Западный въезд в долину бурлил металлическим месивом, все еще скрытым тенью. Оттуда машины расползались существенно быстрее, и грузовиков среди них было меньше - преобладали легкие кары, сплошь усаженные людьми и почему-то раскрашенные в яркие цвета. Эти, зеленые, красные и розовые, смотрелись как-то особенно жутко. И сбрасывали своих всадников в такой же аляповатой разноцветной броне у края стоянки для каров, которую Мириам так хорошо запомнила.
- А почему эти... цветные? - Спросила она.
- Это Змеи. - Через несколько секунд отозвалась Би.
- Они все бабы. - Вмешался в разговор Ланье. - То есть ненормальные бабы, конечно...
- Две трети банды - женщины. - Поправила его Би.
- Девушки? - Удивилась Мириам. - Вот эти все?
- Ну я бы не стал утверждать, что девушки...
- Феникс берет под защиту женщин, которые попадают к рейдерам. - Сазала Би. - Они - самая маленькая и жестокая банда Руки.
- Защищает всех женщин?
- Нет... далеко не всех.
- А кто эти, в шкурах?
- С востока? Это Волки, настоящие дикари. Говорят, что их дом - это глубокий Эрг.
- Минут двадцать до рассвета. - Голос шерифа звучал жутко, словно хрип статики сам складывался в слова. - Вот и все, ребятки. Кто не успел?
- Церковь забита. - Отозвался голос одного из людей Ланье, который Мириам узнала с некоторым трудом. - Заваливаем улицы, но нам ее не прикрыть, к ней подходы широкие.
- Через них и полезут. Отводите людей за бетон.
- Народ через баррикады прет...
- Гвардию и наемников за бетон, очистить площадь перед церковью!
- Выполняем.
- Клайв, Ник, сколько народу прошло наверх?
- Да с две трети, стало поменьше, но ворота нельзя закрывать...
- У вас еще десять минут. Клайв?
- Установили минометную батарею. У нас на стене восемьдесят стрелков, внизу три сотни Молотов.
- Ланье, мы готовы?
- Пусть только сунутся, подарки разложены, фейерверки готовы. Начнем по команде.
- Боже, сколько их... - Незнакомый голос на общем канале, испуганно оборвавший фразу.
- На позиции. - Закричал Торренс где-то позади. Мириам спрыгнула со стены, укрываясь за бетонной плитой. Слева рассыпались в стороны от костра цветные плащи девушек Аниты. Они усаживались рядом с бойницами, между зубцами, а рыжая голова самой Аниты мелькнула еще дальше, среди черных бронежилетов гвардейцев.
Долина, простирающаяся за стеной, медленно наливалась розовым светом, заставляющим меркнуть фары машин, движущихся в тени яблоневых садов. Металлический вихрь, торнадо из пыльных шлейфов, вращался вокруг Хокса и Мириам. Кары появлялись со всех сторон, через десятки невидимых въездов, и скользили по склонам, бесшумно, пряча звук моторов за шумом голосов в переговорнике. Они двигались в разные стороны, по мостикам над каналами и межам фермерских участков, во много рядов, чтобы сойтись в двух местах, как ручейки серебристой воды весной - в кипящие озера татуированных человеческих тел, лоскутной брони, и лезвий у западных и восточных ворот Хокса.
Гвардеец, севший за зубцом справа от Мириам, поднял руку, отдавая команду своему взводу, разместившемуся дальше, вдоль неровной каменной кладки, заменяющей зубцы на открытом участке башни. Потом глянул в ее сторону, и улыбнулся, испуганно блеснув белыми зубами на черном лице. Мириам улыбнулась в ответ, и привстала, рассматривая восточные ворота через прицел.
Месиво из коричневых лоскутов, кружащихся на дороге, между грузовиками и бетонным заграждением, распалось на отдельных людей - десятки и сотни длинноволосых и бородатых мужчин, закутанных в шкуры и драные плащи. Они стояли неровной колеблющейся дугой, в четырехстах метрах перед воротами и, задние ряды, все прибывая, давили вперед, заставляя дугу выгибаться. За их спинами, над наконечниками копий, пульсировал металлом и розовым огнем рассвета хайвей, ведущий в долину. Их цвета, безжалостно высвеченные «Белой гранью», бились на рассветном ветру, отражаясь в лицах, едва различимых с такого расстояния. Никакой ненависти или страха - только голод, жажда, и желание убивать, заставляющие их рваться вперед, натягивая невидимые поводья.
- Что это они не начинают? - Проскрипел шериф.