— Ну, в таком случае, нужно принимать их на лекарский факультет, пусть учатся тут, заодно будет дополнительный якорь для Избранного. Единственное, что проживать они должны отдельно от него, не хватало нам тут ещё нарушений дисциплины. Хотят встречаться, пусть делают это за воротами Академии, как все остальные, — ответил Директор.
— А что будем делать с обвинением в покушении на убийство и убийством трёх студентов второго курса? — спросил начальник охраны.
— Разрешаю провести допрос свидетелей максимально жёстко, не верить Избранному мы не можем, да и вся эта история, изначально выглядела очень надуманно. Раз с этим разобрались, предлагаю завершить собрание, встретимся через неделю, за это время прошу каждого подготовить ваши предложения по работе с Избранным. Сегодня же я свяжусь с Княжеской семьёй и передам ей всю необходимую информацию, но нужно готовиться уже сейчас к наплыву невест. То, что было в Рязани, может повториться и здесь. Попрошу сохранять максимальную секретность, а начальника охраны обеспечить безопасность нашего гостя. Ну а сейчас проверим, знакомы ли они, — сказал директор, завершая совещание.
Академическая тюрьма.
Девушка была в отчаянии, весь план, так хорошо спланированный и практически удавшийся, рухнул из-за древнего артефакта. Кто мог предположить, что при входе в Академию стоят распознаватели ведьм. Арест и последующий допрос повергли девушку в уныние, а ещё эта боль, которую она испытала, когда на Глеба напали. То, что он выжил и медленно шёл на поправку, немного утешило её, но одиночество в тёмной темнице, с полным блокированием магии, негативно влияло на психику девушки. Кормили два раза в день отвратительной кашей, и всё это не внушало оптимизма. После разговора с кем-то из руководства Академии, их бросили в темницу, сказав, что всё проверят и если подтвердится, что они сбежали из отряда, находящегося на территории военных действий, то их ждёт пожизненная каторга. Убить лекарей не убьют, а вот высасывать досуха будут ежедневно. Надежда, что её найдёт Глеб, исчезла на второй день, и теперь девушка просто сидела в углу камеры на старой соломе и тихо плакала, дрожа от холода. Отчаяние настолько захватило её сознание, что она уже начала думать о ждущей её каторге.
Внезапно раздались звук шагов и лязг открываемого замка.
— Ну вот и всё, — тихо проговорила девушка.
— На выход, — проговорил стражник, который с трудом прошёл в дверь её камеры.
Девушка, молча, поднялась и направилась на вход, следуя приказам стражника, который отдавал их грубым голосом. Уже только наверху, когда с заключённой сняли кандалы с подавителями магии, та немного пришла в себя. Ей дали возможность одеться и немного умыться, но куда её поведут дальше, она не понимала. От ощущения своего магического источника она немного пришла в себя, начав прогонять живу по организму, восстанавливая её тело и согревая от сырости и холода подземелий. На выходе дали небольшую сумку с частью её вещей и повели по дорожке вглубь территории. Как на это реагировать, она не знала, а на её вопрос, что происходит, никто ей не ответил.
Уже идя по тропинке впереди охранника, девушка немного расслабилась, хуже уже быть не может, а раз сняли кандалы, значит, шансы выбраться из тюрьмы ещё есть. По этой тропинке шло большое количество студентов, перемещающихся в разных направлениях, и приходилось следить за собой, чтобы не врезаться в кого-нибудь.
Внезапно в груди у неё всё перехватило: сжало сердце, дыхание участилось, а по телу прошла дрожь. Внизу живота всё скрутило спазмом, чуть не вскрикнула, а в её голове мелькнула мимолётная мысль. Девушка остановилась и оглянулась. Ей навстречу шёл высокий парень с уродливым шрамом на левой щеке, задумавшись, он брёл, не глядя по сторонам, но от взгляда на него её сердце замерло на несколько ударов, а потом бешено заколотилось.
— Глеб! — не смогла сдержать выкрик молодая ведьма.
Парня как будто пронзило ударом молнии. Он подскочил на месте и взглянул на девушку.
— Алёна? — глаза парня округлились.
Девушка уронила сумку на землю и бросилась парню на шею. Тот только успел развести руки в стороны, как она уже висела на нём, зарывшись лицом в его грудь. Внезапно девушка отстранилась и влепила ему пощёчину.
— Кобель, гад, как ты мог бросить меня там. Я чудом не умерла от разлуки с тобой. Ты, ты…
— договорить девушка не успела, так как её обняли руки этого незнакомца, а его губы впились в её, в страстном поцелуе. Девушка на секунду пыталась оттолкнуть его, но потом сама обвила шею руками, страстно прижавшись к нему.
Если бы не вмешательство охранника неизвестно чем бы это всё закончилось, но охранник строгим голосом сказал:
— Ведите себя прилично, на вас все смотрят.
Глеб.
Неожиданное появление Алёны совершенно выбило меня из колеи, слишком быстро всё произошло. Серьёзный разговор с представителями Академии, затем обещание тщательно расследовать мой инцидент и решение о продолжение моей учёбы совершенно сбили меня с толку. Возможно, именно поэтому, когда меня окликнули по старому имени, я вздрогнул как от удара током. Алёна, моя вторая половинка, которой я передал часть своей души, совершенно неожиданно встретилась мне на территории Академии.
Слова охранника вернули меня к действительности, и я с трудом оторвался от девушки.
— Какой Глеб? И что это за шалава на тебя вешается? — раздался за моей спиной голос Дарины.
Похоже, я попал, нужно как-то выходить из этой ситуации.
— Что этой девке от тебя нужно? — уперев руки в бока, проговорила Алёна, выйдя вперёд и заслонив меня собой.
— Так, прекратили немедленно, поговорим немного позже. Ты сейчас, куда идёшь? — спросил я.
— Не знаю. Меня несколько дней держали в тюрьме, а сейчас только выпустили, — немного растерявшись, произнесла моя ведьмочка.
В это время Дарина подошла ко мне и неожиданно влепила мне пощёчину,
— Кобель, — произнесла она громко, после чего, закрыв лицо руками, убежала по тропинке в сторону от небольшого леса.
По идее нужно бежать успокаивать её, но и бросать свою половинку я не мог, тем более после её слов о тюрьме. Вообще, нужно как-то разобраться со всеми своими девушками. Известие о том, что для меня готовят самый настоящий гарем, очень сильно выбило меня из колеи, и меня понесло в откровенный загул.