«"Фантастика 2023-150". Компиляция. Книги 1-22»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пришедшие покидают темницу, но у двери остается ведро, наполовину наполненное водой.

– Зря ты его раздражаешь. Мэд вообще не такой плохой, только психованный. – Лишь захлопнулась дверь, Стерва поспешила помочь Рахану.

Ключник поднялся сам и сделал это легко и непринужденно, намного проще, чем при приближении дружинника. Вид он при этом имел такой, или это лишь показалось Ванко, словно втридорога продал стеклянные бусы деревенской красавице.

Чего стоит пропустить пару ударов, продемонстрировать беспомощность и скованность в движениях, дать противнику ощутить превосходство? Да ничего, если это поможет в будущем застать врасплох потерявшего бдительность. О таких вещах, конечно, Рахан предпочитал не распространяться.

Солдат ослабил бинты внизу и освободил руку – выше локтя она все так же оставалась плотно прижатой к телу, но предплечье оказалось подвижным. Ключник несколько раз сжал кулак, помассировал кисть, не две действующие конечности, но, если можно так сказать, полторы – это может оказаться неожиданностью при следующем визите. Рахан подождал, пока принесут ведро и напьются его сокамерники, затем не спеша сам утолил жажду, зачерпывая воду пригоршней.

День потянулся монотонно. Впрочем, вся жизнь в последние годы стала монотонной и скучной, если не считать развлечением постоянную борьбу. Борьбу с голодом в поисках пропитания, попытках вырастить в изменившихся условиях хоть что-нибудь пригодное в пищу, найти корм, позволяющий выжить в нескончаемую зиму скудной и убогой скотине. Борьбу с природой, обрушившей сначала трое суток непроглядной тьмы, затем ураганные ветры, сметающие каменные постройки, как соломенные хижины, и разносящие клочья пожаров по всей земле, а потом – долгую зиму и короткое лето, пасмурные дни и резкое похолодание, наступление ледников. Борьбу с болезнями – новыми, никогда не виданными, принесенными войной, и старыми, от которых не осталось лекарств, которые разучились лечить, уповая на всеобщее благосостояние. Борьбу с дикими животными, появившимися неизвестно откуда, яростными и неуязвимыми, и с теми, что делили раньше мир с человеком, но теперь словно озверели, почувствовав слабину бывшего хозяина природы. Борьбу со своими соплеменниками – напуганными, отчаявшимися людьми, которые в своей безжалостности во сто крат превосходили любого хищника. Наверное, минуты бездействия и скуки теперь воспринимались как величайший дар, вожделенный отдых, пускай и отмеренный сроком заключения, вслед за которым – Пустота.

Стерва сочинила легенду и попыталась рассказать Ванко новый вариант развития событий на хуторе. Мальчик вроде бы все понимал, но, по натуре честный, как только пытался повторить, изложить версию своими словами, начинал сбиваться и путаться. Наемница безрезультатно старалась подсказывать, до тех пор, пока к обучению в середине дня не подключился дремавший до этого Ключник. Он уселся напротив паренька, взял его за плечо, уставился в глаза и, чуть раскачиваясь, медленно повторил несколько раз, Как Это Было. Не просто перечислил факты, придуманные Стервой, а рассказал до малейших подробностей, вплел в текст чувства и эмоции, кои должен был испытать ребенок в тех или иных ситуациях, добиваясь того, чтобы правда в воспоминаниях тесно переплеталась с элементами вымысла.

– Ты испугался, ты очень испугался, ты зажмурил глаза, ты сильно испугался, – почти нараспев декламировал Рахан.

– Да, испугался, – завороженно, будто сонный, эхом отзывался мальчик.

Затем Ключник поменял тактику и начал допрашивать вышедшего из транса Ванко. Он резко и грубо, цепляясь за все те же мелочи, чуть не доводя до слез, вытаскивал из мальчика втолкованную информацию. В конце дня паренек уже сам поверил, что в глаза не видел Стервы на хуторе, к Рахану прибился случайно, путешествовали они вдвоем, встречу с Полком, ну да, вроде помнит, значения не придал, никому не рассказывал, наемницу знает, конечно, с ярмарки, испугался только, думал, мертвая, и так далее. Стерва слушала и диву давалась – сама считала себя хитрой и изворотливой, но по умению лгать ох как далеко ей было до кажущегося прямым и далеким от интриг Ключника.

Вечер наступил незаметно. Никакой еды за день так и не принесли, словно забыли о пленниках, но особого дискомфорта это не вызвало, день голодания – не самое страшное испытание для привыкших к более жестоким лишениям людей. С приходом темноты обстановка, по крайней мере на улице, оживилась. Стерва и Ванко приникли к маленькому оконцу и всматривались в растревоженный муравейник города. Топот ног и отблески пылающих факелов, крики, грохот и громовые раскаты – все говорило о том, что неладное случилось за стенами Осетрова.

– Что у них там? – переспрашивала Стерва у Ванко, вслушивающегося в доносившиеся с улицы обрывки команд и выкриков.

– Держать прорыв… перебросить людей… прикрывать… ругаются, – пересказывал мальчик.

Ключник спал.

