать вашу жизнь в случае нападения. Сама я и не намерена никого убивать, вы готовы это принять? — ещё раз уточнила магесса.
— Конечно, наставница. Я не требую от вас проявлять жестокость. Только защита и теми способами, которые вы сами считаете приемлемыми.