Понимая, что нужно как-то реабилитироваться, я подошёл к процессу нашей близости очень осторожно, стараясь сделать всё нежно и аккуратно. Когда я дважды финишировал, решил, что на сегодня хватит. По опыту, редко, когда девушка получает удовольствие с первого раза, поэтом откинувшись на подушку, я закрыл глаза и попробовал заснуть, но не тут-то было. Через пару минут на меня внезапно обрушился град ударов маленькими кулачками.
— Гад, мерзавец, подонок, кобель, казанова хренов, задрот, — ругалась девушка шёпотом, нанося удары по моей груди, которую я, кстати, не подлечил.
— А вот последнее было обидно, — произнёс я, перехватывая её запястье. Она попыталась применить магию, но вчерашняя попойка не прошла для неё даром и вызвала головную боль. Я прижал девушку к себе и начал гладить её по голове, стараясь успокоить, и если первые пару минут она ещё делала вялые попытки вырваться, то потом притихла и расслабилась. Я уже думал, что она успокоилась, и прекратил её гладить, но она внезапно произнесла:
— А ну, продолжай, я тебе не разрешала отдыхать, — грозно произнесла она, и мне пришлось продолжить это занятие. Вместе с головой я начал гладить и её спину, опуская руки до талии и даже на её попку, отчего завёлся снова, только в этот раз Дарина взяла инициативу в свои руки, оседлав меня сверху. Чтобы не ударить лицом в грязь, пришлось использовать живу и подпитать нужный орган, отвечающий за этот процесс, в результате чего мы финишировали одновременно, и девушка опять разлеглась на моей груди, только в этот раз, укрывшись одеялом.
Честно сказать, я не знал, что делать дальше. Нам никто не позволит продолжить наши отношения, так как она — аристократка слишком высокого уровня, а если мы продолжим встречаться, к чему будем стремиться оба, в этом я уверен, то её отец рано или поздно про это узнает.
— А кто такая Алёна? — внезапно спросила Дара, впившись мне зубами в плечо.
Тут мерзкий холодок пробежался по моей спине. Похоже, что ночью я действительно принял девушку за Алёну и назвал её этим именем. Скрывать правду смысла нет, всё равно она об этом узнает, поэтому лучше рассказать правду и выяснить всё прямо сейчас.
— Это моя наложница, — проговорил я.
От услышанного девушка дёрнулась и, приподнявшись на руках, посмотрела мне в глаза.
— Наложница? — переспросила она, пристально всматриваясь мне в глаза.
— Это долго объяснять.
— А я никуда не спешу, — ответила девушка и, посмотрев ещё раз мне в глаза, добавила:
— Но ведь наложницы бывают только у аристократов. Значит, ты — аристократ?
— И да, и нет, — ответил я.
— Так, давай без шуток, рассказывай всё, что знаешь, я должна понять, на что рассчитывать, — произнесла девушка.
— Тогда тебе придётся дать магическую клятву, тут завязано очень много людей, и я не хочу их подставлять, — сказал я, накачивая ману в руке и формируя подобие магического шара. С магической клятвой связаны очень большие силы, и попытка обмануть клятву всегда чревата для мага, поэтому она считается самой надёжной.
Положив руку на сформированный шар, девушка произнесла:
— Клянусь, всё, что расскажет мне данный человек, я сохраню втайне, чего бы мне это ни стоило, до тех пор, пока он сам не расскажет об этом.
Погасив шар, пронаблюдал, как мана впиталась в энергоканалы девушки и распространилась по всему телу.
— Почти год назад я очнулся в Заколдованном лесу, ничего не помня и имея странные отрывочные сведения о жизни. Мне пришлось начать свою жизнь с нуля, пробивая себе путь наверх, поступил в магическую школу, получил орден Пурпурной звезды и попал в окружение высшей аристократии. Мой взлёт был подобен орлу, взлетающему ввысь, настолько стремительно я обрастал связями и заводил друзей, как собственно и врагов тоже. Как это бывает, такой взлёт не мог продолжаться долго, судьба подкинула мне магическую книгу, и мою душу выкинуло в иной план бытия. Очень долго я находился в полной неподвижности, пока не смог вернуться в тело умирающего одарённого, и вот теперь я тут. Практически без памяти о прожитых годах, в теле юноши, которого убили и душа которого ушла на иные планы бытия, — рассказал я.
— А что стало с твоим прежним телом? Оно умерло? — спросила озабоченно девушка.
— Нет, в него вселился маг, устроивший ловушку для меня, и после моего исчезновения он перешёл на сторону ордынцев. Судя по имеющейся информации, он попытался разрушить всё, что я успел создать, но в итоге его посадили в тюрьму для магов. Вот собственно и весь рассказ, если не вдаваться в подробности, — произнёс я.
— Судя по награде, ты был в Рязанском Княжестве, а там мне известно только об одном предателе, пытавшемся убить Князя и его семью. Если память мне не изменяет, то это некто Краевский, сердцеед и ловелас, столичный повеса и неисправимый бабник. Я права? — спросила Дарина.
— Во всём, кроме ловеласа и бабника, — ответил я.
— И кому ты это сейчас рассказываешь? — возмущённо спросила девушка.
— Так получилось, — попытался оправдаться я.
— Получилось? Да ты воспользовался моей беззащитностью и невинностью. Теперь ты обязан на мне жениться, а как это сделать, я придумаю.
— Может, не надо, — попытался возразить я.
— Знаешь, что сделает мой отец, когда узнает, что ты обесчестил его любимую дочку? Он наденет на тебя подавители, после чего отрежет тебе твои колокольчики и ту штуку, которой ты в меня тыкал, а после заставит тебя съесть всё это, и можешь не сомневаться, проживёшь ты долго, только без рук и ног, — зловеще произнесла девушка, сузив глаза.
По спине пробежал мерзкий холодок, терять свои колокольчики очень не хотелось, да и в принципе, брак с аристократкой такого уровня будет нелишним. Только вот я рассчитывал освободить Анну, но сейчас такой возможности у меня нет. Покинуть Академию, недоучившись, можно только в качестве пепла для урны и только на местное кладбище. Это не обычная Академия, а военная, и порядки здесь очень строгие, в этом отношении. Княжество вкладывало немалые средства в обучение и требовало отработать воинскую повинность, которую нельзя выкупить ни за какие деньги.