Суета не прекращалась всю ночь, а ближе к утру шевеление за стенами темницы возвестило о скором прибытии гостей. Рахан ожил так же молниеносно, как и всегда, ринулся к двери и замер в темном углу рядом со створом. Заскрипели петли, в отворившемся проеме возникла рука с факелом. Пришедший не спешил оказаться под сводами камеры – сначала он попытался осветить внутреннее пространство, не переступая порог. Ключник не дал ему это сделать. Он перехватил руку противника и резко дернул на себя. Ночной гость с треском приложился лицом в косяк и стал заваливаться назад. Солдат уже был в проеме, вновь потянул противника к себе и, когда тот практически навалился на него, зацепил за затылок наполовину прибинтованной рукой, сделал шаг назад и с силой опустил на выброшенное вверх колено. Одновременно Ключник свободной рукой схватил его за пояс, сделал какую-то немыслимую подножку и захватывающим кульбитом отправил гостя на середину камеры. Это, как и все, что творил калека во время драки, заняло мгновенья – Стерва не успела и рта раскрыть, как Рахан уже был в коридоре, готовый заняться спутниками вошедшего.

Там было пусто.

А позади зашевелился и начал подниматься поверженный противник. То, что он нашел в себе силы подняться после столь чувствительных ударов, делало ему честь, однако продолжать схватку с неистовым Раханом казалось, по крайней мере Стерве, сущим безумием. Тем более последний оказался рядом и уже заносил ногу в крепком тяжелом сапоге. Следующий удар гость не пропустил – отбил скрещенными руками, сам, не вставая, крутнулся на корточках и подсек Ключника. Высоко подбросив ноги, солдат ухнул вниз, но не плашмя, а, изогнувшись, на лопатки. Пружиной выпрямился и, как мячик, отскочил назад, перевернулся и замер в боевой стойке. На долю секунды противники застыли друг напротив друга.

– Угомонись! – начал было вошедший, но Рахан уже атаковал.

Начавшийся бой заворожил и повидавшую всякого Стерву, и не искушенного в стилях мордобоя Ванко. Это не было похоже на ярмарочную кулачную драку, когда соперники кружат друг напротив друга и обмениваются тяжелыми ударами, лишь изредка подключая ноги. Это не было борьбой, когда противники, сопя, сцепляются друг с другом и подсечкой норовят бросить вниз, взять на излом конечность. Это не было ни тем ни другим. Это был танец, в котором недруги состязались в ловкости и рациональности движений, где ошибившийся получал удары, от коих нельзя было увернуться, и, повинуясь собственной инерции, оказывался в таких положениях, что встреча с полом, стеной или кулаком неприятеля сулила непоправимые повреждения, подвергался захватам, в которых лишь нечеловеческая сноровка и выносливость партнеров позволяли не остаться без конечностей. Страшный, но увлекательный танец. И Рахан в нем проигрывал. Пришелец постепенно приходил в себя после первого потрясения, а Ключник, пусть хромота его странным образом и попадала в резонанс с обманными раскачивающимися движениями, практически однорукий, хотя скованная по локоть рука прекрасно отражала нападение на среднем уровне, Ключник медленно сдавал позиции. Однако у опытной Стервы почему-то создалось впечатление, что противник нет, не щадит старого солдата, но ведет бой ювелирно – так, чтобы свести количество наносимого вреда к минимуму. Рахан, напротив, действовал с беспощадной жестокостью, любая помарка со стороны оппонента грозила не просто травмой – смертью. Это не могло долго продолжаться, и это закончилось: в неуловимое мгновение другу Ванко не хватило стремительности и он оказался на коленях с заведенной за спиной рукой и сдавленным изгибом локтя горлом. Более того – неизвестно откуда возникший в охватившей шею руке неприятеля внушительный тесак гипнотически поблескивал лезвием перед глазами.

– Ключник, уймись, я тебя не убивать пришел! – прошипел гость.

– Ну вы, мальчики, даете, – ангельским голоском пропела Стерва.

Она впервые видела человека, который, будучи неполноценным, смог продержаться против Лекаря столько времени. От Рахана она такого уж точно не ожидала.

– Все, Ключник, отпускаю! – предупредил ночной визитер – Док.

– Да, все, – прохрипел придушенный калека и свободной ладонью прибинтованной руки похлопал по локтю дружинника.

Только Лекарь выпустил Ключника из своих объятий, как тот откатился вперед, развернулся и замер, готовый к прыжку, бешено вращая налитым кровью глазом. Лекарь же, где стоял, плюхнулся на пол и свесил с коленей руки, поигрывая зажатым в кончиках пальцев тесаком. Досталось ему изрядно – красные потеки из ноздрей, из переносицы между заплывающих не хуже, чем у Стервы, глаз кровь тоже чуть ли не толчками все лицо заливает, зубы пошатал, вроде на месте. Рахан, не мигая, следил за движениями Дока.

– Хороший нож. Наш? Как ты его сохранить ухитрился? – спокойно поинтересовался Лекарь.

– Это все, что у меня осталось, – процедил Рахан.

– У меня и этого не нет.

– И?! – пожал плечами калека.

– Да лови! – Без замаха, лишь поведя кистью, Лекарь бросил нож вперед, он несколько раз перевернулся в воздухе и упал ровно между ног Ключника.