Тут же чувствую опасность и делаю кувырок в сторону, а от Потёмкина младшего прилетают два мощных фаербола. Они падают под ноги и при контакте с песком арены разбрызгивают в стороны раскалённые капли. Увернуться от самих заклинаний я успеваю, а вот капли прожигают мой костюм, и я мгновенно блокирую вспыхнувшую в моём теле боль. Отскакиваю в сторону и завершаю формирование ледяного щита на левой руке. Мощного, но до абсолютного не дотягивающего. Усиливаю нагрев монет, прожигающих тело Степана, и отправляю в его сторону остатки магии земли. Он спотыкается, но умудряется отпрыгнуть вбок, не провалившись в ловушку и не попав рукой на каменный шип, выскочивший из земли. Наследника натаскали на борьбу с магией земли, а значит, нужно использовать это.
Противник не стоит на месте и направляет в меня очередной фаербол, который решаюсь принять на щит, от удара его срывает с меня и сильно ранит левую руку. Для магии земли нужен стабильный контакт с землёй, поэтому двигаться не могу и направляю ещё порцию магии ему в ноги, создавая вокруг него зыбучий песок, подпитав магию воздухом. Песок забурлил вокруг него, и он кидает в меня родовую технику — Кислотный туман. Встречаю его своей песчаной бурей, нейтрализуя на время, а сам забираю живу с монет которые прилипли к нему, после чего посылаю вторую партию в виде лезвия в его сторону. Но тот явно ожидает этого и успевает активировать защитный артефакт, нарушая правила, но сейчас об этом рано говорить. Вливаю всю оставшуюся энергию в свои монеты, добавляя воду.
Полсекунды, и на теле противника происходят кровавые разрывы, а он падает прямо в бурлящий песок, ну а я мгновенно формирую внутри него шипы, ломающие ему кости.
Тут же раздаётся гонг, а меня, как будто, заковывает в броню, не давая пошевелиться. Дуэль закончена, и я победил, только вот победа далась мне нелегко. Левая сторона сильно повреждена. На левой руке, как минимум, трещина. Вся левая сторона в ожогах, даже левый глаз сильно опалён и заплыл, но, самое главное, что уверенно стою на арене, а мои противники лежат поверженные, и их сейчас срочно реанимируют прибежавшие целители. Оковы спадают, и я с трудом удерживаю равновесие. В голове стучит множество молоточков, сигнализируя о чудовищной нагрузке, которую пришлось выдержать.
Падать сейчас нельзя, медленно приподнимаю правую руку и подтягиваю к себе остатки от моих монет, оставлять их на изучение я не намерен. После чего разворачиваюсь и медленно ухожу с затихшей арены, но тут останавливаюсь и, посмотрев на судью, киваю ему головой и тихо говорю:
— Спасибо, что предупредили, и за вашу помощь, — после чего вхожу в дверь.
Уже когда захожу в раздевалку, за спиной раздаются одиночные хлопки, которые тут же подхватывают остальные. С трудом дохожу до скамейки и падаю на неё, сил на что-либо другое нет. Тратить свою живу я не буду, а значит, нужно дождаться бесплатного лекаря, который подлечит меня, вот после этого и воспользуюсь остатками своих запасов, а сейчас просто блокирую боль.
Глава 10. Помолвка?
Сидеть в раздевалки и ждать целителя пришлось двадцать минут, всё это время я слышал, как на арене происходили волнения. Кто-то радовался моей победе, кто-то огорчался своему денежному проигрышу. А ещё, усилив слух живой, вслушивался в разборки на судейской трибуне, которые постепенно разрастались. Судью прижали несколько старшеклассников, проигравших на ставках, и требовали с него крупную сумму денег за то, что подыграл мне. Но тот в сердцах признался, что подыгрывал как раз второкурсникам, и произнёс он это при ректоре, не задумываясь о последствиях.
Пришедший лекарь был очень недоволен и немногословен, но у него я смог выяснить, что оба второкурсника попали в больницу на два-три месяца. Да ещё и на их лечение было потрачено восемь кристаллов. Меня он подлечил довольно быстро, но грубовато, обижаться я не стал, а запустил процесс лечения на более тонком уровне, устраняя незначительные с виду повреждения, которые могут затянуть общее лечение и осложнить мне жизнь.
Вошедший ректор меня оторвал от этого процесса и удивил меня своим присутствием.
— Молодой человек, я пришёл задать вам несколько вопросов, относительно вашего заявления на арене в конце битвы. Вы готовы на них ответить или мне подождать, когда вы сможете это сделать, — спросил он.
— Готов ответить прямо сейчас, вы не помешаете мне, — ответил я, примерно догадываясь, о чём пойдёт речь.
— Вы заявили, что судья помог вам, это так?
— Да, благодаря ему, я смог правильно настроиться на битву и выбрать правильную стратегию, — ответил я, не открывая глаз, но изучая собеседника через призму.
— Значит, вы утверждаете, что вступили с ним в сговор против второкурсников ради победы? — задал вопрос ректор, стоя напротив меня.
— С чего вы это взяли?
— Ну, вы же сейчас сами сказали, что судья вам помог, — сказал ректор, нахмурившись и ничего не понимая.
