Пустыня дышала. Слабая, почти неощутимая пульсация исходила откуда-то снизу, из-под бетонного поля, из-за дюн, окружавших его. Броня не была ей помехой, она билась прямо в сознание, наполняя его тоской и чуждыми непонятными образами.
Кровь давно впиталась в песок, а останки рейдеров растащили звери, но сейчас коричневые пятна, оставшиеся на месте их гибели, искрились слабым синеватым светом, словно в них частично отражались звезды.
– Кто-то смотрит, – неуверенно сказал ангел.
– Кто? – ожил коммуникатор.
– Не знаю, просто есть такое ощущение.
– Откуда?
– Со стороны города или, может, из пустыни, не знаю.
– Датчики?
– Молчат. Ничего нет. В инфра вижу людей в развалинах, в четырех тысячах метров. Еще мелкие звери, но больше ничего.
– Возвращайся, выставим автоматику.
– Очень сильное… ощущение.
– Нервы. Радиационный фон в десять раз выше нормы, звери, пустыня – и ничего больше.
– А что под нами? Мой радар показывает пустоты, и там шумы.
– Старая военная база, входы взорваны. Там тоже никого быть не может.
– Я знаю. – Ангел сделал несколько шагов по направлению к темной громаде города и присел. – Я тоже никого не вижу, но кто же тогда смотрит?
– Возвращайся, тебе нужно отдохнуть.
– Хорошо, еще немного. – Ангел отключил коммуникатор и снял с крепления на спине узкий пластиковый контейнер.
Множество маленьких существ замерло вокруг в темноте с его приближением. Теперь они наблюдали за тем, как он сдвигал крышку и ставил контейнер перед собой.
Ангел замер, стараясь даже не дышать. В темноте он видел только яркие тепловые пятна созданий, двигающихся вокруг него.
Первым решилось существо, похожее на белку с узким голым хвостом и большими ушами. Оно вспрыгнуло на край контейнера, нырнуло вниз и через несколько секунд выскочило наружу с куском шоколадного батончика в передних лапах. За ним с некоторым колебанием последовали еще несколько зверьков.
Они растаскивали батончики, с хрустом вгрызались в них, уносили куски куда-то в пустыню, а ангел наблюдал за их возней.
Темнота и термическая броня надежно скрывали его улыбку.
I
Мириам снился древний город. Она шла по его улицам, широким и чистым, и в многоэтажных домах, закрывающих небо, блестели целые стекла. Девушка знала, что где-то в этом городе находится Би, ее нужно найти и сказать ей что-то очень важное. Она побежала, но улицы оказались бесконечными – одна переходила в другую, и здания поднимались над ней, как скалы. Никого не было вокруг. Мириам остановилась, огляделась и вдруг вспомнила, почему на улицах никого нет.
Жители города мертвы, все, до последнего человека.
Миллионы мертвецов смотрели на нее из сверкающих окон древнего города молча и страшно. Мириам чувствовала на себе их взгляды, давление, пронизывающее до костей, выворачивающее наизнанку… словно она была букашкой, проколотой миллионами иголок, – и эти иглы двигались, изучая ее и в то же время меняя, придавая ей форму, складываясь глубоко внутри в угловатое, колкое и странно знакомое имя: Иштар.
Страшное ощущение внезапно исчезло. Вместе с ним прервался и сон, превратившись в обычное мелькание бессмысленных фрагментов. Она снова бежала по городу, но он уже был разрушен. В конце улицы, заросшей кривыми желтыми деревьями, за каменным столом устроилась Би. Напротив нее сидел дикий человек, совсем голый, с черной блестящей кожей и длинными волосами. Би говорила с ним, но Мириам не могла понять, о чем именно. Она глубоко вздохнула, чтобы крикнуть Би, и проснулась.
Костер все еще горел, не сильно, но как-то слишком ярко, так что, даже укрывшись с головой, Мириам продолжала видеть его свет.
Би действительно говорила с кем-то, ее механический голос звучал приглушенно, но все равно очень громко.
– Четыре, – сказала женщина.