-Я сказал, что он помог, но уверен, что сам того не желая. Он прекрасно видел, какие артефакты были у меня, и сообщил об этом моим противникам. Именно поэтому освещение было увеличено в два раза. Будь стандартное для вечера, они бы ничего не увидели через заклинание Песчаная буря. К тому же неопытные студенты не успели бы раскопать архивы и найти поправки к проведению дуэлей. Уверен, что на это решение была отмена, но кто будет ждать и разбираться, а, как известно, после драки кулаками не машут. Поняв, что судья будет работать против меня, мне пришлось изменить всю стратегию боя, что в итоге привело к моей победе. Тем более, когда меня попытались убить очень мощным заклинанием, я понял, что сдерживаться не стоит, и выложился на все сто процентов, — ответил я.
Ректор на время замолчал, осмысливая мои слова, после чего сказал:
— Рад вашей победе, это подстегнёт преподавателей, задравших нос, и самих студентов научит ответственнее относиться к обучению. Если вы продолжите развиваться в том же темпе, вас ждёт большое будущее. Официально приношу извинения за действия судьи, он обязательно будет наказан, ну а вам пожелаю скорейшего выздоровления, — сказал ректор и, встав, вышел из комнаты ожидания.
После ухода ректора в комнату зашли мои друзья:
— Ну, ты и силён. Я уже думал, что придётся справлять по тебе поминки, Пожарский применил родовой артефакт, он достаточно древний, таких сейчас не делают. Не думал, что он решится на подобное, ведь за преднамеренное убийство его могли выгнать из Академии, и даже его отец не помог бы ему. Но теперь ты нажил себе опасного врага, и пока он находится в больнице, нужно укреплять свои позиции. По дороге к тебе нам уже намекнули на возможный союз, а пара человек решилась в открытую присоединиться к нам и всё это благодаря тебе. Уверен, завтра уже отбоя от желающих не будет. На месяц ты в безопасности, в относительной, конечно, но тут тебя пока не тронут, а снаружи мы с Олегом тебя прикроем. Учти, за этот месяц у нас должна быть самая крутая команда в Академии. Ну а теперь, предлагаю отметить это дело, так сказать, в узком кругу. Айда в бар, там привезли новое пиво для магов, сегодня нужно расслабиться по полной, так как с завтрашнего дня переходим на усиленные тренировки, — предложил Юрий. Я кивнул и попросил подождать меня снаружи, после чего переоделся, при этом сложив прожжённый костюм в сумку, отдельно убрал монеты и сплавленные куски со следами крови моих противников. Уверен, что они мне скоро пригодятся, раз один из моих противников владеет магией крови, то и мне не помешает иметь пару сюрпризов в рукаве. С помощью крысюка попробую достать нужные мне книги, в библиотеке они должны быть. Собравшись, закинул по дороге к проходной вещи в свою комнату, поставив магическую метку от взлома, и отправился с друзьями в бар.
К знакомому мне бару мы подошли примерно в два часа ночи, и, к удивлению, он был полон. Многие с шумом обсуждали мой поединок со второкурсником, но, к сожалению, все столики были заняты, и мы собрались уже уходить, как парень из-за крайнего столика, встав, громко проговорил:
— Стол для героя и лучшего пива ему и его друзьям.
После этого, они встали всей компанией и отсели к соседнему столику, потеснив других студентов, сидящих на скамьях.
На удивление, выскочившая официантка шустро прибрала столик и тут же принесла по две кружки пива на человека. Ирина уселась рядом со мной, а Олег с Юрием и Молчуном — напротив нас, ну а дальше началась обычная студенческая попойка. После первой кружки пенного меня начало отпускать. Оказывается, всё это время я был в страшном напряжении, и как только пиво ударило мне в голову, отключая мой магический источник, я как с цепи сорвался. Употребляя кружку за кружкой, не забывал подливать своим друзьям, включая Дарину. Потом начались провалы в памяти. Помню, как оплачивал две комнаты для себя и девушки, как с трудом поднимал её по ступеням и укладывал в кровать, а потом всё, как будто, отрубило.
Проснулся я с головной болью, но, помня про наличие кристалла на пальце с небольшим резервом живы, не открывая глаз, немного очистил свою голову от последствий магического напитка. Тут же вспомнил, что ночью ко мне пришла Алёна, и мы занимались с ней любовью. Только что-то странное было в её поведении, но, скорее всего, мы были оба пьяны, а ведь так вчера прекрасно погуляли. Под руками у меня кто-то заворочался и застонал. Открывать глаза не хотелось, поэтому стиснув девичью грудь, посильнее прижался к спине девушки, собираясь вздремнуть пару часиков.
Уже уплывая в царство Морфея, почувствовал, как Алёна напряглась и чуть слышно пискнула. Внезапно девушка вырвалась и, охнув от изумления, влепила мне пощёчину.
Тут хочешь-не хочешь, а пришлось открывать глаза, к тому же она стащила с меня одеяло, и стало холодно. Открыв один глаз, я тут же закрыл его. Нет, этого не может быть, только не со мной. Опустив взгляд на простыню, я понял, что попал и очень серьёзно. На белоснежной простыне виднелись капельки крови, а это значит, что для девушки я был первым мужчиной. Она с ужасом взирала то на меня, то на простыню и не могла поверить, что между нами что-то было. Видя, что она готова закричать, а значит, и спалить нас обоих, я сделал единственное, что пришло мне на ум. Схватив девушку за руку, дёрнул её на себя, и она, широко раскрыв глаза, упала на меня, готовая закричать. Пришлось закрыть её рот своим и поцеловать. Вначале она замычала, пытаясь вырваться, но внезапно обмякла и, закрыв глаза, обхватила своими руками мою шею. При этом прижалась ко мне, выпустив наше одеяло.